Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве




НазваниеДжуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве
страница3/28
Дата публикации11.01.2015
Размер3.45 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Литература > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

^ МЕРТВАЯ ВОДА

Теперь мы можем приступить к анализу текста. Слева текст "Слова" по изданию 1800-го года, справа нейтральный перевод Д. С. Лихачева (из сборника "Злато слово"). В целях уточнения толкования будем пользоваться в анализе объяснительным переводом и комментариями (также принадлежащими перу Д. С. Лихачева). Еще раз настоятельно рекомендую читателю сначала прочитать весь текст и его перевод, пропуская анализ.

^ СЛОВО О ПЛЪКУ ИГОРЕВЕ,
ИГОРЯ, СЫНА СВЯТЪСЛАВЛЯ,
ВНУКА ОЛЬГОВА

Не лепо ли ны бяшетъ, братие
начяти старыми словесы
трудных повестий
о пълку Игореве,
Игоря Святъславлича!
начати же ся тъй песни
по былинамь сего времени,
а не по замышлению Бояню.

Не пристало ли нам, братья,
начать старыми словами
печальные повести
о походе Игоревом,
Игоря Святославича?
Пусть начнется же песнь эта
по былинам нашего времени,
а не по замышлению Бояна.

Понять первую строку перевода я не смог, как ни старался. Что означает "не пристало ли"? А. С. Пушкин предлагал другой перевод: "Не прилично ли будет нам, братья...". Конечно, он был прав. В моей редакции была сделана конъектура - "не" исправлено на "нъ". Причина будет ясна при чтении реконструированного текста.

В первом же вопросительном предложении отсутствует согласование в падеже, обойденное в переводе. Потому, что пропущено слово "песнь" - "начяти старыми словесы трудных повестий (песнь) о пълку...". Иначе возникает противоречие: поэт намерен начать "трудные повести", а вместо них далее вдруг говорит о "тъй песни" - какой "той"? В переводе, кстати, сказано "эта". Разница существенная. В объяснительном переводе никакого объяснения таким странностям нет.

Боянъ бо вещий,
аще кому хотяще песнь творити,
то растекашется мыслию по древу,
серымъ вълкомъ по земли,
шизымъ орломъ подъ облакы.
Помняшеть бо речь
първыхъ временъ усобице;

Боян же вещий,
если хотел кому песнь воспеть,
то растекался мыслию по древу,
серым волком по земле,
сизым орлом под облаками.
Вспоминал он, как говорил,
первых времен усобицы.

В оригинале сказано "творити", в переводе - "воспеть". Вряд ли это одно и то же.

"Хотяще песнь творити" - в прошедшем времени, "растекашется" - в настоящем.

Вначале стоит "растекаться мыслию", а затем почему-то волком и орлом. Логично, как и предлагали некоторые исследователи, читать не "мыслию", а "мысью" - белкой. Осмысленной вся фраза опять-таки не становится: Боян, если хотел творить песнь о ком-либо, то растекается белкой, волком и орлом. Читают "мыслию", все же как-то легче представить себе растекание мысли, тем более, что далее встречается выражение "по мыслену древу". Но это не спасает. Слово "растекашется" - не отсюда и относилось не к мысли и не к белке, а к реке Стугне. (Пока я только утверждаю, не объясняя, почему должно быть так, а не иначе. Прошу читателя набраться терпения и не осуждать меня - всегда успеется).

Стоящее в оригинале "речь" исправлено в современных изданиях на "рече" - сказал, говорил. Иначе - новая бессмыслица: "Ибо помнит речь усобиц первых времен". Но и это исправление не помогает. Если Боян помнил первых, древних времен усобицы, то сколько же ему лет? И кому это он говорил, и когда? Если давным-давно, то эти усобицы должны были помнить и другие. Если же современникам автора "Слова", то это действительно достойно удивления, Бояну в таком случае исполнялось бы лет 150-200. Вот и приходится в переводе идти на ухищрения, намекая, что Боян растекался мыслию по древу, вспоминая первых времен усобицы. Почему именно их, а не скажем, что-то другое? (Или хуже - певец был так стар, что помнил еще первые времена, потому и растекался мыслию. Так должны были понимать древние читатели). В объяснительном переводе вообще поразительное толкование: Боян, "вместо того, чтобы следовать "былинам сего времени", растекался мыслию по дереву" и т. д.

тогда пущашеть 10 соколовь
на стадо лебедей,
который дотечаше,
та преди песь пояше,
старому Ярославу,
храброму Мстиславу,
иже зареза Редедю
предъ пълкы касожьскыми,
красному Романови
Святъславличю.

Тогда напускал 10 соколов
на стадо лебедей,
какую лебедь настигали,
та первой и пела песнь -
старому Ярославу,
храброму Мстиславу,
что зарезал Редедю
пред полками касожскими,
красному Роману
Святославичу.

Об. пер.: "Помнил он, как говорил, первоначальных времен войны (и) тогда напускал десять соколов (пальцев) на стадо лебедей (струн)".

Но лебеди - не соловьи и не жаворонки, это вообще не-певчие птицы. С десятью соколами, напустившимися на стадо лебедей, сравнить можно пальцы только неумелого музыканта - истерзанное стадо лебедей вряд ли будет издавать красивые, гармоничные звуки. А ежели вам вспомнится Гарсиа Лорка ("О гитара, о бедная жертва пяти проворных кинжалов!", то это в другом времени и в другой стране; к тому же испанский поэт в самом начале говорит о том, что гитара плачет ("Разбивается чаша утра, начинается плач гитары..."). Звуки струн, рокочущих славу, совсем не похожи на клики распуганных, истерзанных лебедей. Так что же, вещий Боян был неумехой, бездарью?

С какой стати настигнутая лебедь (струна) должна была первой, как ротный запевала, затягивать песню?

С какой стати нужно понимать глагол "пояше" в значении "пела"? В самом "Слове" несколько раз встречается "въспети, въспеша, пети". "Пояше" - от глагола с совершенно другим значением: "ять, поять" - захватить, завладеть, овладеть. Что или кого, в таком случае, захватывала хищная певчая птица лебедь, решайте сами.

После гибели Святослава Игоревича, великого полководца, началась борьба за киевский престол между тремя его сыновьями - Ярополком, Олегом и Владимиром (будущим крестителем Руси). Ярополк и Владимир, который правил в ту пору Новгородом, оба сватались к полоцкой княжне Рогнеде. Княжна предпочла Ярополка. По пути на Киев Владимир, как сообщается в ПВЛ, захватил Полоцк и насильно взял в жены Рогнеду. Тогда он и мог сказать "онымъ грознымъ полочаномъ"... "Который дотечаше, та пред и пояше" - "Кто настиг, тот первым и овладел".

Три упомянутых князя - Ярослав, Мстислав и Роман - вероятно, олицетворяют мудрость, мужество и красоту. И совершенно очевидно, что упоминание о подвиге Мстислава - вставка, или в подлиннике говорилось в том же духе о каких-то деяниях и достоинствах и двух других князей.

Боянъ же, братие,
не 10 соколовь
на стадо лебедей пущаше,
нъ своя вещиа пръсты
на живая струны въскладаше;
они же сами Княземъ
славу рокотаху.

Боян же, братья,
не десять соколов
на стадо лебедей напускал,
но свои вещие персты
на живые струны воскладал;
они же сами князьям
славу рокотали.

Становится ясно, что речь у поэта шла не о том, как Боян играл на гуслях, словно напуская соколов на лебедей (а те вдруг начинали петь песню), что это делал кто-то другой, насилуя инструмент, под пальцами же Бояна струны рокотали славу как бы сами собой (а не пели песню) - об игре и пении вещего Бояна и неизвестного нам по имени бездарного певца.

Почнемъ же, братие, повесть сию
отъ стараго Владимера
до нынешняго Игоря;
иже истягну умъ
крепостию своею,
и поостри сердца своего
мужествомъ,
наплънився ратнаго духа,
наведе своя храбрыя плъкы
на землю Половецькую
за землю Руськую.

Начнем же, братья, повесть эту,
от старого Владимира
до нынешнего Игоря,
который скрепил ум
силою своею,
и поострил сердце свое
мужеством,
наполнившись ратного духа,
навел свои храбрые полки
на землю Половецкую
за землю Русскую.

Гениальный Автор все начинает и никак не начнет свою поэму, топчется на месте - "начяти старыми словесы", "начати же ся тъй песни", потом отвлекается на Бояна, а потом опять - "почнемъ же...". Такое вступление простительно графоману, а не великому поэту.

Оставим в стороне явное нарушение стиля - странно-торжественное описание психологической настройки князя на выступление в поход. Игорь давно уже не юнец, которому нужно было "истягнуть ум", "поострить сердце" и наполниться ратного духа. Но как вам нравится: "почнемъ же повесть от Владимира до Игоря"? Или списать все это на неведомые особенности древнерусской поэзии?

Но пусть так. Поэт намерен начать свою не то песнь, не то повесть, не то "трудных повестий" от старого Владимира и довести ее до "нынешнего Игоря". Но вот же незадача - далее о Владимире нет и речи, а неожиданно говорится о затмении, которое произошло, когда русичи были уже возле Донца, не первый день находясь в походе. Неужто именно в такой манере пелись былины "сего времени", радикально отличавшиеся от "замышления Бояна"? Как Игорь собирал войско, как прощался с женой, как выступил в поход, держал ли перед этим речь - об этом ни слова!

Тогда Игорь възре
на светлое солнце
и виде от него тьмою
вся своя вои прикрыты,
и рече Игорь къ дружине своей:

Тогда Игорь взглянул
на светлое солнце
и увидел воинов своих
тьмою прикрытых. И сказал
Игорь-князь дружине своей:

Непонятно, когда "тогда" взглянул Игорь на солнце и зачем. И почему он, глядя на солнце, увидел своих воинов, да еще и прикрытых тьмой? Они что, вознеслись на небеса? (О вырванной из текста строке "молодая месяца подобию" мы уже говорили).

Далее начинается более чем странное обращение князя к дружине.

Братие и дружино!
луцежъ бы потяту быти,
неже полонену быти:
а всядемъ, братие,
на свои бръзыя комони,
да позримъ синего Дону.
Спала Князю умъ похоти,
и жалость ему знамение заступи,
искусити Дону великаго.
Хощу бо, рече,
копие приломити
конець поля Половецкаго
съ вами Русици,
хощу главу свою приложити,
а любо испити шеломомъ Дону.

"О дружина моя и братья!
Лучше ведь убитым быть,
чем плененным быть;
сядем же, братья,
на борзых коней,
да посмотрим хоть
на синий Дон!"
Ум князя уступил желанию,
и охота отведать Дон великий
заслонила ему предзнаменование.
"Хочу,- сказал,- копье преломить
на границе поля Половецкого;
с вами, русичи,
хочу либо голову свою сложить,
либо шлемом испить из Дону".

Не будем обращать внимания на вольности перевода - добавленное "князь" к имени Игоря и выброшенное "свои" (язык поэмы не столь уж далек от современного русского языка и всякие добавления в тексте подстрочного перевода нежелательны, поскольку изменяют оттенки смысла или вносят новые).

Иное дело, что перевод зачастую просто неверен. Вместо "запало князю в ум стремление" - "ум князя уступил желанию". Оно и понятно, ведь следующее слово - "жалость", что тоже означает "желание", получилась бы нелепость, пришлось вводить современное просторечие - "охота". Но путаница все равно остается, потому что строка "искусити..." должна была идти после слова "заступи". Вся эта фраза, вне всякого сомнения - только вставка. Зачем Автор перебивает речь князя? Зачем и кому он должен вовремя объяснить, почему Игорь пренебрег знамением? Он мог это сделать перед речью или после нее.

(Тут я ловлю себя на том, что невольно употребляю слова "странно, вызывает недоумение" и пр., зная, что случилось с поэмой. Но тут выбор невелик - либо идти вместе с читателем, удивляться и недоумевать, либо вещать. Благородно предпочитаю первое).

Поход только начался, еще не было даже небольшой стычки с половцами, а Игорь уже внушает воинам, что лучше быть убитым, чем попасть в плен. Разве они окружены врагами? Такое начало речи было бы оправдано, если бы кто-то истолковал затмение как предзнаменование разгрома и плена. Но этого нет. И тут же бодрое: "А всядемъ, братие...".

А в поэме уже новый поворот, и автор вновь говорит о Бояне.

О Бояне, соловию
стараго времени!
абы ты сиа плъкы ущекотал,
скача славию по мыслену древу,
летая умомъ подъ облакы,
свивая славы оба полы
сего времени,
рища въ тропу Трояню
чресъ поля на горы.
Пети было песь Игореви,
того (Олга) внуку.
Не буря соколы занесе
чрезъ поля широкая;
галици стады бежать
къ Дону великому;
Чили въспети было
вещей Бояне, Велесовъ внуче!
Комони ржуть за Сулою;
звенить слава въ Кыеве;
трубы трубять въ Новеграде;
стоять стязи въ Путивле;
Игорь ждет мила брата
Всеволода.

О Боян, соловей старого времени!
Вот бы ты те походы воспел,
скача, соловей,
по мысленному дереву,
летая умом по подоблачью,
свивая славу обеих половин
сего времени,
рыща по тропе Трояна
через поля на горы.
Так бы пришлось внуку Велеса
воспеть песнь Игорю:
"Не буря соколов занесла
через поля широкие-
стаи галок бегут
к Дону великому".
Или так бы начать тебе петь,
вещий Боян, Велесов внук:
"Кони ржут за Сулою-
звенит слава в Киеве;
трубы трубят в Новгороде-
стоят стяги в Путивле! ".
Игорь ждет милого
брата Всеволода.

О каких полках желательно было бы воспеть Бояну? Ведь до этого в тексте ничего не сказано ни о войсках, ни о походах. Объяснительный перевод этот вопрос деликатно обходит.

Снова говорится о стиле Бояна. Что, в таком случае, означает "рыскать в тропу Трояна" или "скакать соловьем по мысленному дереву"? По объяснительному переводу - рыскать по тропе старого языческого бога Трояна, переносясь воображением на огромные расстояния и скакать по воображаемому дереву. Незамеченным остается параллелизм: мысью по древу - по мыслену древу, шизымъ орломъ подъ облакы - летая умом под облака.

(О загадочном "Трояне", упомянутом в поэме четырежды, придется говорить отдельно).

Слово "Олгова", стоящее в скобках, вставлено в текст Мусиным-Пушкиным, иначе неясно, о чьем внуке идет речь. В современных изданиях, правильно полагая, что речь идет о Бояне, пишут "Велеса". Слово "того" попросту выбрасывают, как лишнее. Здесь - да, но не в поэме.

Далее вроде бы пародируется стиль Бояна, причем фольклорный параллелизм вновь не соблюден. Если бы в тексте мы читали:

Не буря соколы занесе
чрезъ поля широкая-
Игорь къ Дону вои ведетъ,
не галици стады бежать -
половцы побегоша
къ Дону великому,-

все было бы на месте. Здесь же только механическое соединение строк. Более того, фальсификатор не успокоился и на этом и дал еще один вариант "пародии" - якобы вещий Боян охотно воспел бы славу Игорю, проигравшему битву и бежавшему из плена, бросив на произвол судьбы родичей и воинов, т. е. древний певец выставлен княжеским угодником, которому все равно, о чем и о ком петь, говорить правду или ложь. Все это наглая клевета. Автор "Слова" - гений, а гений всегда благочестив и далек от хамства (таково мое непредвзятое представление о гениях), это "две вещи несовместные".
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Похожие:

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве icon«Слово о полку Игореве» Почему «Слово о полку Игореве» иногда называют «воинской повестью»
Почему «Слово о полку Игореве» иногда называют «воинской повестью» и в каких произведениях русской литературы 20 века можно найти...

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconПодвига и проблема нравственного выбора в рассказе М. Горького «Старуха Изергиль»
«Слово о полку Игореве». Основные образы. Идея патриотизма. Чтение наизусть отрывка из «Слова о полку Игореве»

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве icon«Слово о полку Игореве» Ярославна, Всеволод, Кончак это герои
Сколько дней сражались русские в том бою, который сравнивается с кровавым пиром («Слово о полку Игореве»)?

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconКаково отношение автора «Слова о полку Игореве» к главному герою повествования?
Почему образ Ярославны из «Слова о полку Игореве» вошёл в галерею классических образов русской литературы?

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconГеоргий Сумаруков. Затаенное имя: Тайнопись в "Слове о полку Игореве"
Об авторе "Слова о полку Игореве" нам ничего или почти ничего не известно. Единственным источником каких-либо

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconЛитература Древней Руси Особенности развития древнерусской литературы...
«Слово о полку Игореве» первое произведение национальной классики. История создания и сюжет

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconСлово о полку Игореве. Основные образы. Идея патриотизма
В основе «Слова о полку Игореве» лежат исторические события: поход на половцев в 1185 г новгород-северского князя Игоря Святославича,...

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве icon200 лет поиска «Слово о полку Игореве»
«Слово о полку Игореве» – бесценный, чудом сохранившийся памятник русской поэзии ХІІ века. Неизвестно, сколько раз переписывалась...

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconПрограмма по литературе
«Повесть временных лет», «Поучения Владимира Мономаха», «Слово о погибели Русской земли», «Слово о полку Игореве

Джуртубаев Махти Чиппаевич Другая повесть о полку Игореве iconЛитература ХI хiх веков курсовая работа «Проблема жанра Слова о полку Игореве»
Проблема жанра «Слова о полку Игореве» как раз относится к таким вопросам, так как самым теснейшим образом связана с вопросом об...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница