Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет




НазваниеЭдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет
страница20/26
Дата публикации27.06.2013
Размер3.29 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > История > Документы
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   26
    
     Японец усмехнулся.
    
     - Ты настоящий славянин, Пол. Американец или немец с этого вопроса и начал бы
     разговор о миллионе, а ты просто не поверил. Мало того, совершенно правильно понял, что со мной надо договариваться открыто. Я слишком стар и столько видел на своем веку предательства, подлости и крови, что могу разобраться в человеке, даже не съев с ним пуд соли. Так, кажется, говорят русские?
    
     Теперь пришла моя очередь ухмыляться, старик подколол меня по всем правилам. Я почтительно поклонился, развел руками. А когда поднял голову, вновь увидел некое подобие уважения в пристальном взгляде старика. Может мне это только показалось, так как он неожиданно сменил тему.
    
     - Я слышал, что тебя заинтересовало айкидо, Пол? Если так, то покажи, чему тебя научил Пачанг. Он был одним из лучших моих учеников. Жаль...
    
     Что ему было жаль, я так и не узнал. Стена комнаты вдруг медленно поехала в сторону, открывая перед нами небольшой застекленный со всех сторон спортивный зал. Вдоль окон стояли какие-то тренажеры, лежали гантели, еще какие-то предметы, о назначении которых я просто не догадывался. Середину зала занимал татами.
    
     Оглядев этот домашний стадион, я вопросительно уставился на старика. Он лишь кивнул в сторону шкафа со спортивной одеждой. Пока я подбирал себе кимоно, переодевался, в зал вошел небольшой человечек, уже одетый по всем правилам, я только обратил внимание, что и у него и меня на куртках были одинаковые иероглифы сделанные золотым шитьем. Мне не понравилось, что он мал ростом, такие противники всегда не нравились. При моих метр девяносто приходилось все время уделять защите снизу, или пригибаясь или приседая. То и другое я не любил. Кроме того, трудно видеть глаза низкорослого противника, а это тоже плохо в бою... Больше всего меня смущало то, что старик хотел увидеть - как я владею айкидо. А никак! Правда, мы занимались с Пачангом, и я даже иногда удачно бросал его, но то, что я делал, никаким айкидо не было, и я прекрасно понимал это. Старик тоже сразу поймет, что перед ним будет голый король... Хотя, какой я, к черту, король. Однако валяться без конца на этом шикарном татами что-то мне не хочется. Посмотрим.
    
     Мы поклонились старику, друг другу и медленно сошлись в центре ковра. Противник выглядел не особенно мощным, но глаза выдавали боевой азарт и предвкушение победы. Насколько он силен в айкидо, мне еще предстояло узнать. Я это скоро узнал, как только он сделал выпад, спровоцировал меня на парирование удара и тут же поймал мою руку, мгновенно поднырнул и через секунду я уже лежал плашмя, как пустой мешок. Неплохое начало!
    
     Теперь я присел пониже, чтобы обезопасить себя от прохода снизу и вновь попался - теперь он сам дал мне возможность захватить обе его руки и только я начал бросок, как он ужом вывернулся из захвата, и я снова полетел на татами, теперь уже мордой вниз. Надо сказать, что ковер у старика, хоть и шикарный, но очень твердый и шершавый. Надо будет сказать ему об этом, если я, конечно, смогу к тому времени.
    
    
     Теперь я разозлился. Хватит с меня вашего Востока с его хладнокровием и спокойствием, так ведь руки-ноги переломать можно. Пусть они хладнокровничают. А я себя лучше знаю, а руки и ноги очень люблю, чтобы позволить их ломать. Разозлился, это не значит, разгорячился и потерял над собой контроль. Просто без лишнего адреналина я даже в шутку драться не умел. Теперь на середине татами стоял другой человек, но мой противник пока этого не понял. Я чуть ли не полностью открылся, отдал в захват левую руку и пустил в ход свое преимущество в силе и весе. Я не пошел на противника, а рывком подтянул его к себе и провел сильнейший удар-подсечку, после чего противник рухнул, как сбитый грузовиком столб. Когда мы снова сошлись на середине, я уже понял, что выиграл у этого коротышки раз и навсегда - у него был другой взгляд...
    
     Так все и получилось. Правда, один раз я все-таки еще раз проверил прочность пола, но зато все остальные схватки кончались печально для моего визави, пока старик не хлопнул в ладоши, прекращая схватку. Мой противник теперь уже с явным уважением поклонился мне и неожиданно по-европейски протянул руку. Потом он почти раболепно опустился на колени и пополз(!) к старику. Самурай что-то негромко и ласково сказал побежденному, тот медленно встал, прижался лбом к руке старика, еще раз поклонился мне и медленно вышел.
    
     - Это мой ученик и слуга Акиро. Он хороший мастер. Но ты, Пол, удивляешь меня все больше и больше. Для меня не так уж важно, что ты победил Акиро, не важно и то, как ты это делал. Как эксперт скажу, что ты умудрялся нарушать все писаные и неписаные законы боя, но выиграл. И это, в конце концов, для меня главное. Я сейчас увидел воочию то, о чем только догадывался - ты умеешь действовать в самой неудобной для тебя обстановке так, как это нужно тебе в данный момент. Это великое знание и ты им обладаешь.
    
     Похвала была приятна. Кстати, этому я научился у Командира, который не уставал лишний раз напоминать нам, что на войне не бывает одинаковых ситуаций и каждая требует своего решения.
    
     Старик рассмеялся своим обычным беззвучным смехом. Он даже вытер выступившую от смеха слезу.
    
     - Бедняга Акиро! Он не знал, что ему делать, ты заставил его играть по своим правилам, а он упорно цеплялся за то, чему я его научил. Он большой мастер, я уже говорил, но он плохо думает на поле боя, а побеждает всегда разум, а не сила или умение.
    
     Может, конечно, и разум, но и без силы мне бы не устоять против этого Акиро. Хорошо бы сочетать и то и другое, но мне все равно была приятна похвала старика. Он подъехал ко мне на своем чудо-кресле и неожиданно предложил:
    
     - Не хочешь ли попробовать со мной?
    
     У меня глаза выкатились наружу. Как это? Драться со стариком-инвалидом? Битва под Бородино в инвалидных колясках? Это что-то новое. Но старик нажал кнопку на кресле и вошел слуга со стулом, с которого свисали ремни. Старик жестом предложил мне сесть, слуга притянул мои бедра с сиденью, а грудь к спинке. Ну, дела, Теперь только пары тысяч вольт и тонзуры на макушке не хватает, а так - уже готовенький. Ну да ладно, посмотрим, что этот чудик еще придумал.
    
     Старик подъехал ко мне на кресле, попросил вытянуть обе руки и остановился, когда я мог коснуться его тела. После этого он неожиданно провел молниеносную серию боевых пассов и застыл в боевой позе.
    
     - Твоя задача проста, Пол - ты должен постараться коснуться меня, только не прыгай на меня со стулом, - добавил он со смехом. После этого жестом приказал слуге перевернуть песочные часы и удалиться.
    
     Хорошенькое дело, коснуться! Мои руки доставали до него так, что мог пройти и удар, хотя и не сильный, но много ли старику надо... Надо бы поосторожнее. Я и начал осторожно, сделав пару-тройку выпадов. Старик их парировал играючи, только у меня руки загорелись от его блоков. Я попробовал быстрее - опять старик опережал меня и руки у него были сделаны из хорошего железа. Меня вновь начала одолевать злость. Не могу достать старика, который и двинуться не может, правда, я и сам был в таком же состоянии, хотя это тоже справедливо. Но я же моложе его лет на сорок, меня тоже чему-то учили!
    
     Теперь я начал так, как будто передо мной сидел равный мне по возрасту и силе противник. И это был мой полный провал. Предплечья у меня наверняка под кимоно
     были багровыми, о кистях я и говорить не стоило - сам видел, - а старик парировал все мои попытки достать его. Несколько раз мне казалось, что вот теперь все, он открыт... Но в самое последнее мгновенье моя рука вновь встречалась с блоком. Руки у меня окончательно занемели, глаза заливал пот, но я не сдавался, на ходу придумывая способы пробить эту броню из двух старческих рук, как вдруг почувствовал, что палец старика легонько ткнулся мне в гортань.
    
     Я сдался.
    
     Кресло старика отодвинулось, слуга мгновенно отстегнул ремни и исчез вместе со стулом, а я присел на татами. Работал вроде бы руками, но ноги что-то плохо меня держали, бой вымотал, выжал меня досуха. Я чувствовал себя побитой дворнягой. Да, старик прав, против настоящего мастера мне не устоять. Но зачем это ему? Еще одно испытание или желание ткнуть меня носом в собственную лужу? Что ему от меня нужно? Опять вопросы. Надоело. Кто же будет давать ответы?
    
     Для старика ход моих мыслей был ясен, так как он мягко сказал:
    
     - Не стоит терзать себя вопросами, на которых у тебя пока нет ответа, но он будет,
     уверяю тебя. Скоро придет время, когда ты сможешь спросить меня, о чем хочешь и получишь правдивый ответ. А пока я должен сказать тебе, что ты молодец - продержался почти десять минут. Давно я не испытывал такого удовольствия, мои слуги любят и боятся меня одновременно, так что из них плохие противники.
    
     У меня опять чуть не поехала крыша - я сражался, как лев, целый час, чуть живой от усталости, руки - один сплошной синяк, а этот старикан утверждает, что я продержался аж целых десять минут! Невероятно. Взглянув на часы, я успел увидеть последние падающие песчинки. Все еще не веря, я схватился за тонкую талию часов - точно, на стекле значилось - 10 минут...
    
     Так, это надо еще переварить. Голова отказывалась такое принять сходу. Нет, со мной явно что-то не так. Как любят говорить футбольные комментаторы, я потерял форму. Еще совсем недавно я мог просчитать время с точностью до пяти минут в сутки, а тут... Ерунда какая-то на постном масле. А старик лишь с видимым удовольствием наблюдал за моей растерянностью. Моча ударила мне в голову.
    
     - Испытываете, проверяете? Хорош ли я для вашего дела, за которое обещаете миллион? Может для этого мне своих друзей убивать придется или банк грабить? Или присматриваете мужа для вашей внучки? Не хотите ли еще и член проверить для полной картины?
    
     Старик посерьезнел и примиряюще поднял руку.
    
     - Не надо давать волю обиде, я не хотел тебя обижать. Что касается проверки, то ты прав, Пол. Дело не только в деньгах, но прежде я думаю о своей внучке. Не будем горячиться. Возможно, я был не прав, но признаюсь, даже рад этому. Моя ошибка позволила мне узнать тебя лучше, чем мой ум. Видимо, я уже стар...
    
     Старый самурай замолчал и задумался. Мне стало неловко от своей резкости, и я тоже поднял руки вверх, словно сдаваясь, в знак признания своей неправоты. Говорить мне не хотелось. Все эти заумные разговоры не для меня, слишком все запутано и сложно. Я встал и переоделся. Руки и впрямь являли собой жалкое зрелище. Хорошо, что я надел рубашку, собираясь к старику, а не обычную майку. Рукава прикроют мой позор. Старик покатился к выходу из зала и стена за нами так же беззвучно закрылась.
    
     - Подожди, Пол. Хочу повторить - то, что я говорил о миллионе, касается и твоих друзей. Можешь им все рассказать. И прости старика за мальчишескую выходку, давно хотел померяться силой с русским еще раз. Ваши ребята были отличными солдатами, я всегда уважал их, хоть мы и были в разных окопах...
    
     Ну, старик! Час от часу не легче, бросается миллионами, как рваными рублями. Но на душе стало легче - я мог рассказать все Энди и Пачангу, не кривя душой...
    
    
     Глава 7.
    
    
     Богатых бездельников со всего мира в районе причала для частных яхт было всегда полно. Толстых и худых, лысых и волосатых, старых и молодых, мужчин и женщин объединяло одно - у каждого на шее болталось, как минимум, два фотоаппарата. Недаром ходил анекдот про американца, которого спросили, что он увидел в своем путешествии в Европу, и он ответил, что не знает, так как еще не проявил свои пленки. Анекдот очень походил на правду: любое место эти лоботрясы на отдыхе сначала снимали, а только потом спрашивали, что это такое.
    
     Полно было и ребят в форме, с которыми я еще недавно мог повстречаться во вьетнамских джунглях где-нибудь под Данангом. Здесь они отдыхали, чтобы вскорости снова вернуться в этот ад. Но, глядя на них, ни за что бы об этом не догадался. Они вели себя, как все прочие американцы за рубежом - горласто и по-хамски. Причем сами этого не понимали, просто считали, что там, где они находятся, тоже Америка, только чуть подальше, чем Вашингтон, от их родимого и богом забытого Бэкстона в какой-то зачуханной Аризоне. Правда, солдаты выделялись среди остальной толпы, как жирафы на лыжне, и держались группами. Трудно было быстро отказаться от выработавшегося навыка - чувствовать локоть или плечо напарника... По себе знаю, первое время в одиночку ходил, как голый среди толпы.
    
     На сей раз, к моему удивлению, их объективы стреляли по нашей прекрасной яхте.
     Я еще раз не удержался полюбоваться ею. Все девяносто шесть футов нашего кораблика были подтверждением, что корабли и самолеты самые красивые предметы в мире, сделанные человеком. Стройный корпус вызывал почти человеческое желание, а отражение в воде можно было сравнить только с женщиной. Я даже крякнул от удовольствия.
    
     На палубе было пустынно, зато на мачте развевался под легким вечерним бризом длинный вымпел. Как только он разворачивался во всю длину, раздавалась пулеметная очередь затворов фотоаппаратов. Я пригляделся. Так. Идиоты! Остряки-самоучки! Они решили весь Бангкок оповестить о моем странном, на их кретинский взгляд, поведении! На вымпеле, реющем в закатном южном небе, красовалась надпись:
    
     " Пол сегодня опять трезвый!"
    
     Надо же до такого додуматься!
    
     Пришлось буквально протискиваться сквозь толпу к сходням. Негодующие фотографы не пускали меня на собственную яхту! Я применил нечто вроде таранного прохода Эдика Стрельцова через штрафную площадку и они посыпались в разные стороны, как горох из стручка.
    
     - Эй, ты, куда лезешь! Другим тоже поглядеть охота...
    
     Ну, бля, точно очередь в нашем гастрономе. Жлобы одинаковые, только шмотки другие. Дошла очередь и до рукоприкладства - кто-то ощутимо ляпнул мне по шее. Этого только мне и не хватало. Не драться же в самом деле с этими придурками... Я поднял руки и громко заорал:
    
     - Тихо, идиоты! Я и есть тот самый Пол!
    
     Толпа застыла, будто их любимая команда получила пенальти. Воспользовавшись смятением в рядах противника, я закрыл лицо руками и рванул к сходням. Через пару секунд раздалась новая очередь - теперь снимали уже меня. Но было поздно,
     я влетел в каюту и остановился, припирая дверь, словно толпа могла ворваться вслед за мной. Энди выглядел вполне протрезвевшим, а Пачанг вопросительно глядел на меня. Похоже, они и сами не ожидали такого громкого успеха от своей милой шутки и теперь не знали, как я себя поведу, а уж мой нрав они знали хорошо,
     так что ничего приятного для себя не ждали.
    
     Я перевел дух, и вдруг мне самому стало смешно: представил всю эту сцену со стороны. До меня дошло, - а что, шутка и в самом деле неплохая! Я расхохотался
     искренне и надолго. Через секунду ко мне присоединились мои друзья. Вытирая слезы, в перерывах между приступами смеха, я только тыкал пальцем в сторону туристов и мотал головой. Слов у меня не было...
    
    
     В ту ночь мы не спали. Я рассказал все до последней мелочи о своей встрече со старым самураем, они долго рассматривали мои руки, Пачанг сделал какие-то примочки и все трое молчали. Ситуация заставляла задуматься. Время от времени друзья меня переспрашивали и снова думали. Я сам раздирался противоречиями. Конечно, такой куш выпадает раз в жизни, но что он достанется нам не даром, ох, как не даром, тоже не приходилось сомневаться. Мне припомнились неизвестные преследователи в Сингапуре и в заливе, тот тип с непроницаемыми глазами и все это перемешалось в моей башке в странный калейдоскоп, который никак не хотел складываться в понятную картинку. Так, абстрактная живопись какая-то. Краски есть, а связи нет.
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   26

Похожие:

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconДжеймс Хьюм Нисбет Заклятие сатаны Люся Генсировская Спектакля не...
Это было в те времена, когда вся Англия помешалась на спиритизме, и ни одна вече-ринка не обходилась без сеанса общения с духами

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconИнструктаж по технике безопасности в 5 классах Инструкция №1
Проходи по тротуару только с правой стороны. Если нет тротуара, иди по левому краю дороги, навстречу движению транспорта

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconПавел Амнуэль Умер Борис Стругацкий Филип Ноулан Армагеддон-2419 Марина Ясинская Сказка на ночь
Умер Борис Натанович Стругацкий. Ему было 79 лет. Говорят: «Ушла эпоха». Пишут: «Братья Стругацкие были символом поколения». Вспоминают:...

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconПавел Амнуэль Восемь всадников Апокалипсиса
Пора поговорить серьезно. А то случится одно из двух: или народ окончательно перепугается, и начнется паника, которую ничем остановить...

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconСценарий литературно-музыкального мероприятия: «Дороги вечного странника»
Вед1: Дороги. Проселочные дороги. Размытые осенью. Пыльные летом. Зимние дороги, теряющиеся в снежной мгле. Весенние больше похожие...

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconКакое из чисел с, записанных в двоичной системе, отвечает условию b
Между населёнными пунктами A, B, C, D, E, f построены дороги, протяжённость которых приведена в таблице. (Отсутствие числа в таблице...

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconВладимирская область, Гусь-Хрустальный
...

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconСтоп, вперед дороги нет!

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconМ. Д. Голубовский Дарвин и Уоллес: драма соавторства и несогласия
«Если бы удалось искусственно создать живой организм, это было бы торжество материализма, но в равной мере идеализма, так как доказывало...

Эдгар Ричард Горацио Уоллес Если вложить душу Павел Амнуэль Обратной дороги нет iconПамятка родителям по обучению детей
Если у подъезда дома возможно движение, сразу обратите внимание ребенка, нет ли приближающегося транспорта. Если у подъезда стоят...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница