Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев




Скачать 329.2 Kb.
НазваниеБиблиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев
страница1/4
Дата публикации17.06.2013
Размер329.2 Kb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Военное дело > Документы
  1   2   3   4
МБУ «Централизованная библиотечная система г. Кургана»

Центральная городская библиотека им. В. В. Маяковского

Библиографический отдел

Серия «Писатели-фронтовики»






Юрий Бондарев

(род. 1924)
Библиографическое пособие

г. Курган

2012

Уважаемые читатели!

Представляем вам библиографическое пособие из серии «Писатели-фронтовики», посвященное Юрию Бондареву.
^ С отвагой через всю жизнь
Юрий Бондарев – одно из самых громких литературных имен для поколения тех, кому сейчас уже около сорока лет. Он вошел в наше сознание в ранней юности, в середине 70-х годов. Сначала – как автор сценария не уступающего Голливуду по размаху и зрелищности фильма-эпопей «Освобождение». Сразу за ним последовала яркая картина «Горячий снег». Эти фильмы, книги о войне, которые были тогда популярны, входили в школьные программы, фотографии и очерки в газетах и журналах, среди которых было много сильных, запоминающихся, давали тот духовный заряд, который помог сохранить что-то живое в душе вопреки почти сюрреалистической фальши последних 10-15 лет советской истории. Пришел срок – и память о Великой Отечественной войне помогла понять и старую Россию, и белую гвардию, и православие...

В 1975 году выходит в свет роман «Берег», ставший бестселлером на Западе, а у нас книгой, которую стремились прочитать все. Рядовой человек тех лет, возможности которого воспринимать мир были весьма сужены цензурой и спецхранами, мог обозреть недоступные ему горизонты. Пророчески был показан современный Запад, манящий рекламными витринами и жутко завораживающий космическим духовным холодом. Дискуссии на страницах «Берега» велись для тех лет крайне откровенные, а сюжет закручен просто невероятно.

Чувствовалось, что писатель знает много. Его хотелось слушать... То вообще было время своего рода писателецентризма», явления, которое едва ли было когда-то и едва ли повторится. Писатель воспринимался как историк, психолог, социолог, провидец и духовник в одном лице...

Полистаем страницы военной прозы Юрия Бондарева... Будущему романисту предоставилась в юности смертельно опасная, но совершенно уникальная возможность – заглянуть в распахнутую душу своего народа. «Знаете, что пронзительнее и ярче всего я помню? – говорит писатель в одной из бесед. – Лица, бесконечная череда лиц и голоса людей. На фронте солдат и офицер переднего края раскрывались как человеческая личность чрезвычайно быстро и чрезвычайно полно. Чтобы узнать, скажем, нового командира орудия, необязательно было съесть с ним пуд соли, а достаточно было раз провести с ним орудие через минное поле к какой-нибудь высоте – и он вам становился ясен без громких слов... Война явилась для меня самым умным и самым безжалостным учителем жизни. И это абсолют».
^ Из интервью писателя

Юрий Васильевич, а вы никогда не сетовали на судьбу за то, что она вас талантом наградила? Ведь талант – это очень тяжелая, мучительная ноша, данная человеку, а особенно если человек что-то, как ему кажется, не исполнил – не сделал, не написал, не создал то, что ему предназначено. Вы никогда не говорили Боженьке: «Да за что мне такое наказание?»

– Талант – это умение мыслить. Умение чувствовать. И умение воображать.

^ И все?

– Этого достаточно! Если добавить – долготерпение.

Но еще должна быть энергия и сила все это реализовать?

– Вы не дали мне досказать. И еще успех! Да, успех.

^ Составляющая таланта?

– Нет... Успех! Он не считается с бедностью, с болезнью, с некрасивым именем, с отвратительной внешностью, с дурным характером... Ему все равно. Он настигает тебя всюду. Он стучится в дверь, черт возьми, с утра до вечера звонит по телефону. Он рвется к тому, кто наделен талантом, и здесь я добавляю – наделен воображением. Верьте мне, Леночка, или не верьте, но литература – это прежде всего воображение.

^ Не прожитое, не пережитое, а воображаемое?

– Именно воображаемое.

Объясните мне такую вещь: вы считаете, что талант это от мамы-папы, а не итог тех впечатлений и потрясений, что случились, например, с вами на войне?

– Я писал и до войны.

Представляю себе: Москва 30-х годов, вы, мальчик из хорошей семьи, Замоскворечье, обычная школа, лыжи, коньки, драки, голуби, небогатая нормальная жизнь... Писателей мало, они простым людям кажутся почти небожителями, и вдруг московский мальчик решает про себя: я буду писателем.

– Об этом обычно писатели не говорят или облекают в некую условную форму, мол, не хотел, не думал, случайно вышло. Помните, Виктор Некрасов, например, говорил: «Я даже не думал быть писателем». Это все че-пу-ха!

Мне было, наверное, лет семь, мы тогда жили в Москве... С раннего детства мама, Царствие ей Небесное, обязательно читала нам, детям, на ночь, вначале мне с сестрой, потом позже младшему брату. Она приучила нас к чтению, и, когда я сам взялся за книжки, отец подсунул мне Чехова, он очень любил Чехова. И когда я прочитал рассказ Чехова «Почта»... Вы его, наверное, не знаете?

Не знаю.

– Посмотрите обязательно. Со мной случилось нечто необъяснимое, я вдруг подумал: «Мне бы написать такой рассказ».

^ В семь лет? Подумали именно так: «Мне бы написать такой рассказ?!»

– Подумал! Я хочу быть писателем!

Верится с трудом. Мальчишка ведь?

– Хулиган, драчун, голубятник.

^ И двоечник?

– Двоечником никогда не был, хорошо учился, невзирая на поведение. Я рос, учился, собак гонял, дрался, книги читал, спортом занимался, но все время помнил, что я-хочу-быть-пи-са-те-лем. Понимаете! И думал: как? как это сделать? Вести дневник? Пробовал – не получается.

Почему?

– Скучно, однообразно. Я не знал, с какого конца взяться. О чем писать? Не о том ведь, что на кухне украли кастрюлю? Была такая у нас история: какой-то бродяга стащил кастрюлю. Мама очень переживала. Писать же я начал, по-моему, только в седьмом классе, когда сам придумал и начал выпускать журнал под названием «Апчхи!». Чехов чувствуется, да? Собрал вокруг себя ребят, они заинтересовались, и мы стали выпускать рукописный журнал.

^ А насмешек не боялись?

– Какие насмешки?! У меня авторитет был! Все ребята знали, что с Юркой Бондаревым с Лужниковской улицы лучше не связываться – морду может набить.

^ И что, правда могли?

– Не буду лгать – мог. Спортсменом же был – и боксом занимался, и гимнастикой, что, кстати, очень помогало в жизни.

Вы начали говорить про журнал...

– Он был рукописный и существовал в единственном экземпляре. Я написал для него юмористический рассказ под названием «Апчхи!», ребята сочинили стихи, было много рисунков, я даже карикатуры рисовал, а мой одноклассник Юра Грязное, погибший в войну, рисовал очень хорошие пейзажи. Журнал этот читала вся школа, включая учителей.

^ А кроме журнала вы еще что-нибудь писали?

– Только читал да «солнце» на турнике крутил, а еще драки с другими районами организовывал.

И такое бывало?

– А почему нет. Время было чудесное. Из-за голубей мы дрались с ребятами, живущими в Сокольниках, но дрались честно, на кулаках, без всяких «железок», до первой крови. Тогда драка прекращалась. Чудесное было время! Во всем!

^ Может, оно просто казалось таким, как всегда кажется в юности?

– Я помню те времена, какими счастливыми были отец и мать...

Расскажите про них.

– Отец, его звали Василий Васильевич, был человек внешне суровый, но добрый невероятно. Рубашку снимал и отдавал нищему. Это не метафора, буквально. Он был большевиком, настоящим старым большевиком, членом партии с 1918 года. Ни отец, ни его верные товарищи никогда не называли себя коммунистами, только большевиками. Люди были удивительные!

Романтики?

– Романтики, конечно. Я друзей отца хорошо помню, много их было, жизнь же его побросала. Где он только не работал – и на Урале, и в Ташкенте, и в Москве, и везде у него были друзья. Отец вообще был человеком хлебосольным.

Отец сам пробил себе дорогу в жизни. Он – родом из деревни ближе к Уралу. Его мать, моя бабушка, умерла, когда он был совсем мал, в доме появилась мачеха, ему приходилось много помогать по хозяйству, а потом его отдали в «мальчики» к деревенскому купцу. Отец не своей семье, а именно купцу обязан был многим. Тот оказался человеком добродетельным, начитанным, может, даже образованным... Знаю, что купец отца не обижал, учил разбираться в товарах, вежливо общаться с покупателями и постепенно продвигал вверх. Именно служба у купца подняла его, вытащила из ужасной бедности.

^ А когда он был арестован и за что?

– В 1949 году по 58-й статье – «контрреволюционная агитация и пропаганда».

То есть уже после войны?

– Тогда подбирали уцелевших старых большевиков... Отец и так-то был большим любителем чтения, а после выхода из заключения совсем погрузился в книги, видно, хотел разобраться кое в чем, понять кое-что для себя. Он любил цитировать философов – от Маркса до Дицгена, но больше всего любил Гераклита. Начитанный был человек!

^ А кем ваш отец был по профессии?

– У него много было профессий, кем он только не работал – служил на различных должностях в административных органах, был директором техникума, это когда мы в Москву из Ташкента переехали, потом закончил юридический институт и работал по специальности. Отец и в лагере заслужил великую славу. Он, как юрист, всем помогал писать прошения.

^ А сколько он просидел?

– Шесть лет.

Большой срок. А вы с отцом дружили?

– Я как представлю сейчас, какой я был непоседливый в детстве, удивляюсь не только тому, что мне голову на улице не свернули, но и педагогическому такту, терпимости моих родителей. Я же все время попадал в какие-нибудь истории! То на меня жалуются, что стекла разбил, то поколотил кого-то, то сам пришел с подбитым глазом и распухшим носом.

^ Вы отца очень любили?

– И отца, и маму. Понимаете, отец для меня был мужчина, мужик, как говорят. Мы с отцом часто ездили в дальние поездки: и родню навестить, и по делам по всяким его. Он иногда брал меня с собой. Времена довоенные, места малообжитые, глухие, темные леса, безлюдно, только изредка какие-то подозрительные люди встречаются, а мы с отцом на телеге, вдвоем, он и я, мальчишка еще... Я с отцом никогда ничего не боялся! От него исходила какая-то тихая сила, уверенность в себе. Он умел разговаривать с самыми разными людьми, найти с ними понимание!

^ А какой была мама?

– Пела прекрасно, она же украинка, мама... Тихая, милая, добрая, красивая. Она была домоседкой, отца очень любила. Встречала его лаской, в каком бы состоянии он ни пришел домой. А всякое бывало, друзей у отца было много, и он иногда позволял себе... Мама его всегда прощала, хотя и отчитывала наутро. Я помню, как мне было смешно это слышать.

^ Юрий Васильевич, у вас было счастливое детство, редкое. Такой доброй семейной атмосферой и отношениями мало кто может похвастаться.

– Счастливое! Несмотря на то что погиб мой младший брат, погиб в 1949 году под колесами машины, играя на мостовой в футбол. Женя тоже отчаянный был. Он был похож на маму и на меня немножечко. Он все время крутился около меня, да... Как мама страдала! После гибели Жени она потеряла слух, у нее стало плохо с сердцем. Мы старались для нее сделать всё. Она прожила семьдесят восемь лет.

^ Юрий Васильевич, а как они вас на войну отпустили?

– Призыв был. В биографии пишут, что я добровольно ушел. Неправда. Преувеличивают, хотят, чтобы Бондарев выглядел более героическим, чем есть на самом деле.

^ Но вы хотели на войну?

– Хотел! Это правда, что почти все мальчишки рвались на фронт. Наше поколение было особенным, наивным, чистым, романтическим.

^ Давайте вернемся в вашу молодость... Вы демобилизовались из армии, вам было лет двадцать?

– Мне был двадцать один год. В самом конце 1944 года меня с фронта направили в Оренбург, в Чкаловское артиллерийское училище. Я проучился год, но потом открылась старая рана, и меня демобилизовали по состоянию здоровья.

^ На войне вы о своих литературных мечтах не думали, не вспоминали, а тут вернулись домой, в мирную жизнь, и?...

– Абсолютно не вспоминал, даже дневник не вел, глупец! А надо было.

^ А как вы решились поступать в Литературный институт?

– Я вообще не подозревал, что он существует, и поступал в кинематографический...

Зачем?

– Один мой приятель знал, что я пытаюсь сочинять, и внушал мне: «Сценарист, знаешь, какая профессия замечательная, денежная». Фронтовые у меня потихоньку заканчивались, надо было как-то начинать зарабатывать, чтобы семье помогать. В общем, он велел мне взять с собой все написанное, и в один из дней мы с ним отправились в кинематографический... Я прихватил с собой главы из повести и два рассказа. Возвращались оттуда мы на автобусе, и когда ехали по Тверскому бульвару, вдруг на глаза мне попался плакат: «Объявляется прием в Литературный институт», я толкнул в бок приятеля: «Гляди, вон какой-то Литературный институт», – а он говорит: «Зачем? Ты уже отнес документы в кинематографический». Я спорить не стал, а про себя подумал: «Завтра отнесу свои опусы, сделаю еще попытку». А еще я писал стихи, которые не удаются мне совершенно. Стихи были о войне, такие, какие писали тогда все. Прихожу на следующий день в Литинститут, в приемной сидит милая девушка, секретарша. А я – в военной гимнастерке, фронтовик, говорю смело: «Вот, решил подать документы в ваш институт». «Показывайте, что у вас?» Думаю, раз Литературный институт, главной здесь должна быть поэзия, и выкладываю на стол листки со стихами. Она берет их, бегло просматривает, произносит какие-то невнятные междометия и вдруг спрашивает: «И вы хотите по стихам поступать в наш институт?» Я кивнул. «Не обижайтесь, – говорит она, берет мои стихи, нестеснительно рвет и бросает в корзину. – Никому их больше не показывайте. А у вас еще что-нибудь есть?» «Есть», – отвечаю, совершенно ошеломленный.

Как я потом узнал, меня не хотели принимать в институт по этим рассказам, потому что они были очень грустными. Один был о госпитале, где парень выбрасывается из окна. Другой, «Поздним вечером», об одиноком мальчике, я до сих пор люблю этот рассказ. Вдруг мои рассказы прочитал Паустовский, пришел в восторг и сказал: «Принимаем». Его мнение стало решающим.

^ Как вы себя ощущали в Литинституте?

– Я почувствовал себя более уверенным, но, скажу совершенно честно, сразу понял, что без серьезной работы, без долготерпения, а проза – это долготерпение, по моему определению, ничего, дорогой мой, не получится. Особенно когда поближе узнал: кто и что из себя представляет, как сложилась судьба у студентов-писателей, кто что написал или не написал и почему? – я подумал, что мой путь легким не будет. Что касается разных наук, то мне они давались легко.

^ То есть институт вас отрезвил, вылечил от эйфории?

– Я понял, что себя нужно делать. Работать. Я много тогда работал, много писал, хотя печатал мало. Понимал, что все зависит только от меня. И много учился. В каком смысле? Понимаете, я учился читать, пытался познать стиль Чехова, стиль Толстого, стиль Тургенева. Я учился стилю, познавал, каков ритм прозы, ее дыхание. Ибо самая естественная проза – это ритмичная проза. Как вдох и выдох.

^ А какой рассказ первым напечатали?

– «Однажды осенью» в журнале «Смена», в сорок девятом году, я тогда учился на третьем курсе. Слава пришла в конце пятидесятых, после того, как были напечатаны «Последние залпы» и «Батальоны просят огня». Один критик написал, что в одно утро Бондарев проснулся знаменитым. Началась жуткая шумиха в прессе – статьи, обсуждения. И совершенно не ласкательные, наоборот, меня все ругали, я бы даже сказал, поносили.

^ А вы каждый день работаете?

– Каждый день – с утра до обеда.

А если не пишется, заставляете себя?

– Я совершенно не верю во вдохновение. Считаю, что вдохновение бывает только у поэтов. И то, их вдохновение – это внутреннее состояние, какое-то особое внутреннее возбуждение, что-то такое, словами не объяснимое. Нет, если же писателю, прозаику ждать вдохновения, можно всю жизнь проходить с вытаращенными глазами и ничего не написать. Вдохновение приходит тогда, когда человек уже сидит за работой.

(Беседовала Елена Кузьмина)
  1   2   3   4

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconГбук рт «Республиканская Детская библиотека» Справочно-библиографический отдел
Календарь знаменательных и памятных дат на 2014 г. / Республиканская детская библиотека рт, Справочно-библиографический отдел, сост....

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconИнформационно-библиографический отдел Отдел краеведения
Муниципальное бюджетное учреждение культуры Центральная городская библиотека им. В. Маяковского

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconСправочно-библиографический отдел Серия "Праздники Отечества" День защитника Отечества
Эмблема изготовлена из чистой меди методом гальванопластики, который обеспечивает тонкое и точное воспроизведение рельефных оригиналов....

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconИнформационно-библиографический отдел Край-информ Биобиблиографический указатель
Д 76 «Друзья, не плачьте обо мне…» (к 75-летию Лиры Абдуллиной): биобиблиогр указ лит. /Мук «Старооскольская цбс»; информ–библиогр...

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconИнформационно-библиографический отдел
Публичное пространство библиотек : дайджест по материалам интернет-публикаций / / гбук «Самар обл универс науч б-ка», Информ библиогр...

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconИнформационно-библиографический отдел
Год культуры в России. (Указ Президента РФ от 22. 04. 2013 n 375 "О проведении в Российской Федерации Года культуры")

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconИнформационно библиографический отдел
Информационный бюллетень познакомит вас с новыми изданиями, которые поступили в библиотеки нашего города на традиционных и электронных...

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconБиблиотека Сыктывкарского лесного института Информационно-библиографический отдел
Методические указания предназначены для студентов специальностей 2603, 2506, 3207, 3301 очной и заочной форм обучения

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconСправочно-библиографический отдел
Валгина, Н. С. Активные процессы в современном русском языке : учеб пособие для студ вузов / Н. С. Валгина. – М. Логос, 2001. – 302...

Библиографический отдел Серия «Писатели-фронтовики» Юрий Бондарев iconИнформационно библиографический отдел
Информационный бюллетень познакомит вас с новыми изданиями, которые поступили в библиотеки-филиалы сельских территорий и модельную...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница