Михаил Веллер Приключения майора Звягина




НазваниеМихаил Веллер Приключения майора Звягина
страница13/53
Дата публикации28.09.2013
Размер4.65 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Спорт > Документы
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   53
^

Глава VIII

ЖИВЫ БУДЕМ – НЕ ПОМРЕМ



– Корпуса первых английских торпедных катеров были никак не стальные, а из красного дерева, – сказал Звягин, обернувшись с переднего сидения в салон. «Скорая» бортовой номер 21032 свернула с Литейного и затормозила у ресторанчика, где в тихие дневные часы обедают при случае бригады, обслуживающие вызовы неподалеку.

Заняв столик, – врач, два фельдшера, шофер, – заказали, что побыстрее. «Скорую» здесь обслуживали в темпе, слегка гордясь финансово мало выгодными клиентами: престиж борцов со смертью, отчаянно мчащихся с сиреной и мигалками по осевой, все-таки иногда срабатывает.

– А моторы на катерах стояли бензиновые, авиационные, – продолжал Звягин просвещать свою команду, прихлебывая молоко. Его лекции на неожиданнейшие темы давно вошли в притчу.

Подошел человек:

– Леня! Все катаешься!

– Сколько лет, зим, весен! – Звягин от удовольствия сощурился. – А ты все киснешь в своей онкологии?

Онколог вздохнул и махнул рукой.

– Что хмурый?

– Э… Сейчас перед уходом мальчишку смотрел. Двадцать шесть лет… Сплошные метастазы. Жалко пацана. Еще несколько месяцев… Двадцать лет привыкаю, а все не привыкну как-то.

Как ни привычна подобная ситуация врачам, повисла секундная пауза. Эта пауза, также привычная, обозначает собой утешение, скорбь, примирение с собственным бессилием.

Звягин помрачнел. Сосредоточился. Пробарабанил пальцами.

Пауза неловко затягивалась, меняя тональность и настроение.

– Двадцать шесть? Рановато ему… Рано.

Фельдшерица виновато пояснила:

– Мы сегодня больную не довезли… – фраза подразумевала «Вот Папа Док и нервничает, переживает…».

– Хотите опротестовать приговор, Леонид Борисович? – небрежно осведомился Гриша, лохматый, очкастый, вечный студент, вечный фельдшер «скорой», внемлющий Звягину с преданностью щенка. Прозвучало неуместно льстивой подначкой, которая попахивает безграничной верой в кумира.

Звягин зло зыркнул, скривил рот:

– Подъем? Поели – нечего рассиживаться, едем на станцию.

Дежурство длилось своим чередом: автослучай на Охте, электрошок на Ждановском… Вечером Джахадзе, вчерашний именинник, выставил торт; пили чай с тортом.

Осадок от встречи не исчезал.

Звягин спустился в диспетчерскую, позвонил онкологу. Перекинулись словами. Спросил и о том больном, так просто… Неженат, один у родителей, работал программистом, – обычный парень…

– Он знает диагноз?

– Сразу все почувствовал, понял. Я же знаю, говорит, что у меня рак; и все отговорки его только убедили в этом.

– Боится?

– Очень. На этой почве ведь часто происходит нервный срыв; он в сильнейшем стрессе, подавлен, угнетен… довольно обычно, к сожалению.

– Радиоизотопы, гистология?.. Ошибка возможна?

Он поднялся в комнату отдыха, недовольный собой. Смутные обрывки мыслей роились в голове.

– Десять тридцать два, на выезд! Огнестрельное… – прожурчал динамик голосом диспетчерши Валечки.

Сменившись с дежурства, Звягин не лег спать. Расхаживал по пустой с утра квартире, посасывал ледяное молоко через соломинку, сопел мрачно и сосредоточенно.. – Ерунда, – объявил сам себе хмуро… – И чего меня заело? Ну, есть же такие заболевания: клинический прогноз – неблагоприятен… При чем тут я, и что я, собственно, могу сделать, и что это вообще на меня нашло? Дичь какая-то…

Достал из холодильника еще бутылку молока. Посмотрел на себя в зеркало; резче выступившие после ночи морщинки у глаз (поспать почти не удалось), на висках уже седины полно.

– Давно никуда не встревал? – брюзгливо спросил он свое отражение. Спокойная жизнь надоела? Пей свое молоко и иди спать, старый хвастун… Как говорится, дай мне силы бороться с тем, с чем можно бороться, дай мне терпение смириться с тем, с чем нельзя бороться, и дай мне ума отличить одно от другого…

Разделся и влез под одеяло. Повертелся, устраиваясь. Затих.

Свербило. Не шел из головы тот, двадцатишестилетний…

Крякнул, встал и пошел в ванную бриться. Жене оставил записку.

Прогулка излюбленным маршрутом по гулким гранитам набережных успокаивала: Фонтанка, Михайловский замок, Лебяжья канавка (Летний сад закрыт на просушку)… Мысль одна всплывала в сознании, как перископ отчаянной подлодки.

А чем мы, собственно, рискуем, спросил он себя, догуляв до Василеостровской стрелки. Что, собственно, терять?..

А почему бы и нет, продолжал он, пройдя через Петропавловку на Кировский. Какие препятствия?.. Никаких.

Мысль разрасталась в идею, и идея эта овладевала им все полнее. Начали вырисовываться детали и складываться в план. Чем дальше, тем реальнее план виделся, – Звягин не заметил, как очутился на Карповке, заштрихованной сереньким дождем.

Домой он вернулся голодным и продрогшим – злым и веселым – как некогда в крутых передрягах боевых операций.

Жена встретила Звягина кухонной возней.

– Гулял? – доброжелательно поинтересовалась она.

– Гулял, – согласился Звягин.

– После суточного дежурства?

– После суточного дежурства.

– А это что? – Жена обличающе указала на молочные бутылки.

– Это бутылки из-под молока, – честно ответил Звягин.

– Сколько?!

– Ну, четыре… Тебе что, жалко?

– Мне тебя жалко, Леня, – в сердцах сказала жена и швырнула передник на стол с посудой. – Что у тебя опять – глаза горят, подбородок выставлен! что ты опять задумал?

– Очередной подвиг, – закричала из своей комнаты дочка. – А разве лучше, когда папа изучает историю разведения верблюдов или коллекционирует карандаши? – Она всунулась в дверь, состроила гримасу. – Должно быть у мужчины хобби или нет? А быть суперменом и все мочь – разве это не достойное настоящих мужчин хобби?

– Слышала глас подрастающего поколения? – приветствовал поддержку Звягин.

– Мужчине нельзя подрезать крылья!

– Мне нельзя подрезать крылья.

– Дон-Кихот на мою голову… – вздохнула жена. – Ты не видел моих очков? У меня еще полпачки тетрадей не проверено.

Звягин насвистывал «Турецкий марш» и сверял с образцом упражнение по английскому ее пятиклассников (не впервой).

– Это очень важно? – мирно спросила жена из спальни.

Он присел на край постели, погладил ее по щеке, – рассказал.

– Несчастные родители, – тихо сказала она. – И чем ты можешь помочь?.. Утешить их?

Звягин завел будильник и выключил свет.

– Есть одно соображение, – непримиримо произнес в темноту.

Отменно выспавшись, закатил себе часовую разминку, поколотил боксерский мешок и поехал в диспансер. Жизнь была хороша.

– Снимки, анализы, – сказал онколог. – Ты же врач.

– Не-а, – возразил Звягин с усмешкой оживленной и жестокой. – Просто я зарабатываю на жизнь медициной. Ну, имею диплом.

– Ты авантюрист, – поморщился онколог.

– А разве это плохо? Мне интересно жить. Дай адрес.

Он позвонил из уличного автомата:

– Квартира Ивченко? Судя по голосу, вы Сашина мать? Лидия Петровна, очень приятно… Если у вас есть время…

Они встретились в маленькой мороженнице на Петроградской.

– Зачем вы меня расспрашиваете? – безжизненно спросила пожилая женщина с запудренными следами слез.

Мороженое в вазочке таяло перед ней.

Звягин прошел весь путь пешком и за этот час успел собраться и прийти в форму – был легок, уверен: заряжен.

– Не устраивайте похорон раньше времени, – жестко сказал он. Разломил ложечкой шарик крем-брюле, отправил в рот, причмокнул. Женщина взглянула с мучительной укоризной и встала.

– Сядьте, – тихо одернул Звягин. – Я – ваш единственный шанс, другого не будет, ясно?

Мысль о шарлатанстве отразилась в ее глазах:

– Вы – экстрасенс?.. Или есть какие-то новые средства, и вы можете их устроить? Что вы хотите?..

– Ешьте мороженое, пока совсем не растаяло, – улыбнулся Звягин. – И возьмите себя в руки. Еще не все потеряно. Еще есть время. Нет, я не экстрасенс, я могу лишь то, что в человеческих силах. А это – почти все, а?

Он не убеждал – он просто и с очевидностью раздвигал границы возможного. Женщина слушала – и происходящее с ней можно было как бы уподобить факирскому трюку со скомканной веревкой, приобретающей прямизну и твердость вертикального шеста.

Она хотела верить. Она боялась верить – боялась пытки надеждой.

– Но это – нереально… – прошептала она.

– Хуже не будет, – отрезал Звягин. – А вот лучше – может.

– А вы сами в это верите?..

– А зачем я здесь торчу? Надеюсь, вы не собираетесь предлагать мне деньги за услуги?

– А почему вы вообще вмеша… принимаете участие в… – Она смешалась. – Почему вы мне позвонили?

– Как вам объяснить, – лениво пожал плечами Звягин. – Жалко стало. Молодой.

– Молодой. Совсем мальчик, – сказала женщина и закинула голову, удерживая на глазах слезы.

Через стол Звягин накрыл ее руку своей твердой ладонью:

– Я сказал вам, что надо делать. Сказал вам, потому что мама – первое и последнее слово, которое человек произносит. Если мы не выиграем, не победим – пусть хоть парень будет счастлив столько, сколько проживет. Но мы не можем проиграть! Если это ваш единственный сын, ваша надежда и будущее – надо сначала расшибиться в лепешку, вдребезги, в пыль!! а потом уже плакать. Мне от вас нужно одно: безоговорочное доверие, безоговорочное послушание. Вот мои документы, это телефоны, – смотрите, не отталкивайте: вы должны знать, кто я такой, и быть во мне уверены. Ваш муж уже вернулся с работы? Посылайте его сюда, я подожду. И скорее, не стоит терять время. Ответ утром – за ночь все обсудите. И – Саша ни о чем, ни в коем случае, никогда в жизни, не должен догадываться. Вам все понятно?

Буфетчица за стойкой второй час решала вопрос: кто эти двое – тоскливая женщина и резкий, подтянутый мужчина (моложе нее), что-то энергично толкующий. Расстающаяся пара? Аферист и жертва?

Утром Звягин отправился в гости к знакомой медсестре. Медсестра была немолодая, толстая и добрая, – как требовалось по замыслу. Медсестра сварила кофе, подперла ладонью толстую добрую щеку и приготовилась слушать.

– Женя, – начал Звягин, – от тебя требуются пустяки. Ты должна прийти в дом, привезти парня к себе, чтоб вы были вдвоем…

– О! – удивилась добрая Женя. – Ты решил наладить мне на старости лет личную жизнь? Кому опять плохо?.. Кто он?

– Погибающий больной, рак-четыре, но…

Весеннее солнце плавило окно. Кофе кончился. Женя кивнула.

– Ты должна разговорить его, понимаешь? Пусть он выложит тебе все свои страхи и ужасы, не стыдясь ничего, пусть выговорится! Отцу-матери сознаться в мучениях и кошмарах он не может: их жалко, мужское достоинство не разрешает утешения молить. А это первое, что необходимо – выговориться начисто, открыть свои тревоги, выплакать терзания, – своего рода промывка нервов, что ли.

– Как же я его к себе привезу?

– Родители в курсе. Ему скажешь – поговорить. Он сейчас, похоже, совершенно обезволен – пойдет куда угодно, ничего не спрашивая. Возьмешь такси. Слушай, ты двадцать лет работаешь, ты же классная медсестра – найдешь правильный тон! Пожалей его, чтоб расслабился, размяк, отбросив все сдерживающие факторы выплакался, сознался в страшном, – сними с него нервное напряжение, понимаешь?

– Хорошенькую работенку ты мне задал… А знаешь, чем ты не такой, как другие, Звягин? Думаешь, красив? Да нет, мне красивые никогда не нравились… Тем, что никогда не ставишь вопрос: «Можно ли это сделать?». А всегда: «Как именно это сделать?». Еще кофе хочешь?..

Вечером Саша сидел в ее комнатке. Руки его вздрагивали, глаза застыли в черных впадинах: парализованный страхом, беззащитный перед смертельной бедой человек. Мысленно он уже уходил за грань бездны, ужасаясь ее и почти отсутствуя в этом мире.

– Страшно тебе, милый?

На тонкой шее запульсировала жилка.

– За что тебе такое… Ночью не спишь?

Веки медленно, утвердительно опустились.

– Папу с мамой жалко?..

Тихая слеза ползла по его лицу. В плену своего состояния, он не отдавал отчета в странном направлении беседы с ее мучительными вопросами. Вопросы звенели в резонанс его собственной муке.

– Так мало ты еще пожил… – Она причитала шепотом, скорбя. – Милый, хороший, и не женился еще, и деточек своих нету, ты поплачь, поплачь, бедный мой, облегчи душу, я с тобой вместе поплачу, расскажи мне все, я-то знаю, пойму, я тебя пожалею…

Сидя рядом на диване, обняв, гладила его, всхлипывала, и он, вцепившись слабыми пальцами в ее толстые добрые плечи, глухо зарыдал, с судорогами и стоном.

– Страшно… я боюсь, я не могу! нет сил… за что, за что, почему? И ничего не будет, ничего!.. Земля, солнце, воздух, люди, все… и обои в моей комнате, книги, окно… ничто, черное, ничто… так хотелось пожить, какой ужас, какой ужас, ужас! Зачем все в жизни, все вещи такая ерунда, только бы жить, так замечательно, жить везде можно, видеть, слышать, дышать, ходить…

Она поглаживала его по теплому вспотевшему затылку, и безостановочно захлебывался свистящий полушепот:

– Мала, папа, кладбище, гроб, я, они уже старенькие, у них никого не будет, ничего не будет, не станут бабушкой и дедушкой, их жизнь кончится, никакого смысла, ничего не останется от них на земле, за что же им так, за что, зачем, зачем, зачем…

Он хлюпал носом в ее кофту, конвульсии сотрясали его:

– Я боюсь оставаться один, не могу ничего делать, думать, читать, все только одно, одно – что скоро, уже скоро, уже скоро, все, все, я ничего не понимаю, не слышу что мне говорят, о чем, зачем, не знаю… Нет! Нет! нет! я не хочу! Не надо! Нельзя! Навсегда, конец, ничто, смерть, мамочка, я не могу, все что угодно, нет!! Помогите мне, спасите, сделайте что-нибудь, я все буду делать, все выполню, перенесу, смогу, буду слушаться, помогите, милая, хорошая, ну пожалуйста, слышите, пожалуйста, пожалуйста…

Час за часом лилась бессвязная мольба, нескончаемый поток отчаянья, невозможность примириться с неизбежным, столь страшным и неотвратимым, готовность к любым мукам и лишениям, только бы жить, жить!.. Он замолчал и затих, обессилевший и пустой. Дыхание успокоилось. Он впал в полусон, в полузабытье.

Женя осторожно уложила его на диване, укрыла пледом. Вскипятила чай. Он покорно выпил, покорно вдел руки в рукава пальто.

В такси он сидел такой же тихий – спокойный спокойствием изнеможения. На эту ночь ночные страхи были исчерпаны. Сегодня он мог спать.

«Умница, – сказал Звягин Жене. – Выпустила ему этот яд из головы. Теперь едем дальше».

Рассчитав время, на следующий вечер он вошел под арку на Петроградской, сверившись с номером дома. Лидия Петровна открыла ему, указала на дверь Сашиной комнаты и собралась скрыться: сидеть с мужем и не показываться, как было условлено.

– Как он? – шепотом спросил Звягин.

Она горько качнула головой:

– Вчера ночью приехал получше. Утром даже улыбнулся. А нынче к вечеру опять…

Звягин выждал перед дверью, накручивая и разжигая себя: резкое лицо побледнело, ноздри раздулись, рот сжался в прямую ножевую черту. Властно постучал и, не дожидаясь ответа, шагнул, дверь за собой захлопнув с треском.

– Встать! – сдавленным от ярости голосом приказал он.

Худощавый, неприметной внешности парень лежал на кровати, обернув к нему непонимающее лицо. Лицо было изможденное, глаза мутные, тревожные, больные. «Вот он какой».

– Встать, дерьмо? – бешено повторил Звягин, грохнув кулаком по шкафу.

Саша апатично подчинился, уставившись на него равнодушно: всем существом он был далек от происходящего.

– Ты знаешь, кто я? – карающе лязгнул Звягин.

– Нет, – флегматично ответил Саша, пребывая в глухом омуте собственных переживаний: его уже не задевали мелочи внешних событий.
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   53

Похожие:

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconМихаил Веллер Мое дело Михаил Веллер Мое дело глава первая до того, как
Полгода отец был на усовершенствовании в военной академии в Москве. Мать поехала с ним и устроилась там на временную работу. Перед...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconМихаил Веллер Всеобщая теория всего «Веллер М. Всеобщая теория всего»:...
Теория сия представляется истинной тем, что в нее вполне укладывается, ей соответствует и ею объясняется все сущее

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconМихаил Иосифович Веллер Андрей Михайлович Буровский Гражданская история безумной войны
Гражданской войны как страшную и удивительную сказку, случившуюся в реальности. Фантастические судьбы, необыкновенные приключения,...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconМихаил Иосифович Веллер Эстетика энергоэволюционизма
Феномен эстетики рассматривается в рамках энергоэволюционизма Веллера как избыточная потребность и способность человеческой психики...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconВавилонская Михаил Веллер Б. Вавилонская Мене Белый ослик
Сначала требовалось достать белого осла. Он был не убежден, что именно белого, но так представлялось надежнее, с запасом гарантии,...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconМихаил Веллер Кассандра Так создан мир, мой Гамлет! Так создан мир… Шекспир
«Особый род сущего, субъект социального процесса, творец культуры, исторического развития; биосоциальное существо»,– напрягаются...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconГнитиев Михаил Юрьевич Нога героя История, Приключения
Он задавал самые разные вопросы и в том числе зачем-то спросил: чем я занимаюсь в свободное от работы время? Я ответил, что пишу...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconРекомендательный список литературы для 4 класса
Коваль Ю. Приключения Васи Куролесова. Чистый Дор. Ларри Я. Необыкновенные приключения Карика и Вали. Медведев В. Баранкин, будь...

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconОписание папки “Михаил Светлов”
Оскар Ремез. Михаил Светлов. Неопубликованные стихи. // Правда(?)  1970(?).  О творчестве М. Светлова

Михаил Веллер Приключения майора Звягина iconТематическое планирование уроков литературного чтения в 4 классе
Фантастическая повесть. Е. Велтистов «Приключения Электроника». Глава 1 (часть 1 и 2). Е. Велтистов «Приключения Электроника». Глава...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница