Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина




НазваниеПоэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина
страница10/11
Дата публикации23.09.2014
Размер1.27 Mb.
ТипЛитература
www.lit-yaz.ru > Литература > Литература
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

^ 42. Над чем смеется и грустит Гоголь в «Мертвых душах»
Поэма Гоголя « Мертвые души» – одно из величайших и в то же время загадочных произведений XIX в. Жанровое определение «поэма», под которой тогда однозначно понималось лирико эпическое произведение, написанное в стихотворной форме и по преимуществу романтическое, воспринималось современниками Гоголя по разному. Одни нашли его издевательским, а другие усмотрели в этом определении скрытую иронию. Шевырев писал, что «значение слова “поэма” кажется нам двояким... из за слова “поэма” выглянет глубокая, значительная ирония». Но Гоголь изобразил слово « поэма» на титульном листе не только ради иронии, такое решение конечно же имело более глубокий смысл. «Мертвые души» воплотили в себе и иронию, и своеобразную художественную проповедь.

В «Мертвых душах» сатира является основным способом изображения помещиков и чиновников губернии. В образах помещиков отражается процесс постепенной деградации этого класса, выявляются все его пороки и недостатки. Сатира Гоголя окрашена иронией и «бьет прямо в лоб». Ирония помогла писателю говорить о том, о чем говорить в цензурных условиях было невозможно. Смех Гоголя кажется добродушным, но он никого не щадит, каждая фраза имеет глубокий, скрытый смысл, подтекст. Ирония – характерный элемент гоголевской сатиры. Она присутствует не только в авторской речи, но и в речи персонажей. Ирония (одна из существенных примет поэтики Гоголя) придает повествованию больший реализм, став художественным средством критического анализа действительности.

Половина первого тома посвящена характеристике различных типов русских помещиков. Гоголь создает пять характеров, пять портретов, которые на первый взгляд такие разные, и в то же время в каждом из них выступают типичные черты русского помещика.

Наше знакомство начинается с Манилова и заканчивается Плюшкиным. В такой последовательности есть своя логика: от одного помещика к другому развертывается все более страшная картина разложения крепостнического общества. От праздного мечтателя, живущего в мире своих грез, Манилова, к «дубинноголовой» Коробочке, от нее – к бесшабашному моту, вралю и шулеру Ноздреву, далее – к кулаку Собакевичу, а затем к «прорехе на человечестве» Плюшкину ведет нас Гоголь, показывая все большее моральное падение и разложение представителей помещичьего мира. Рассказывая о жизни помещиков в такой последовательности, автор усиливает горькую обличительную сатиру.

Галерея «мертвых душ» продолжается образами чиновников губернского общества. В городе царит застой. Все чиновники берут взятки, среди них процветает «подлость, совершенно бескорыстная, чистая подлость». При помощи смеха, беспощадной сатиры Гоголь обличает такие пороки русской действительности, как чинопочитание, коррупция, произвол властей, невежество.

Гоголь наряду с сатирическим отрицанием вводит элемент воспевающий, созидательный – образ России. С этим образом связано «высокое лирическое движение», которое в поэме по временам подменяет комическое повествование. В лирических отступлениях автор с грустью оглядывается на пройденный путь, звучит тема сожаления и надежды. Лирические отступления занимают в поэме значительное место. Мысли автора о высоком назначении человека, о судьбе Родины и народа здесь противопоставлены мрачным картинам русской жизни. С грустью, восхищением и любовью пишет Гоголь о Родине. За страшным миром помещиков и чиновников писатель чувствовал душу русского народа, которую воплотил в образе быстро несущейся вперед тройки, собравшей в себе силы России: «Не так ли и ты, Русь, что бойкая, необгонимая тройка несешься? Русь, куда же несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа».

^ 43. Встреча Чичикова с Ноздревым в трактире
Чичиков познакомился с Ноздревым раньше, на одном из приемов в городе NN, но встреча в трактире – первое серьезное знакомство с ним как Чичикова, так и читателя.

Мы понимаем, к какому типу людей принадлежит Ноздрев, сначала видя его поведение в трактире, его рассказ о ярмарке, а затем прочитав непосредственную авторскую характеристику этого «разбитного малого», «исторического человека», имеющего «страстишку нагадить ближнему, иногда вовсе без всякой причины». Чичикова мы знаем как совсем другого человека – степенного, серьезного, собранного. Однако существует гипотеза, что все помещики, которых посещает Чичиков, являются в какой то степени его двойниками, со всеми ними его что то объединяет. В частности, с Ноздревым объединяет их то, что оба они так или иначе плуты, но Ноздрев – плут «бескорыстный», а Чичиков – плут предприниматель. Впрочем, при сходстве этого внутреннего зернышка характеры их и манера поведения различны. Это можно проследить уже на материале эпизода в трактире.

Чичиков останавливается в трактире с определенной и естественной целью – дать отдохнуть лошадям и подкрепиться самому. Относился он к «господам средней руки», которые обладают прекрасным желудком – «завидным даянием неба», как говорит о нем автор. Поэтому Чичиков заказывает блюдо серьезное – поросенка, да чтоб непременно с хреном и сметаною. За едой он расспрашивает хозяйку обо всем, что касается ведения трактира, ее семейного достатка, разузнает, какие в окружности живут помещики. В общем, ни на минуту не забывает о своем основном деле. Зачем остановился у трактира промотавшийся, проигравшийся, не имеющий денег заплатить даже за рюмку водки Ноздрев, так и не становится понятным. Скорее всего остановился потому, что просто не может проехать мимо какого либо трактира, зная, что там нередко можно повстречать кого нибудь, положить начало очередному приключению.

Так и случилось. Ноздреву «посчастливилось» встретить Чичикова, последнему же можно лишь посочувствовать, потому что для него это была завязка приключения вряд ли интересного и желанного. Ноздрев, зайдя в трактир, тут же будто заполняет собой все пространство, на задний план уходят и Чичиков, и зять Ноздрева, и хозяйка, которой удается предложить новому посетителю, забывшему, что в трактирах принято обедать, лишь рюмку анисовой. Ноздрев безмерно рад видеть Чичикова, представляет его зятю как человека родственного и приятного ему, убеждает, что видит в их знакомстве и встрече чуть ли не вмешательство самой судьбы: «Мижуев, смотри, вот судьба свела: ну что – он мне или ему?». Правда, никакого уважения в его отношении не видно: обращается он исключительно на «ты», называет нашего героя «брат Чичиков» и за весь разговор не дает ему вставить практически ни слова. Не дождавшись даже ответа на приветствие, Ноздрев заявляет, что он с ярмарки, да так проигрался, что приехал на «обывательских», при этом он сам нагибает голову Чичикова, чтобы тот в окно увидел его «экипаж». И дальше следует рассказ о том, какова была ярмарка, кто и как кутил. При этом иногда Ноздрев забывает, что Чичиков не знаком ни с его друзьями, ни с обстоятельствами его жизни: «Я ему сулил каурую кобылу, которую, помнишь, выменял у Хвостырева… Чичиков, впрочем, отроду не видел ни каурой кобылы, ни Хвостырева». А иногда приписывает Чичикову такие свойства, которыми последний вовсе не обладает, но которые сам Ноздрев хотел бы в нем видеть. В частности, он убежден в том, что Чичиков непременно бы сошелся с поручиком Кувшинниковым, да так, что не расставался бы с ним. Между тем Кувшинников – плут и кутила, картежник, который «и в гальбик, и в банчишку», волокита, отпускающий дамам комплименты на французском и пошло называющий это «попользовать насчет клубнички». Уж никак не смог бы Чичиков сойтись с таким человеком. Для Ноздрева человек хорош или плох в зависимости от того, сколько он способен выпить и прокутить. Чем большего масштаба разгул свойствен человеку, тем лучше он кажется Ноздреву. Поэтому прекрасны Кувшинников, штаб ротмистр Поцелуев, называющий бордо «бурдашкой», и поэтому неодобрительным смехом отмечает он намерение Чичикова ехать к Собакевичу – ведь у Собакевича не найдешь ни «банчишки», ни «доброй бутылки какого нибудь бонбона». Так, подчиняясь уговорам неугомонного Ноздрева и своему желанию выманить у него мертвые души, решает Чичиков заехать к «гостеприимному» помещику. Вряд ли бы он решился бы на это, откройся ему хоть на секунду, чем обернется это гостеприимство.
^ 44. Столкновение экипажей (анализ эпизода главы 5 й первого тома поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души»)
Нужно отметить, что эпизод столкновения экипажей распадается на две микротемы. Одна из них – это появление толпы зевак и «помощников» из соседней деревни, другая – мысли Чичикова, вызванные встречей с молоденькой незнакомкой. Обе эти темы имеют как внешний, поверхностный пласт, касающийся непосредственно персонажей поэмы, так и пласт глубинный, выводящий на масштаб авторских размышлений о России и ее людях.

Итак, столкновение происходит внезапно, когда Чичиков про себя посылает проклятия Ноздреву, думая, что мог бы и со свету сгинуть в его имении, если бы не появление капитана исправника. Тем же занят Селифан, рассерженный тем, что Ноздрев не дал коням овса, даже кони, и те были не в духе. Столкновение – и чужой кучер, не смущаясь присутствием в коляске дам, бранит Селифана: «Ах ты мошенник эдакой; ведь я кричал в голос: сворачивай, ворона, направо! Пьян ты, что ли?» Селифан же, будучи согласно авторской характеристике истинно русским человеком, не любящим сознаваться в своей оплошности, не уступает «коллеге»: «А ты что так расскакался? Глаза то свои в кабаке заложил, что ли?» Попытки высвободить запутавшихся лошадей не приводят к успеху, слышатся брань кучеров, визг хлыстов, но кони стоят на месте. Стоят до тех пор, пока вокруг них не собрались мужики и не приняли горячее участие в разведении лошадей. Начинается настоящая круговерть: дядя Митяй, дядя Миняй и некий Андрюшка усаживаются по очереди то на коренного, то на пристяжного, остальные мужики хором выкрикивают советы и в конце концов помогают они только тем, что измучивают и лошадей, и кучера, и тот прогоняет их, разводит лошадей, и бричка уезжает.

Весь эпизод сопровождается авторскими не столько рассуждениями, сколько намеками на то, что столкновение это не есть только выдумка, нужная, чтобы повеселить читателя. Здесь подключается мотив толпы, во многом бездумного коллективного действа, будто освобождающего каждого отдельного его участника от ответственности, мотив скуки, царящей в русских деревнях: «…подобное зрелище для мужика сущая благодать, все равно что для немца газеты или клуб», переплетающийся с мотивом какой то детскости, непосредственности, свойственной русскому человеку.

Наш главный герой тоже был отвлечен от своих мыслей о Ноздреве, но не столько самим столкновением, сколько тем, что в другой коляске рядом со старухой увидел он молоденькую женщину с золотистыми волосами, с милым свежим лицом. Но, как уже мы знаем, в герое нашем отсутствует романтическая составляющая: и возраст уже не тот, и присущая ему практичность заставляет его рассматривать любую молодую женщину с точки зрения ее пригодность на роль жены не именно для него, а вообще. Поэтому Чичиков не стоит, «вперивши бессмысленно очи вдаль» и мечтая о знакомстве с молодой прелестницей, а деловито сам себе замечает: «Славная бабешка!» И тут автор отдает Чичикову размышления над проблемой, может быть, менее актуальной для современных девушек, но чуть ли не основной для молоденьких выпускниц пансионатов и институтов того времени. Это проблема воспитания, осуществляемого маменьками и тетушками, направленного на формирование «правильного» поведения в свете: «с кем, и как, и сколько нужно говорить, как на кого смотреть». Воспитания, прививающего чопорность и приводящего к выбору «вранья» линией жизненного поведения. Этой теме, теме предопределенности судьбы светской женщины XIX в., теме необходимости соответствовать «вытверженным наставлениям» и единственной целью видеть замужество, посвящены многие повести того времени. И сам Чичиков, несмотря на то что девушка совершенно ему не знакома, рассматривает ее вовсе не как самостоятельного человека, но как «очень лакомый кусочек», женщину, способную «составить…счастье порядочного человека» при условии, что за ней дадут «тысчонок двести приданого».

Так на первый взгляд только юмористический эпизод выводит читателя к темам важным, неизбывным: к размышлению над особенностями национального характера, над воспитанием, над отношением мужчины к женщине, их ролями в обществе в любой период его исторического развития.
^ 45. Роль личных отступлений в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Н. В. Гоголь задумывал первую часть поэмы «Мертвые души» как произведение, раскрывающее социальные пороки общества. В связи с этим он искал для сюжета не простой жизненный факт, а такой, который бы дал возможность обнажить скрытые явления действительности. В этом смысле Гоголю как нельзя лучше подошел сюжет, предложенный А. С. Пушкиным.

Замысел «изъездить вместе с героем всю Русь» давал автору возможность показать жизнь всей страны. А поскольку Гоголь описывал ее так, «чтобы вся мелочь, которая ускользает от глаз, мелькнула бы крупно в глаза всем», в поэме предстает вся картина русской действительности со всеми экономическими и социальными особенностями. Однако в «Мертвых душах» описывается не только страшная, жестокая реальность жизни страны того времени. Ей противопоставлены светлые, чистые, гуманные идеалы автора, его представление о том, какой должна стать Россия, высказанные в лирических отступлениях и отдельных замечаниях, разбросанных по тексту. В романе мы видим два типа лирических отступлений: эпические, служащие для раскрытия характеров и образов, и лирические, отображающие переживания автора о России.

В эпических отступлениях лиризм автора, сталкиваясь с действительностью, превращается в злую иронию, сатиру, позволяющую полнее раскрыть образы героев. Так мы видим, как пошло и вяло сентиментален Манилов. Ноздрев – пародия на самодура – феодала екатерининских времен, трактирный картежник и врун. Собакевича можно сравнить с медведем, «который побывал в руках, умеет и перевертываться и делать разные штуки». Коробочка – жадная, трусливая старуха. Плюшкина автор называет «прорехой на человечестве», показывая полный распад личности. Лирические отступления о Руси связывают вместе мотив дороги и образ русского народа. Дорога – мотив, организующий весь сюжет, и себя Гоголь видит в лирических отступлениях как человека пути: «Прежде, давно, в лета моей юности... мне было весело подъезжать в первый раз к незнакомому месту... Теперь равнодушно подъезжаю ко всякой незнакомой деревне и равнодушно гляжу на ее пошлую наружность; моему охлажденному взору неприютно; мне не смешно... и безучастное молчание хранят мои недвижные уста. О моя юность! О моя совесть!».

В результате переполоха, изображенного в девятой главе, действие поэмы вырывается на простор русских дорог. И автор размышляет о своем труде, о призвании, оглядывается на пройденный путь, и мучают его сожаления и надежды: «Грозно объемлет меня могучее пространство, страшною силою отразясь в глубине моей…»

Так встречается читатель с лирикой Гоголя, в смене разных и разноречивых мыслей и чувств. В лирических отступлениях проявляется диалектика образа автора. Он одновременно самоограничен как личность и несет в себе все богатство духовного содержания жизни русского народа. Так как Русь и есть подлинный герой, то автор одновременно является и творцом рассказа о герое, и героем этого рассказа. Автор неотделим от героев и нередко говорит их голосом. Так, одно из лирических отступлений Гоголь передоверяет Чичикову, менее всего, казалось бы, расположенному к лирике. Речь идет о скупленных Чичиковым мертвецах. С Чичиковым происходит нечто необычное, охватившее его непонятное ему самому чувство, превращает его в художника, поэта, импровизирующего воображаемые биографии купленных им рабов.

В конце тома автор обращается опять к лейтмотиву всей завершающей части поэмы – к образу дороги. Н. В. Гоголь много размышлял о судьбе России, каждая строчка поэмы пропитана любовью к стране, глубокими переживаниями. «Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несешься?.. Русь, куда же несешься ты? дай ответ. Не дает ответа!» В лирических отступлениях Гоголь затрагивает много проблем. В этих размышлениях выражены идеалы автора. Так, говоря о двух типах писателей, Гоголь отмечает, что истинный писатель не тот, который «чудно польстил людям, скрыв печальное в жизни», а тот, кто дерзнул «вызвать наружу всю страшную, потрясающую тину мелочей, окутавших нашу жизнь».

Лирические отступления наполняют произведение настоящей поэзией, помогают раскрыть авторский замысел и делают книгу поистине гениальной.
^ 46. Противоположность характеров Чичикова и Ноздрева
Осенью 1835 г. Гоголь принимается за работу над «Мертвыми душами», сюжет которых, как и сюжет «Ревизора», был ему подсказан Пушкиным. «Мне хочется в этом романе показать, хотя с одного боку всю Русь», – пишет он Пушкину. Объясняя замысел «Мертвых душ», Гоголь писал, что образы поэмы – «ничуть не портреты с ничтожных людей, напротив, в них собраны черты тех, которые считают себя лучше других» Объясняя выбор героя, автор говорит: «Потому что пора, наконец, дать отдых бедному добродетельному человеку, потому что праздно вращается на устах слово “добродетельный человек”; потому что обратили в лошадь добродетельного человека, и нет писателя, который не ездил бы на нем, понукая и кнутом, и всем чем ни попало». Эта важнейшая для Гоголя тирада кончается соответственно: «Нет, пора, наконец, припрячь и подлеца. Итак, припряжем подлеца!». Эти слова, сказанные о Чичикове, можно с такой же уверенностью отнести и к помещику Ноздреву.

Это человек «на все руки». Его увлекают пьяный разгул, буйное веселье, карточная игра. В присутствии Ноздрева ни одно общество не обходилось без скандальных историй, поэтому автор иронически называет Ноздрева «историческим человеком». Болтовня, хвастовство, вранье – самые типичные его черты. По оценке Чичикова, Ноздрев – «человек дрянь». Он держит себя развязно, нагло и имеет «страстишку нагадить ближнему».

Деревенское безделье и жизнь без забот привели к деградации человека, и тот превратился в опасного, наглого хулигана. Картежник, сплетник, пьяница и дебошир Ноздрев на редкость типичен для русского дворянского общества. Пьяный разгул, охота – любимые и естественные занятия Ноздрева. В его разоренном имении только псарня в отличном состоянии. Среди собак «Ноздрев был … совершенно как отец среди семейства» Язык героя засорен всякими искаженными словами, нелепыми выражениями, бранными словечками, алогизмами. Дополняет портрет Ноздрева его фамилия, состоящая из большого количества согласных, создающих впечатление взрыва. Кроме того, сочетание букв вызывает ассоциацию с любимым словечком героя «вздор».

Чичиков – полная противоположность Ноздреву. Он солиден, положителен, по крайней мере в представлениях о себе, о своем будущем. Это человек нового времени, делец и приобретатель, и обладает всеми необходимыми качествами: «...и приятность в оборотах и поступках, и бойкость в деловых делах», и вместе с тем он авантюрист, пройдоха и лицемер, истинное лицо которого надежно прикрыто маской светской вежливости и хороших манер. Наш герой усмиряет свою кровь, которая «играла сильно», избавляется от человеческих чувств почти совершенно. Идея успеха, предприимчивость, практицизм заслоняют в нем многие человеческие побуждения.

Чичиков умеет приспосабливаться к любому микромиру, даже внешний облик героя таков, что подойдет к любой ситуации: «не красавец, но и не дурной наружности», «ни слишком толст, ни слишком тонок», «человек средних лет» – все в нем неопределенно, ничто не выделяется. Жизненные аппетиты Чичикова не чрезмерны как у Ноздрева, он старается быть умеренным во всем. Но деньги для Чичикова являются не средством, а самоцелью. Все мысли и чувства этого человека подчинены одному – желанию стать богатым любой ценой. В осуществлении заветной мечты он демонстрирует такие качества, как упорство, изворотливость, жажда деятельности. Все эти качества можно было бы назвать положительными, если бы цели были другие.

Ноздрев же активен совершенно без цели и постоянно жаждет развлечений.

Несмотря на полную противоположность характеров, именно Ноздрев догадывается о сущности Чичикова, потому что сам подлец. «Ведь ты большой мошенник, позволь мне это сказать тебе по дружбе! Ежели бы я был твоим начальником, я бы тебя повесил на первом дереве», – радостно орет Ноздрев. Чичиков в отличие от Ноздрева «милый подлец», он, несмотря на все, вызывает симпатию своим оптимизмом, способностью не впадать в отчаянье и искать выход из любой ситуации.

Образы Чичикова и Ноздрева, созданные автором поэмы, несмотря на полную противоположность, во многом сходятся еще и потому, что каждый из них искажает природу человека.
^ 47. Чиновники города в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Французский путешественник, автор знаменитой книги «Россия в 1839 г.» маркиз де Кестин писал: «Россией управляет класс чиновников, прямо со школьной скамьи занимающих административные должности…каждый из этих господ становится дворянином, получив крестик в петлицу…Выскочки в кругу власть имущих, они и пользуются своей властью, как подобает выскочкам».

Сам царь с недоумением признавался, что не он, самодержец всероссийский, управляет своей империей, но им же поставленный столоначальник. Губернский город «Мертвых душ» заселен такими же столоначальниками сплошь. Гоголь так говорит о составе его обывателей: «Все были гражданские чиновники, но зато один другому старался напакостить, где было можно».

Чиновники, выведенные в «Мертвых душах», сильны своей круговой порукой. Они чувствуют общность своих интересов и необходимость при случае защищаться сообща. Им присущи черты особого класса в сословном обществе. Они та третья сила, среднедействующая, среднестатистическое большинство, которое фактически управляет страной. Губернскому обществу чужды понятия о гражданских и общественных обязанностях, для них должность – только средство личного удовольствия и благополучия, источник доходов. В их среде царят взяточничество, угодничество перед вышестоящими чинами, полнейшее отсутствие интеллекта. Чиновничество сплотилось в корпорацию казнокрадов и грабителей. Гоголь в дневнике писал о губернском обществе: «Идеал города – это пустота. Сплетни, перешедшие пределы». Среди чиновников процветает «подлость, совершенно бескорыстная, чистая подлость». Чиновники в большинстве своем необразованные, пустые люди, живущие по шаблону, у которых в новой бытовой ситуации опускаются руки.

Злоупотребления чиновников чаще всего смешны, ничтожны и нелепы. «Не по чину берешь» – вот что считается прегрешением в этом мирке. Но именно «пошлость всего в целом», а не размеры преступных деяний ужасают читателей. «Потрясающая тина мелочей», как пишет Гоголь в поэме, поглотила современного человека.

Чиновничество в «Мертвых душах» – не только «плоть от плоти» бездушного, уродливого общества; оно еще и основа, на которой держится это общество. Пока губернское общество считает Чичикова миллионером и «херсонским помещиком», то и чиновники относятся к приезжему соответственно. Раз губернатор «дал добро», то и любой чиновник без промедления оформит необходимые Чичикову бумаги; разумеется, не безвозмездно: ведь изначальную привычку брать взятки из российского чиновника не вытравить ничем. И Гоголь короткими, но необычайно выразительными штрихами выписал портрет Ивана Антоновича Кувшинное Рыло, которого смело можно назвать символом российского чиновничества. Он появляется в седьмой главе поэмы и произносит всего несколько слов. Иван Антонович – это по сути даже не человек, а бездушный «винтик» государственной машины. Да и другие чиновники ничуть не лучше.

Чего стоит хотя бы прокурор, в котором и всего то что густые брови...

Когда раскрылась афера Чичикова, чиновники растерялись и вдруг «отыскали в себе… грехи». Гоголь зло смеется над тем, как погрязшие в преступной деятельности бюрократы, наделенные властью, помогают мошеннику в его грязных махинациях, боясь своего разоблачения.

В наибольшей степени бездуховность государственной машины показана Гоголем в «Повести о капитане Копейкине». Столкнувшись с бюрократическим механизмом, герой войны превращается даже не в пылинку, он превращается в ничто. И в данном случае судьбу капитана неправедно вершит не провинциальный полуграмотный Иван Антонович, а столичный вельможа высочайшего ранга, вхожий к самому царю! Но и тут, на высшем государственном уровне, простому честному человеку, даже герою, нечего надеяться на понимание и участие. Не случайно, когда поэма прошла цензуру, именно «Повесть о капитане Копейкине» была безжалостно сокращена цензорами. Более того, Гоголь был вынужден переписать ее практически заново, значительно смягчив тональность и сгладив острые углы. В результате от «Повести о капитане Копейкине» мало что осталось из того, что изначально задумывалось автором.

Город Гоголя – это символический, «сборный город всей темной стороны», и чиновничество является неотъемлемой его частью.
^ 48. Крестьянские образы в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
В знаменитом обращении к «птице тройке» Гоголь не забыл и мастера, которому тройка обязана своим существованием: «Не хитрый, кажись, дорожный снаряд, не железным схвачен винтом, а наскоро, живьем, с одним топором и долотом снарядил и собрал тебя ярославский расторопный мужик». Есть еще один герой в поэме о мошенниках, тунеядцах, владельцах живых и мертвых душ. Неназванный герой Гоголя – это крепостные рабы. В «Мертвых душах» Гоголь сложил такой дифирамб русскому крепостному люду, с такой прямой наглядностью противопоставил его помещикам и чиновникам, что это не может остаться незамеченным.

Трагическая судьба закрепощенного народа отражена в образах крепостных людей. Гоголь говорит о том отупении и одичании, которое несет рабство человеку. В этом свете и надо рассматривать образы дяди Митяя, девчонки Пелагеи, не умевшей отличать, где право, где лево, плюшкинских Прошку и Мавру, забитых до крайней степени. Социальная подавленность и приниженность отпечатались на Селифане и Петрушке. Последний даже имел благородное побуждение к чтению книг, но его больше привлекало «не то, о чем читал он, но больше самое чтение, или, лучше сказать, процесс самого чтения, что вот де из букв вечно выходит какое нибудь слово, которое иной раз черт знает, что и значит».

Образы народа даны в двух планах, образуя острое противоречие тени и света. С одной стороны, юмор Гоголя в описание мужиков – недотеп, с другой – крестьянская Русь изображена с сочувствием. Разговор мужиков о колесе чичиковской брички – тоска «идиотизма деревенской жизни». Тема «идиотизма», рабства, безнадежного существования не раз всплывает в поэме, воплощаясь в Петрушке, в Селифане, в его терпении, беседах с лошадьми, рассуждениях насчет достоинств его барина. «Идиотизмом деревенской жизни» веет и от объяснения мужиков насчет Маниловки и Заманиловки, и сцены, где толпа крестьян не может сдвинуть с места экипажи Чичикова и губернаторской дочки.

Мертвые крестьяне в поэме противопоставлены живым крестьянам с их бедным внутренним миром. Они наделены сказочными, богатырскими чертами. Продавая плотника Степана, помещик Собакевич описывает его так: «Ведь что за силища была! Служи он в гвардии, ему бы бог знает что дали, трех аршин с вершком ростом». Так Чичиков, вернувшись после удачных сделок с продавцами мертвых душ, охваченный самому непонятными чувствами, воображает биографии купленных им рабов. Вот Пробка Степан, плотник, упавший с колокольни – богатырь, в гвардию годился бы. Сапожник Максим Телятников, научившийся ремеслу у немца, но прогоревший на заведомо гнилом сырье и погибший от запоя. Каретник Михей создавал экипажи необыкновенной прочности и красоты. Печник Милушкин мог поставить печь в любом доме. А Еремей Сорокоплехин «одного оброку приносил по пятьсот рублей!». И еще, и еще воскресают в разыгравшемся воображении Чичикова молодые, здоровые, работящие, одаренные люди. Все это разительно отличается от остального повествования Гоголя – так широко, с такой волей к обобщению выражается сочувствие и любовь автора к простому народу. Впервые в поэме встают самые живые люди. В чичиковском списке рядом с мертвецами проставлены также и беглые. При встрече с именами и прозвищами беглых Чичиков приходит в полный восторг: «И в самом деле, где теперь Фыров? Гуляет шумно и весело на хлебной пристани, порядившись с купцами. Цветы, ленты на шляпе, вся веселится бурлацкая ватага.…Там то вы наработаетесь, бурлаки! И дружно, как прежде гуляли и бесились, приметесь за труд и пот, таща лямку под одну бесконечную, как Русь, песню…» И здесь мы видим настоящие образы крестьян, полные жизни, не задавленные нищетой, рабством и бесправием.

Давая столь разные образы крепостных крестьян, Гоголь дает понять читателю, что убожество крестьянской жизни является следствием уклада общества. «Мертвые души» не заключает в себе только отрицательные образы. Наряду с коллективным образом общественного зла создан образ русского народа. И народ является положительным героем поэмы.
^ 49. Образ Чичикова в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Что такое образ литературного героя? Чичиков – герой великого, классического произведения, созданного гением, герой, воплотивший результат авторских наблюдений и размышлений над жизнью, людьми, их поступками. Образ, вобравший типические черты, и потому давно уже вышедший за рамки самого произведения. Имя его стало нарицательным для людей – пронырливых карьеристов, подхалимов, стяжателей, внешне «преприятных», «порядочных и достойных». Более того, у иных читателей оценка Чичикова не столь однозначна. Постижение этого образа возможно лишь при кропотливом, внимательном анализе не только самого произведения, но и огромного массива критической литературы, и последующей жизни образа в русской литературе и культуре в целом. Но, помимо этого, есть менее объемное понятие образа героя: это то, каким он предстает на страницах произведения в своих действиях, в авторских описаниях, в замечаниях других героев. Это его внешность, манеры и речевой портрет. Целью сочинения является, конечно, попытка охарактеризовать образ героя лишь во втором его понимании.

Если говорить об основных составляющих характера Чичикова, то мы должны отметить, помимо ставших уже общим местом дурных черт, таких как пронырливость, подхалимство, способность на сделки с совестью, нечестность в коммерческих операциях, черты вполне похвальные, служи они добру: целеустремленность, способность во многом себе отказывать, смекалку, энергичность и неумение сдаваться, отступать перед лицом неудач. Отвлечемся от сути целей Чичикова и вспомним, как терпеливо долгие годы он отказывал себе очень во многом: от пряника в школьные годы до хорошего обеда после целого дня над канцелярскими бумагами, как, подогреваемый желанием достичь благополучия, не гнушался он не только аферами, но и рутинной работой даже по ночам. Лишь приобретя некоторый капитал, отказался Чичиков от своего воздержанья. Он оказался человеком, не чуждым «разных наслаждений» и «излишеств». Впрочем, «излишества» эти характеризуют его как человека обстоятельного, с хорошим вкусом, желающего производить приятное впечатление: хороший повар, тонкие голландские рубашки, дорогое мыло, отличная пара лошадей. В общем, он стремился обеспечить уютную и достойную жизнь телу. Понятие противостоящей телу бессмертной души для нашего героя не было важным, едва ли само слово «душа» значило для него что то большее, чем имя умершего крестьянина в соответствующих перечнях.

Итак, внешне Чичиков – благопристойный холостяк, господин средней руки, могущий сойти и за отставного подполковника, и за штабс капитана, и за помещика, имеющего около сотни душ: «не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтоб стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод». Речевая манера Чичикова такова, что со всеми ему удается найти общий язык, подо всех подстроиться, кому надо – искусно польстить (как чиновникам города NN, Манилову), с другими – говорить напрямик (как пришлось с Собакевичем, ничуть не удивившимся желанию Чичикова купить мертвые души). О себе он всегда говорит со скромностью, употребляя книжные обороты, называя себя «червем мира сего» и стараясь не выдать ничего лишнего, создав при этом приятное впечатление. С Маниловым Чичиков говорит, подчиняясь манере того, расточает похвалы и детям помещика, и его дому, и общим теперь уже знакомым из числа жителей города. В его речи появляется много уменьшительно ласкательных слов, этикетных выражений: «миленький», «душенька», «помилуйте», «препочтейнейший». С Собакевичем он говорит более сдержанно еще за столом, стараясь больше слушать и не перечить хозяину, ругающему всех и вся, в разговоре о покупке душ оба ведут себя деловито, Чичиков не позволяет себе показать возмущения, но внутренне кипит и ругает помещика «подлецом» и «чертом».

Удивительно то, как повел себя с Чичиковым Ноздрев. Конечно, Ноздрев – хулиган, балагур, самовольник, несдержанный и неуважительный человек, от которого можно ожидать чего угодно, но, может быть, его обращение с Чичиковым характеризует не только самого Ноздрева, но и его гостя? Мне представляется, что этот самодур, в котором не заподозришь здравой мысли, спокойного размышления, как то не умом раскусил Чичикова, угадал в нем если не одного с ним поля ягоду, то по крайней мере человека, которого никак не сочтешь достойным искреннего уважения. Чичиков предстает перед нами человеком сознательно и тщательно создавшим свой собственный образ, внешнюю картинку, и то, что скрывается за ней, известно лишь автору и благодарному читателю.
^ 50. Знакомство Чичикова с городом NN (по поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»)
«В ворота гостиницы губернского города NN въехала довольно красивая рессорная бричка… В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так чтобы слишком молод. Въезд его не произвел в городе совершенно никакого шума и не был сопровожден ничем особенным». Так появляется в городе наш герой – Павел Иванович Чичиков. Давайте и мы, следуя за автором, познакомимся с городом. Все говорит нам о том, что это типичный губернский город царской России времен Николая II, город, чьих «близнецов» встречали мы во многих произведениях Гоголя. И гостиница здесь такова, «какие бывают гостиницы в губернских городах»: длинная, с выкрашенным желтой краской верхним этажом, с тараканами, поджидающими постояльцев в их комнатах. Осмотрев свой номер, Чичиков отправляется в общую залу гостиницы, где, не смущаясь грязными стенами, безвкусными картинами на стенах, располагается за столом с истертой клеенкой и заказывает обед, состоящий из обычных для трактира блюд: щей, «нарочно сберегаемых для проезжающих в течение нескольких неделей», мозгов с горошком, сосисок с капустой и «вечного» сладкого пирожка. Уже за обедом Чичиков приступает к удовлетворению непосредственных своих интересов. Он ведет с трактирным слугой не праздный разговор, а расспрашивает его, кто в городе губернатор, прокурор, какие есть еще значительные чиновники и помещики и как идут дела у последних, много ли у них крестьян. Прогулявшись по городу, Чичиков остался вполне им доволен, счел его не уступающим другим губернским городам с обязательно плохой мостовой, лавками с выцветшими вывесками, «питейными домами» и садом с чахлыми деревцами. Судя по всему, наш герой не раз уже останавливался в таких городах и потому почувствовал себя в нем вполне в своей тарелке.

Следующий день Чичиков посвятил визитам, посетил всех мало мальски заметных чиновников и, главное, со всеми нашел общий язык. Особенностью натуры Чичикова было умение всем польстить, всем сказать нужное и приятное, «случайно» ошибиться и употребить в разговоре с чиновником обращение, предназначенное для более высокого сана. Старания его увенчались успехом: он был приглашен к самому губернатору на «домашнюю вечеринку», а к другим – на обед, чашку чаю, партию в карты… О себе самом Чичиков говорил общими фразами, книжными оборотами, создав ауру некоторой таинственности, но произведя несомненно благоприятное впечатление.

На балу у губернатора Чичиков некоторое время рассматривает всех гостей, с удовольствием отмечая присутствие красивых и хорошо одетых дам, мужчин, благовидных и утонченных, как и петербургские господа. Мы встречаем рассуждения о различии жизненного успеха «тоненьких» и «толстых» мужчин и снисходительное указание автора на то, что рассуждения эти принадлежат Чичикову. Герой наш, ни на минуту не оставляющий мысли о ждущем его коммерческом деле, не увивается по примеру «тоненьких» за дамами, а идет играть в вист с «толстыми». Здесь внимание свое он уделяет непосредственно Манилову и Собакевичу, очаровывает их «любознательностью и основательностью», которые проявляются в том, что сначала Чичиков узнает о состоянии их поместий, о количестве душ, а затем уже осведомляется об именах своих помещиков. Ни одного вечера Чичиков не проводит дома, он ужинает у вице губернатора, обедает у прокурора, везде показывает себя знатоком светской жизни, прекрасным собеседником, дельным советчиком, рассуждает и о добродетели, и о выделке горячего вина с одинаковым умением. Говорил и вел он себя точно так, как следует и всеми «значительными» жителями города был сочтен человеком «почтенным и любезным», «обходительнейшим», «преприятным». Что ж, таков был талант у Павла Ивановича. И вполне возможно, что читатель, в первый раз взявший в руки книгу, попал бы под обаяние господина Чичикова так же, как чиновники города NN, тем более, что автор оставляет за нами полное право самостоятельно формировать свою оценку.
^ 51. Быт и нравы губернского города NN (по поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»)
Творчество Николая Васильевича Гоголя пришлось на мрачную эпоху Николая I. Это были 30 е гг. XIX столетия, когда в России после подавления восстания декабристов царила реакция, все инакомыслящие преследовались, лучшие люди подвергались гонениям. Описывая современную ему действительность, Н. В. Гоголь создает гениальную по глубине отражения жизни поэму «Мертвые души». Основа «Мертвых душ» в том, что книга является отражением не отдельных черт действительности и характеров, а действительности России в целом. Сам Гоголь определял свое творческое задание такими словами: «Весь город со всем вихрем сплетней преобразование бездеятельности (т. е. пошлости) жизни всего человечества в массе… Как низвести все мира безделья во всех родах до сходства с городским бездельем? И как городское безделье возвести до преобразования безделья мира?»

Описывая быт и нравы губернского города, Гоголь прежде всего говорит о безделье, в результате которого возникают сплетни, становится возможным всеобщее надувательство, воцаряется легковерие по отношению к любому обману, гипнотически действующему на пошляков – «когда нам кажется не тем, чем оно есть на самом деле…» Тема ненормальности обыденной жизни проходит через всю поэму. Городская жизнь в «Мертвых душах», складывается из пустословия и безделья. Чиновники уездного города заняты чем угодно, но только не своими прямыми обязанностями. Они представляют собой скопище бездельников. Глава и отец города – губернатор занят вышивкой по тюлю. Вся заслуга губернатора города NN состоит в том, что он посадил «роскошный» сад из трех жалких деревьев. Стоит отметить, что сад как метафора души часто используется Гоголем (вспомним про сад у Плюшкина). Три чахлых деревца – олицетворение душ городских обитателей. Души их так же близки к смерти, как эти несчастные посадки губернатора.

Пошлость и ничтожество интересов характеризуют и женское общество. С претензиями на вкусы и образованность сочетаются сплетни, пустая болтовня о городских новостях, жаркие споры о нарядах. Дамы стремились подражать столичному обществу в манере говорить и одеваться, без ужимки они не произносят ни слова.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconТема поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина
А. С. Пушкиным на заре его творчества. А. С. Пушкин пытается отговорить своего друга писать стихи, представляя те трудности, которые...

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconПоэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина
Вступительное испытание по русскому языку проводится в письменной форме – изложение. По характеру текстового материала поступающий...

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconПоэта и поэзии в творчестве Пушкина (Юг, Михайловское)
Вопросы к курсу «Система русской словесности» (конец XVIII – первая половина XIX вв.; Н. М. Карамзин, В. А. Жуковский, К. Н. Батюшков,...

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconЛюбви в лирике А. С. Пушкина Пейзажная лирика А. С. Пушкина Тема...
«Чумакевич Э. В. Сочинения на отлично! Русская литература. 9–11 классы.»: Питер; Санкт-Петербург; 2011

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconТема поэта и поэзии в лирике А. С. Пушкина
Чтение диалога Чарского и импровизатора из произведения А. Пушкина «Египетские ночи» (глава 2)

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconОриентировочный план ответа по теме «М. Ю. Лермонтов о поэте и поэзии»
Вступление. Традиционный взгляд на назначение поэта и поэзии в русской литературе от Г. Р. Державина до А. С. Пушкина

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconТема урока: лирика а. С. Пушкина подготовка к игре
Цели урока: обобщить и закрепить сведения о жизни и творчестве А. С. Пушкина; развивать познавательный интерес уч-ся к творчеству...

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconТема: «Любовная лирика А. С. Пушкина»
Цель урока: познакомить с любовной лирикой А. С. Пушкина; вызвать интерес к личности и творчеству поэта; создать благоприятные условия...

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconПоэта и поэзии в лирике А. С. Пушкина

Поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина iconЛюбви является одной из важнейших тем в творчестве А. С. Пушкина....
Слайд Тема любви является одной из важнейших тем в творчестве А. С. Пушкина. Именно любовь и вдохновляла поэта на творчество и на...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница