Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст»)




НазваниеКнига (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст»)
страница9/13
Дата публикации24.06.2013
Размер1.58 Mb.
ТипКнига
www.lit-yaz.ru > Литература > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13
^

Песнь девятая




1



С Юрием Константиновичем мы договорились встретиться в кафе «Абрикосов», прямо на Невском. Он пришел первым, а я чуть опоздал. Очень пожилой, очень интеллигентный, очень приятный. Я заказал эспрессо и закурил. Юрий Константинович сказал, что у него диабет и пить кофе он не станет.

На колени он положил потертый кожаный портфель. Рассказал, что ровно напротив того места, где мы сидим, в подвалах Публичной библиотеки, хранится большая коллекция древних славянских манускриптов. Просто огромная коллекция.

В кофейне пахло молотыми зернами и уютным клубничным вареньем. В витрине истекали соком жирные ломти вишневых тортов и круглые чиз-кейки.

— Вы когда-нибудь слышали о Реймсском Евангелии? В соборе французского города Реймса хранится рукопись, древнее Евангелие. Во время церемонии коронации французские короли клали на эту книгу правую руку и приносили положенные клятвы. При этом никто на свете не мог ее прочесть. Все знали, что это древнее и священное Евангелие, но непонятно было даже, на каком языке оно написано. Странные нечитаемые закорючки.

Девушка-официантка принесла мой кофе. Я сказал ей «Спасибо». У девушки была татуировка в виде бабочки прямо на шее. Кофе был прекрасен.

— А потом книгу показали путешествующему по Европе русскому самодержцу Петру Алексеевичу. И тот играючи стал ее читать. Потому что он знал эти письмена: Реймсское Евангелие переписано всего-навсего славянской азбукой. Вот так и была обнаружена первая книга из легендарной библиотеки Ярослава Мудрого. Летописи утверждают, что Ярослав любил книжную премудрость и именно за это получил свое прозвище. Но ни единой книжки тех времен до нас не дошло. Самая древняя русская рукопись, которую пока что сумели отыскать историки, была переписана ровно в год смерти Ярослава. Резонный вопрос: куда ж они делись?

— Да, куда?

— Еще век спустя после Петра старинные рукописи во Франции принялся скупать некто Дубровский. Он служил дипломатом и оказался в Париже как раз в момент Великой Французской революции. Восставшие жгли храмы и уничтожали произведения искусства, а Дубровский, пользуясь случаем, скупал, что мог. В Россию он вывез несколько огромных ящиков с манускриптами из разоренных монастырей. Его коллекция как раз и легла в основу всей нашей Публичной библиотеки. Там есть настоящие раритеты: множество действительно уникальных книг. Но вот что интересно: один из ящиков так и стоит до сих пор невскрытым. Почти двести лет! Как вы думаете, что там?

— Не знаю. А что там?

Юрий Константинович вздохнул и выдержал паузу. Эту историю он рассказывал уже много лет подряд. Все изгибы сюжета были отточены до такой остроты, что теперь пожилой профессор боялся, как бы история не порезала ему язык. Юрий Константинович мне правда нравился: милейший дядька. И в отличие от многих коллег толково излагает свои взгляды. Одна беда: все, что он рассказывал, являлось чистейшей воды сумасшествием.

2



Каких-то двести — триста лет назад никто не мог сказать, откуда на свете взялась странная страна Россия. Петербургские аристократы прекрасно разбирались во французской комедии и греческой мифологии. Но ответить на простой вопрос: с чего началась их собственная история, они были не в состоянии.

В Египте уже вовсю велись раскопки. В джунгли Юкатана отправлялись археологические экспедиции. Ученые расшифровали с полдюжины допотопных письменностей. А о происхождении гигантской России не было известно вообще ничего. Выезжаешь за последнюю петербургскую заставу — а там тоскливые бескрайние просторы, о прошлом которых не написано ни единой книжки. Руины разрушенных городов (кто и зачем их разрушил?)… Потрепанные рукописи на непонятном языке (о чем все это? кем и когда написано?)… Словно улики давно забытого преступления… И ни единый Шерлок Холмс не желал браться за расследование этого запутанного дела.

Нельзя сказать, чтобы подданные российской короны очень уж сильно из-за этого переживали. Во главе их государства стояла немецкая принцесса, а родным языком для большинства аристократов был французский. Сами аристократы вели род, как правило, от крещеных мурз и эмиров Золотой Орды, а наиболее боеспособными частями империи являлась казачья и калмыцкая конница. Почти половину населения страны составляли мусульмане, а оставшиеся на вопрос, какова ваша национальность, отвечали: «Мы — крестьяне!» (В смысле не «басурмане», а «христиане».) Людей, которые считали бы себя русскими, в тогдашней Российской империи просто не было. Да и само слово «русский» стало обозначать национальность только после Октябрьской революции.

Как-то в Петербург заехал немец Готлиб-Зигфрид Байер. Он собирался транзитом проследовать через территорию империи в Китай. Однако для немцев того времени Россия была не меньшей экзотикой, чем Дальний Восток. Поэтому до Китая Байер не доехал, а застрял у нас и занялся изучением русской истории. Именно он отыскал в архивах самую-самую первую русскую летопись и даже перевел ее на немецкий и латинский языки.

В таком виде с летописью смогли ознакомиться образованные жители России: на европейских языках читать они умели, а по-древнерусски нет. Прочитанное их поразило. Оказывается, у России имелась собственная история. Причем довольно древняя. Князья со странными прозвищами, величественные сражения… кто бы мог подумать? На какое-то время летопись стала модной темой для разговоров в салонах. Большинство собеседников, впрочем, склонялось к мысли, что все это розыгрыш. Скорее всего (считали они) летописные байки были уже в наши дни выдуманы кем-то из хитрых украинцев.

Впрочем, начало было положено. Коллекционирование российских достопамятностей постепенно входит в моду. Обер-прокурор Синода Мусин-Пушкин распорядился, чтобы все более или менее ценные манускрипты из подмосковных монастырей были срочно доставлены к нему. В Москву потянулись телеги с тюками древних книжек. Мусин-Пушкин был непосредственным начальником монастырских настоятелей, и ослушаться те не могли.

Еще одним коллекционером был граф Уваров. Он тоже воспользовался служебным положением и силами казенных крестьян за три года срыл в окрестностях Москвы все до единого древние курганы общим числом в несколько тысяч штук. Древние могилы потрошились, кости извлекались из гробниц, погребальная утварь выбрасывалась, как мусор. Именно после этих раскопок древняя история Северо-Восточной Руси превратилась в сплошное белое пятно. Зато граф сумел собрать большую коллекцию сувениров типа старинных сережек и бус. Позже из этого собрания вырос московский Исторический музей.

Первые отечественные археологи описывали свои открытия в книжках, в которых не было ни грамма исторической правды, зато был адреналин: смотрите-смотрите! Представляете, что удалось отыскать?! Ничем не хуже Европы! Всего за несколько лет на свет Божий была извлечена целая исчезнувшая культура: книги, храмы, песни, битвы… Это было все равно, что прямо у себя в ванной открыть затонувшую Атлантиду.

Самый же большой кабинет древностей был собран графом Румянцевым. Тот коллекционировал предметы, связанные с прошлым страны, больше двадцати лет. Одних только древних рукописей у графа имелось больше семисот штук. Он отправлял людей в шведские архивы, чтобы скопировать древнюю переписку тамошних королей с московскими князьями. Выкупал у торговцев-староверов потрепанные богослужебные рукописи. Соглашался спонсировать археологические раскопки. И в результате собрал самую богатую коллекцию куриозностей в империи.

Образованные современники графу завидовали. Правда, недолго. После того как свою коллекцию публике явил Александр Иванович Сулакадзев, все достижения остальных антикваров стали выглядеть бледненько.

3



По национальности Сулакадзев был грузин, но — полностью обрусевший. Некоторое время служил в гвардии, но потом оставил службу и сосредоточился на науке. Александр Иванович интересовался воздушными полетами, писал пьесы, восхищался графом Калиостро, следил за политикой, состоял членом научных и масонских обществ. Уверял, будто проводил раскопки в бывшей татарской столице городе Сарай и отыскал там посуду великих ханов, с которой теперь кормит гостей. В общем, выдающийся был человек.

Собирать библиотеку начинали еще его дед и отец. Они скупали частные коллекции, выменивали манускрипты в монастырях. Так что очень скоро библиотека Александра Ивановича оказалась крупнейшей в столице: до пяти тысяч книг, причем большей частью редкие инкунабулы по оккультизму, магии, алхимии, каббале, вампиризму и всему в таком роде.

Один из современников так описывал легендарный сулакадзевский кабинет:
Признаюсь, по страсти своей к археологии я не утерпел, чтобы не побывать дома у этого прославленного исследователя. Древние рукописи хранились у него в кабинете в стеллажах до самого потолка. Здесь же хранились разные диковины, вроде камня, на котором отдыхал Дмитрий Донской после Куликовской битвы, и кипы старинных бумаг, о которых владелец говорил, что они писаны руническим письмом. В углу были навалены археологические достопамятности: черепки и бутылки, а под потолком привешено было набитое чучело крокодила.
Интересующимся Сулакадзев показывал тетрадочку, в которую неразборчивым почерком были вписаны сокровища фамильной библиотеки. Озаглавлен каталог был цветисто: «Книгорек, то есть каталог древним книгам, как письменным, так и печатным, из числа коих, по суеверию, многие были прокляты на соборах, а иные в копиях сожжены, хотя оные одной истории касались, большая ж часть оных писаны на пергаменте, иные на кожах, на буковых досках, берестяных листах, на холсте толстом, напитанном составом, и другие».

Наименование каталога сулило невиданные тайны, и содержание оправдывало эти ожидания. Сулакадзев уверял, что в его распоряжении имеются:
«Криница» (IX века), Олега Вишерца, — книга о переселениях старожилых людей и о первой вере.

«Жидовин», рукопись одиннадцатого века, киевлянина Радивоя, о жыдах-самарянах и других, кто от кого произошел.

«Патриарси». Вся вырезана на буковых досках, числом сорок пять и довольно мелко. Сочинение Ягипа Гана, смерда, написана в Ладоге в IX веке о варяжских переселенцах и жрецах, и письменах. Хранилось в Моравии.

«Ексох». Рукопись VIII века о видениях и чудесах. Есть с нее и копия у раскольников волховских.

«Лоб Адамль». X века рукопись смерда Внездилища о холмах новгородских, тризнах Злогора, о Колядке вандаловой и округе Буривоя и Владимира. Написана на белой коже.

«Молниянник» (VII век). Рукопись Яна Окулы о чудных сновидениях и наветы о доброй жизни.

«Месяц окружися» псковита Лиха.

«Коледник» V века дунайца Яновца, писанный в Киеве о поклонении Тройским горам, о гаданиях в пещерах и Днепровских порогах с русалками и кикиморами.

«О Китоврасе»: басни и кощуны, вырезанные на буковых досках и связанные железными кольцами. 143 доски пятого века. Написаны на славянском языке…
Всего в каталоге было перечислено 63 древних памятника. С годами их число росло, и под конец жизни Сулакадзев утверждал, что в его распоряжении имеется уже чуть ли не полторы тысячи диковин. Включая даже обгоревшие рукописи из знаменитой Александрийской библиотеки.

Такой безудержный полет фантазии все-таки вызвал у современников сомнения. Историки пытались отыскать хоть какие-то следы древнерусской литературы больше ста лет подряд. И не нашли ничего, кроме «Слова о полку Игореве», насчет которого до сих пор нет уверенности, что это не фальшивка. А тут такое… Пусть Сулакадзев нашел сто древних манускриптов… ну пусть даже несколько сотен… но не полторы же тысячи! А уж с Александрийской библиотекой, это он и вовсе загнул.

Газеты, которые еще вчера восторгались им, как главным светилом русской археологии, начинают ехидничать и издеваться. Эксперты утверждали: фокус прост. К действительно древним рукописям Сулакадзев собственной рукой приписывал целые страницы и пытался выдать получившуюся рукопись-мутант за произведение немыслимой древности.

— Ну а дальше разбираться никто не стал. Все, проходившее через его руки, теперь считалось фальшивкой.

Юрий Константинович нервничал и заглядывал мне в глаза. Было видно: судьба сулакадзевской библиотеки для него — дело личное. Наверное, этот старичок так же одинок, как и я… как и каждый из нас. И нет ничего плохого в том, что он решил выдумать себе семью: святой народ, испокон веку живущий на своей святой земле.

— А они не все фальшивые?

— В том-то и дело, что нет. Пусть кое-какие рукописи Александр Иванович собственной рукой испортил. Но почему нужно считать, будто в его коллекции не было ни единого подлинного раритета? Куда делись подлинные сокровища наших библиотек?

— А они существовали?

— Конечно! Древняя Русь была одной из самых культурных держав планеты. При Ярославе Мудром в Киеве были скоплены огромные книжные сокровища. Требники древнерусских волхвов, древнейшие хроники, священные писания язычников. Однако после Крещения Руси хранить все это в христианских монастырях становится опасно. И когда дочка Ярослава Мудрого Анна выходит замуж за французского короля, она просто увозит библиотеку с собой. Там, во Франции, сокровища нации и хранятся почти восемь веков. До тех пор, пока Дубровский не выкупает их и не возвращает на родину. Здесь, в Петербурге, часть древнейших манускриптов он продает Сулакадзеву, а часть передает в дар Публичной библиотеке.

— И в этом заколоченном ящике, о котором вы говорили, хранится библиотека Ярослава Мудрого?

— Ну, те крохи, которые от нее дошли.

Я допиваю кофе и достаю из пачки новую сигарету. Кофе в «Абрикосове» один из лучших в городе. С этакой приятной пуэрто-риканской кислинкой. Представить, будто в киевских монастырях хранились языческие книги, и что потом все это добро Анна Ярославна еще и перла на себе через всю Европу во Францию, у меня все равно не получается.

4



Сулакадзев умер в 1832-м. Не старым, в общем-то, человеком. Библиотека по наследству перешла к его вдове. Та пыталась продать собрание в казну, но чиновники покупать фальшивые реликвии отказались. Тем более что вдова зарядила за них совершенно несусветную сумму в 25 тысяч рублей. Букинисты пытались сторговаться подешевле, но вдова стояла на своем, как утес. И тогда покупатели просто объявили ей бойкот. Библиотеку никто так и не купил. Несколько десятилетий подряд книги Сулакадзева и коллекция артефактов (включающая такой раритет, как личный костыль царя Иоанна Грозного) провалялись на чердаке, а потом их купил кто-то из старьевщиков. Рукописи новый владелец выставил на продажу в петербургском Апраксином дворе, а архив продал на оберточную бумагу в мясную лавку.

К этому времени картина древнерусской истории худо-бедно оформилась. Сулакадзевские манускрипты вряд ли смогли бы что-то добавить к этой картине. Несколько поколений исследователей сумели-таки сложить рассыпающиеся факты во внятный пазл. Каждая глава этой истории была подкреплена яркими археологическими открытиями.

Одно из первых совершил украинский архиепископ Иоанн Теодорович. Объезжая свою епархию, в одном из дальних приходов он наткнулся на старинную книжицу, рукописный молитвенник. Владыка полистал блеклые страницы, а когда разобрался, что именно там написано, то чуть не выронил книгу из рук. На полях книги имелись пометки, выведенные рукой самого первого русского епископа Иоакима из Корсуни плюс неких Урсы, Гука и чернеца Наленды-псковита. Но главное, свои автографы там оставили киевский князь Владимир Красно Солнышко и его дядя, богатырь Добрыня Никитич. Рукопись тут же была выкуплена у прежних владельцев. Сообщения о находке опубликовали столичные журналы. Через два года «Молитвеннику» был посвящен специальный доклад на серьезной научной конференции. И только со временем выяснилось, что это опять подделка. На действительно древнем манускрипте XIV века кто-то пририсовал автографы Добрыни и его августейшего племянника.

После архиепископа Теодоровича вклад в изучение отечественной истории решили внести и миряне. Некто Древлянский выпустил исследование, в котором описал и проанализировал религию древних славян. Читатель терял дар речи: как выяснялось, мифы наших предков были прекраснее, чем у античных греков, а богословские концепции допотопных волхвов затыкали за пояс любого индусского брахмана. Книга Древлянского была переведена на несколько языков и везде вызывала фурор. Но только до тех пор, пока не выяснилось, что это всего лишь шутка. Написал ее студент, родом откуда-то из Польши. Все приводимые факты он просто выдумал.

За дело пора было взяться серьезным исследователям, и они не заставили себя ждать. Самый первый русский археолог Доленга-Ходаковский объявил, что собирается провести детальное археологическое обследование страны — полную инвентаризацию того, чем богата Россия в плане допотопных руин. По его прикидкам, на это должно было уйти года три-четыре. Засучив рукава, Доленга взялся за дело и, хотя полного обследования страны он, допустим, не провел (такое обследование не проведено в России и до сих пор), зато сумел отыскать следы высокоразвитой древнерусской цивилизации: курганы, крепостные валы, остатки городов, величественные языческие храмы. Правда, очень быстро выяснилось, что храмы эти были не русскими, не древними да, в общем-то, это были и не храмы, но к чему обращать внимание на такие мелочи? Главное, изучение прошлого России шаг за шагом продвигалось вперед.

5



Юрий Константинович продолжал говорить. В руках он по-прежнему сжимал свой потертый профессорский портфель. Мне все хотелось спросить, что в нем? Рукопись, которую с минуты на минуту выкрадут инопланетяне? Почему он так бережно держит портфель на коленях и не поставит, к примеру, на пол? Но я, разумеется, не спросил.

Когда-то мой собеседник был любимым учеником академика Лихачева. Изучал под его руководством шедевры древнерусской литературы. Выпустил несколько серьезных монографий. Одну из них я даже пробовал читать: каждая пересыпанная специальной терминологией строчка свидетельствовала о том, что передо мной труд серьезнейшего ученого. А потом с Юрием Константиновичем что-то случилось.

Я просто вдыхал сигаретный дым… выдыхал его… а потом вдыхал снова. Безумие может ведь постучаться и в самую светлую из голов. Мой собеседник перестал считаться учеником академика и махнул рукой на древнерусские шедевры. Теперь с той же самой научной тщательностью он изучал какие-то нелепые произведения: выкраденные из архивов Ватикана листки с доказательствами того, что Россия — древнейшая цивилизация планеты… Засекреченные КГБ хроники булгар, живших накануне Всемирного потопа… История Древней Руси, это вообще совершенно особый жанр. Специалисты по этой науке дотошно и беспристрастно изучают то, что никогда не существовало.

Я раздавил в пепельнице докуренную сигарету и почти сразу вытащил из пачки еще одну. Последнее, о чем мне хотелось расспросить Юрия Константиновича, это о его отношениях с академиком Лихачевым. Но он пропускал мои вопросы на эту тему мимо ушей. Сказал, что его работы очень ценит совсем другой академик: недавно скончавшийся Борис Рыбаков. А между прочим, Рыбаков был главным в мире спецом по русской истории.

— Глав-ней-шим! И перед смертью он хотел встретиться со мной. Благословить, так сказать, на продолжение начатого им дела. Но не успел.

Юрий Константинович улыбается. Этот милый старичок давно превратился в посмешище для всех бывших коллег. Да только признанные авторитеты в области древнерусской истории по степени вменяемости не так далеко от него и ушли.

Вот, скажем, академик Рыбаков. Он и вправду считается чуть ли не основным экспертом по истории страны, в которой я живу. После окончания Второй мировой, когда на Украине неожиданно поднял голову национализм, именно молодого, но перспективного ученого Рыбакова вызвали в соответствующий кабинет и поделились планами: надо бы что-то этому национализму противопоставить. Может, провести какой-нибудь большой юбилей Киева, а? Нет ли на подходе какого-нибудь праздника? И когда он, вообще, основан, этот Киев?

Разговор приходилось вести, вытянувшись по стойке «смирно». В глаза собеседнику историк старался не смотреть.

— Дата основания Киева никому в точности не известна. Тысячу двести — тысячу триста лет тому назад на месте города был практически пустырь. Никаких следов славян обнаружить здесь не удается. И вообще: откуда взялись славянские народы — это громадная загадка. Решить которую историки вряд ли когда-нибудь смогут.

— Как же так, товарищ Рыбаков? Неужели советской науке это не по зубам?

— Да нет… Вы неверно меня поняли… То есть… Конечно, по зубам… Просто не хватает данных. Самое древнее, что пока удалось найти археологам в Киеве, это следы костра, который горел на одном из холмов приблизительно 1280 лет назад. Но, кто зажег этот костер, неизвестно. Может быть, славяне, может, тюрки, а может, и вообще германцы.

— Германцы? В Киеве?

— Да. То есть нет. Вернее, да. Ну, просто древние германцы когда-то обитали на этих землях.

Человек, с которым разговаривал академик, недовольно поморщился. Молодой ученый все отчетливее понимал: для него лично этот разговор может закончиться неприятно. Кроме того, от неудобной позы затекала спина.

— Так не пойдет, товарищ Рыбаков. Какие-то германцы на советских землях… Что вы такое говорите? И потом: что это за дата? Тысяча двести восьмидесятилетний юбилей — не звучит, а? Может, советские археологи отыщут дату покруглее?

— Покруглее? Может, тысяча триста лет назад, а?

Собеседник хмурился все сильнее. Рыбаков судорожно сглотнул и сделал последнюю попытку:

— Может, тогда тысяча пятьсот лет? Как вам кажется? Тысяча пятьсот лет — это вполне круглая дата.

— Тысяча пятьсот? А что, неплохо. Полуторатысячелетний юбилей матери городов русских! Совсем неплохо! Я думаю, такую дату можно и отметить. Давайте на ней и остановимся, товарищ Рыбаков.

На прощание собеседник пожал Рыбакову руку. Молодой историк вышел из кабинета, аккуратно прикрыл за собой дверь и вытер покрывшую лоб испарину. Теперь он знал главный секрет своей профессии: никакого отношения к прошлому история России не имеет. История — это оружие. Что-то вроде очень опасного топора. Им можно рубить врагов. С его помощью можно вырубить ступеньки своей карьеры.

Некоторое время спустя за открытие подлинного возраста Киева Рыбаков получил звание академика. И несколько высоких государственных наград. То, что раньше казалось ему загадкой, теперь стало яснее ясного. Въехав в обширную квартиру, расположенную в лучшем районе Москвы, он уже больше не сомневался: история славян насчитывает не тысячу, а тысячи лет. Многие-многие тысячи лет. Об этой славной истории Рыбаков написал несколько книг — таких же толстых, как у Толкиена, но куда менее правдоподобных. Он воспитал целую плеяду учеников, каждый из которых тоже написал несколько книг и воспитал несколько учеников. Причем некоторые ученики тоже получили высокие награды и большие квартиры и сразу после этого совершили еще несколько важных исторических открытий, ну и так далее.

Все мы склонны доверять ученым, ведь считается, будто их выводы беспристрастны: раскопки, анализ, сравнение источников. Но вот к науке о прошлом моей родины это точно не относится. В книжках, рассказывающих о прошлом России, перечислены тысячи событий, каждое из которых годится для того, чтобы отметить его масштабными государственными торжествами. Жаль только, что о самом прошлом в этих книгах вы не найдете ни слова.


1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

Похожие:

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconИлья Юрьевич Стогов Эра супергероев. История мира в 5 журналах и...
«Стогoff И. Эра супергероев. История мира в 5 журналах и 3 комиксах / Илья Стогoff»: Астрель: аст; Москва; 2010

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconПоследний шанс
Аст, Астрель, Полиграфиздат; Москва; 2010; isbn 978-5-17-063119-3, 978-5-271-31294-6, 978-5-4215-1450-3

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconНазвание раздела
Народные легенды. «Легенда о граде Китеже». «Легенда о покорении Сибири Ермаком»

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconДуглас Коупленд Похитители жвачки «Коупленд Д. «Похитители жвачки»»
Аст, аст москва; М.; 2009; isbn 978-5-17-060629-0, 978-5-403-01631-5, 978-5-17-053717-4, 978-5-403-01630-8

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconКто есть кто в мире террора
Аст, Астрель, Русь-Олимп; Москва; 2007; isbn 5-17-041312-2, 5-271-16201-Х, 5-9648-0100-5, 978-985-16-0442-1

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconНовые поступления литературы за январь 2014 г. Ш6
Чувство реальности : роман : в 2 кн. Кн. 1 / Дашкова, Полина Викторовна. М. Астрель : аст, 2002. 344 с. Isbn 5-17-014658 Isbn 5-17-013265...

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconИсторико-литературный комментарий к данному стихотворению следует...
По мотивам легенды написано множество книг-исследований, поэм, опера Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве...

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconНа сегодняшний день каждая пятая книга России выпущена издательством аст
Здесь печатаются одни из лучших авторов и книг на российском рынке. Аст выпускает книги всех жанров и направлений

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconСочинение по картине в 5-м кл.: Метод пособие / Л. А. Ходякова, Л....
Сочинение по картине в 5-м кл.: Метод пособие / Л. А. Ходякова, Л. И. Новикова, О. П. Штыркина, Е. В. Кабанова; Под ред проф. Л....

Книга (Тринадцать песен о граде Китеже) «Стогoff, И. Русская книга (Тринадцать песен о граде Китеже) / Илья Стогoff»: аст; Астрель; М.; 2011 isbn 978-5-17-070121-6 (ооо «Издательство аст») iconНовые поступления июнь 2013 г. Содержание мировая литература 1 русская...
Илиада / [пер с древнегреч. Н. Гнедича]; Одиссея : [поэмы] / Гомер; [пер с древнегреч. В. Жуковского]; авт предисл. А. С. Кушнер....



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница