Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения




НазваниеВладимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения
страница6/14
Дата публикации14.06.2013
Размер2.03 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Литература > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

^ III.b

б) ПОВЕСТЬ О ТОМ, КАК МАРТЫНОВ УГЛУБИЛ ПЛЕХАНОВА.

"Как много появилось у нас в последнее время социал-демократических Ломоносовых!" заметил однажды один товарищ, имея в виду поразительную склонность многих из склонных к "экономизму" лиц доходить непременно "своим умом" до великих истин (вроде той, что экономическая борьба наталкивает рабочих на вопрос о бесправии) и игнорировать при этом, с великолепным пренебрежением гениального самородка, все то, что дало уже предыдущее развитие революционной мысли и революционного движения. Именно таким самородком является Ломоносов-Мартынов. Загляните в его статью: "Очередные вопросы" и вы увидите, как он подходит "своим умом" к тому, что давно уже сказано Аксельродом (о котором наш Ломоносов, разумеется, хранит полное молчание), как он начинает, например, понимать, что мы не можем игнорировать оппозиционность тех или иных слоев буржуазии ("Р. Д." № 9, стр. 61, 62, 71 - сравни с "Ответом" Аксельроду редакции "Р. Дела", стр. 22, 23-24) и т. п. Но - увы! - только "подходит" и только "начинает", не более того, ибо мысли Аксельрода он все-таки настолько еще не понял, что говорит об "экономической борьбе с хозяевами и правительством". В течение трех лет (1898-1901) "Раб. Дело" собиралось с силами, чтобы понять Аксельрода, и - и все-таки его не поняло! Может быть, это происходит тоже от того, что социал-демократия, "подобно человечеству", всегда ставит себе одни лишь осуществимые задачи?

Но Ломоносовы отличаются не только тем, что они многого не знают (это бы еще было полбеды!), а также и тем, что они не сознают своего невежества. Это уже настоящая беда, и эта беда побуждает их сразу браться за "углубление" Плеханова.

"С тех пор, как Плеханов писал названную книжку ("О задачах социалистов в борьбе с голодом в России"), много воды утекло, - рассказывает Ломоносов-Мартынов. - Социал-демократы, которые руководили в течение 10 лет экономической борьбой рабочего класса... не успели еще дать широкое теоретическое обоснование партийной тактики. Теперь этот вопрос назрел, и, если бы мы захотели дать такое теоретическое обоснование, мы несомненно должны были бы значительно углубить те принципы тактики, которые развивал некогда Плеханов... Мы должны были бы теперь определить разницу между пропагандой и агитацией иначе, чем это сделал Плеханов" (Мартынов только что привел слова Плеханова: "пропагандист дает много идей одному лицу или нескольким лицам, а агитатор дает только одну или только несколько идей, зато он дает их целой массе лиц"). "Под пропагандой мы понимали бы революционное освещение всего настоящего строя или частичных его проявлений, безразлично, - делается ли это в форме доступной для единиц или для широкой массы. Под агитацией, в строгом смысле слова (sic!), мы понимали бы призыв массы к известным конкретным действиям, способствование непосредственному революционному вмешательству пролетариата в общественную жизнь".

Поздравляем русскую - да и международную - социал-демократию с новой, мартыновской, терминологией, более строгой и более глубокой. До сих пор мы думали (вместе с Плехановым, да и со всеми вожаками международного рабочего движения), что пропагандист, если он берет, например, тот же вопрос о безработице, должен разъяснить капиталистическую природу кризисов, показать причину их неизбежности в современном обществе, обрисовать необходимость его преобразования в социалистическое общество и т. д. Одним словом, он должен дать "много идей", настолько много, что сразу все эти идеи, во всей их совокупности, будут усваиваться лишь немногими (сравнительно) лицами. Агитатор же, говоря о том же вопросе, возьмет самый известный всем его слушателям и самый выдающийся пример, - скажем, смерть от голодания безработной семьи, усиление нищенства и т. п. - и направит все свои усилия на то, чтобы, пользуясь этим, всем и каждому знакомым фактом, дать "массе" одну идею: идею о бессмысленности противоречия между ростом богатства и ростом нищеты, постарается возбудить в массе недовольство и возмущение этой вопиющей несправедливостью, предоставляя полное объяснение этого противоречия пропагандисту. Пропагандист действует поэтому главным образом печатным, агитатор - живым словом. От пропагандиста требуются не те качества, что от агитатора. Каутского и Лафарга мы назовем, например, пропагандистами, Бебеля и Геда - агитаторами. Выделять же третью область или третью функцию практической деятельности, относя к этой функции "призыв массы к известным конкретным действиям", есть величайшая несуразица, ибо "призыв", как единичный акт, либо естественно и неизбежно дополняет собой и теоретический трактат, и пропагандистскую брошюру, и агитационную речь, либо составляет чисто исполнительную функцию. В самом деле, возьмите, например, теперешнюю борьбу германских социал-демократов против хлебных пошлин. Теоретики пишут исследования о таможенной политике, "призывая", скажем, бороться за торговые договоры и за свободу торговли; пропагандист делает то же в журнале, агитатор - в публичных речах. "Конкретные действия" массы - в данный момент представляют из себя подпись петиций рейхстагу о неповышении хлебных пошлин. Призыв к этим действиям исходит посредственно от теоретиков, пропагандистов и агитаторов, непосредственно - от тех рабочих, которые разносят по фабрикам и по всяческим частным квартирам подписные листы. По "мартыновской терминологии" выходит, что Каутский и Бебель - оба пропагандисты, а разносчики подписных листов - агитаторы, не так ли?

Пример немцев напомнил мне немецкое слово Verballhornung, по-русски буквально: обалгорнивание. Иван Балгорн был лейпцигский издатель в XVI веке; издал он букварь, причем поместил, по обычаю, и рисунок, изображающий петуха; но только вместо обычного изображения петуха со шпорами на ногах он изобразил петуха без шпор, но с парой яиц около него. А на обложке букваря добавил: "исправленное издание Ивана Балгорна". Вот с тех пор немцы и говорят Ver-ballhornung про такое "исправление", которое на деле есть ухудшение. И невольно вспоминаешь про Балгорна, когда видишь, как Мартыновы "углубляют" Плеханова...

К чему "изобрел" наш Ломоносов эту путаницу? К иллюстрации того, что "Искра" "обращает внимание только на одну сторону дела, так же, как Плеханов это делал еще полтора десятка лет тому назад" (39). "У "Искры", по крайней мере для настоящего времени, задачи пропаганды отодвигают на задний план задачи агитации" (52). Если перевести это последнее положение с мартыновского языка на общечеловеческий язык (ибо человечество еще не успело принять вновь открытой терминологии), то мы получим следующее: у "Искры" задачи политической пропаганды и политической агитации отодвигают на задний план задачу "ставить правительству конкретные требования законодательных и административных мероприятий", "сулящие известные осязательные результаты" (или требования социальных реформ, если позволительно еще хоть разочек употребить старую терминологию старого человечества, которое еще не доросло до Мартынова). Предлагаем читателю сравнить с этим тезисом следующую тираду:

"Поражает нас в этих программах" (программах революционных социал-демократов) "и вечное выставление ими на первый план преимуществ деятельности рабочих в (несуществующем у нас) парламенте при полном игнорировании ими (благодаря их революционному нигилизму) важности участия рабочих в существующих у нас законодательных собраниях фабрикантов по фабричным делам... или хотя бы участия рабочих в городском самоуправлении..."

Автор этой тирады выражает немного прямее, яснее и откровеннее ту самую мысль, до которой дошел своим умом Ломоносов-Мартынов. Автор же этот - Р. М. в "Отдельном приложении к "Раб. Мысли"" (стр. 15).

^ III.v

в) ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОБЛИЧЕНИЯ И "ВОСПИТАНИЕ РЕВОЛЮЦИОННОЙ АКТИВНОСТИ".

Выдвигая против "Искры" свою "теорию" "повышения активности рабочей массы", Мартынов на самом деле обнаружил стремление принизить эту активность, ибо предпочтительным, особо важным, "наиболее широко применимым" средством пробуждения и поприщем этой активности он объявил ту же экономическую борьбу, пред которой пресмыкались и все "экономисты". Потому и характерно это заблуждение, что оно свойственно далеко не одному Мартынову. На самом же деле "повышение активности рабочей массы" может быть достигнуто только при том условии, если мы не будем ограничиваться "политической агитацией на экономической почве". А одним из основных условий необходимого расширения политической агитации является организация всесторонних политических обличений. Иначе как на этих обличениях не может воспитаться политическое сознание и революционная активность масс. Поэтому деятельность такого рода составляет одну из важнейших функций всей международной социал-демократии, ибо и политическая свобода нисколько не устраняет, а только несколько передвигает сферу направления этих обличений. Например, германская партия особенно укрепляет свои позиции и расширяет свое влияние именно благодаря неослабной энергии ее политически-обличительной кампании. Сознание рабочего класса не может быть истинно политическим сознанием, если рабочие не приучены откликаться на все и всяческие случаи произвола и угнетения, насилия и злоупотребления, к каким бы классам ни относились эти случаи; - и притом откликаться именно с социал-демократической, а не с иной какой-либо точки зрения. Сознание рабочих масс не может быть истинно классовым сознанием, если рабочие на конкретных и притом непременно злободневных (актуальных) политических фактах и событиях не научатся наблюдать каждый из других общественных классов во всех проявлениях умственной, нравственной и политической жизни этих классов; - не научатся применять на практике материалистический анализ и материалистическую оценку всех сторон деятельности и жизни всех классов, слоев и групп населения. Кто обращает внимание, наблюдательность и сознание рабочего класса исключительно или хотя бы преимущественно на него же, - тот не социал-демократ, ибо самопознание рабочего класса неразрывно связано с полной отчетливостью не только теоретических... вернее даже сказать: не столько теоретических, сколько на опыте политической жизни выработанных представлений о взаимоотношении всех классов современного общества. Вот почему так глубоко вредна и так глубоко реакционна по своему практическому значению проповедь наших "экономистов", что экономическая борьба есть наиболее широко применимое средство вовлечения масс в политическое движение. Чтобы стать социал-демократом, рабочий должен ясно представлять себе экономическую природу и социально-политический облик помещика и попа, сановника и крестьянина, студента и босяка, знать их сильные и слабые стороны, уметь разбираться в тех ходячих фразах и всевозможных софизмах, которыми прикрывает каждый класс и каждый слой свои эгоистические поползновения и свое настоящее "нутро", уметь разбираться в том, какие учреждения и законы отражают и как именно отражают те или другие интересы. А это "ясное представление" не почерпнешь ни из какой книжки: его могут дать только живые картины и по горячим следам составленные обличения того, что происходит в данный момент вокруг нас, о чем говорят по-своему или хотя бы перешептываются все и каждый, что выражается в таких-то событиях, в таких-то цифрах, в таких-то судебных приговорах и проч., и проч., и проч. Эти всесторонние политические обличения представляют из себя необходимое и основное условие воспитания революционной активности масс.

Почему русский рабочий мало еще проявляет свою революционную активность по поводу зверского обращения полиции с народом, по поводу травли сектантов, битья крестьян, по поводу безобразий цензуры, истязаний солдат, травли самых невинных культурных начинаний и т. п.? Не потому ли, что его не "наталкивает" на это "экономическая борьба", что ему мало "сулит" это "осязательных результатов", мало дает "положительного"? Нет, подобное мнение есть, повторяем, не что иное, как попытка свалить с больной головы на здоровую, свалить свое собственное филистерство (бернштейнианство тож) на рабочую массу. Мы должны винить себя, свою отсталость от движения масс, что мы не сумели еще организовать достаточно широких, ярких, быстрых обличений всех этих гнусностей. Сделай мы это (а мы должны сделать и можем сделать это), - и самый серый рабочий поймет или почувствует, что над студентом и сектантом, мужиком и писателем ругается и бесчинствует та самая темная сила, которая так гнетет и давит его на каждом шагу его жизни, а, почувствовав это, он захочет, неудержимо захочет отозваться и сам, он сумеет тогда - сегодня устроить кошачий концерт цензорам, завтра демонстрировать пред домом усмирившего крестьянский бунт губернатора, послезавтра проучить тех жандармов в рясе, что делают работу святой инквизиции, и т. д. Мы еще очень мало, почти ничего не сделали для того, чтобы бросать в рабочие массы всесторонние и свежие обличения. Многие из нас и не сознают еще этой своей обязанности, а стихийно волочатся за "серой текущей борьбой" в узких рамках фабричного быта. При таком положении дел говорить: ""Искра" имеет тенденцию умалять значение поступательного хода серой текущей борьбы по сравнению с пропагандой блестящих и законченных идей" (Мартынов, стр. 61) - значит тащить партию назад, значит защищать и прославлять нашу неподготовленность, отсталость.

Что же касается до призыва массы к действию, то это выйдет само собой, раз только есть налицо энергичная политическая агитация, живые и яркие обличения. Поймать кого-либо на месте преступления и заклеймить перед всеми и повсюду тотчас же - это действует само по себе лучше всякого "призыва", это действует зачастую так, что потом и нельзя будет определить, кто собственно "призывал" толпу и кто собственно выдвинул тот или иной план демонстрации и т. п. Призвать - не в общем, а в конкретном смысле слова - можно только на месте действия, призвать может только тот, кто сам и сейчас идет. А наше дело, дело социал-демократических публицистов, углублять, расширять и усиливать политические обличения и политическую агитацию.

Кстати о "призывах". ^ Единственным органом, который до весенних событий призвал рабочих активно вмешаться в такой, не сулящий решительно никаких осязательных результатов рабочему, вопрос, как отдача студентов в солдаты, - была "Искра". Тотчас же после опубликования распоряжения 11 января об "отдаче 183 студентов в солдаты" "Искра" поместила статью об этом (№ 2, февраль) и, до какого бы то ни было начала демонстраций, прямо звала "рабочего идти на помощь студенту", звала "народ" открыто ответить правительству на его дерзкий вызов. Мы спрашиваем всех и каждого: как и чем объяснить то выдающееся обстоятельство, что, говоря так много о "призывах", выделяя "призывы" даже в особый вид деятельности, Мартынов ни словечком не упомянул об этом призыве? И не филистерством ли является после этого мартыновское объявление "Искры" одностороннею, так как она недостаточно "призывает" к борьбе за требования, "сулящие осязательные результаты"?

Наши "экономисты", и в том числе "Рабочее Дело", имели успех благодаря тому, что подделывались под неразвитых рабочих. Но рабочий-социал-демократ, рабочий-революционер (а число таких рабочих все растет) отвергнет с негодованием все эти рассуждения о борьбе за требования, "сулящие осязательные результаты", и проч., ибо он поймет, что это только варианты старой песенки о копейке на рубль. Такой рабочий скажет своим советчикам из "Р. Мысли" и из "Раб. Дела": зря вы суетитесь, господа, вмешиваясь чересчур усердно в то дело, с которым мы и сами справляемся, и отлынивая от исполнения ваших настоящих обязанностей. Совсем ведь это неумно, когда вы говорите, что задача социал-демократов придать самой экономической борьбе политический характер; это только начало, и не в этом главная задача социал-демократов, ибо во всем мире и в России в том числе полиция нередко сама начинает придавать экономической борьбе политический характер, рабочие сами научаются понимать, за кого стоит правительство. Ведь та "экономическая борьба рабочих с хозяевами и правительством", с которой вы носитесь, точно с открытой вами Америкой, - ведется в массе русских захолустий самими рабочими, слышавшими о стачках, но о социализме почитай-то ничего и не слыхавшими. Ведь та "активность" нас, рабочих, которую вы все хотите поддерживать, выставляя конкретные требования, сулящие осязательные результаты, в нас уже есть, и мы сами в нашей будничной, профессиональной, мелкой работе выставляем эти конкретные требования зачастую без всякой помощи интеллигентов. Но нам мало такой активности; мы не дети, которых можно накормить кашицей одной "экономической" политики; мы хотим знать все то, что знают и другие, мы хотим подробно познакомиться со всеми сторонами политической жизни и активно участвовать во всяком и каждом политическом событии. Для этого нужно, чтобы интеллигенты поменьше твердили то, что мы и сами знаем, а побольше дали нам того, чего мы еще не знаем, чего мы сами из своего фабричного и "экономического" опыта и узнать никогда не можем, именно: политического знания. Это знание можете приобрести себе вы, интеллигенты, и вы обязаны доставлять нам его во сто и в тысячу раз больше, чем вы это делали до сих пор, и притом доставлять не в виде только рассуждений, брошюр и статей (которые часто бывают - простите за откровенность! - скучноваты), а непременно в виде живых обличений того, что именно в данное время делает наше правительство и наши командующие классы во всех областях жизни. Исполняйте-ка поусерднее эту свою обязанность, и поменьше толкуйте о "повышении активности рабочей массы". У нас активности гораздо больше, чем вы думаете, и мы умеем поддерживать открытой, уличной борьбой даже требования, никаких "осязательных результатов" не сулящие! И не вам "повышать" нашу активность, ибо у вас самих как раз активности-то и не хватает. Поменьше преклоняйтесь пред стихийностью и побольше думайте о повышении своей активности, господа!
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconИ. А. Бунин «Господин из Сан-Франциско» или «Деревня»; лирика; «Окаянные...
В. В. Маяковский. «Облако в штанах», «Владимир Ильич Ленин» или «Хорошо!»; лирика

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconВладимир Ленин детская болезнь "левизны" в коммунизме
В борьбе с какими врагами внутри рабочего движения вырос, окреп и закалился большевизм?

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconРаботник сантехнических дебрей с ожирением по женскому типу, 21 год
Вова-Гера – Владимир Ильич Великий – Герман Ильич Разумный, двуглавый человек, баллотирующийся в мэры, 52 года. По ходу действия...

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconОтдел образования, спорта и туризма Кричевского райисполкома Государственное...
Тема: Слова которые обозначают действия предметов и отвечают на вопросы что делать? что сделать? что делает? что сделает? что делал?...

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения icon«Кто виноват?» Декабрь 2011 г. Проклятые вопросы Бакшаева Алёна (1 место) Педогог: Бакшаева И. В
Кто виноват? Что делать? Проклятые вопросы, так назвал их Ф. М. Достоевский. Вопросы, на которые невозможно найти ответ, вопросы,...

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconМетодическая разработка по русскому языку Употребление глаголов в разных временных формах
Давайте зададим к глаголам в каждом отрывке вопросы: что делал? что делает? что будет, будем делать?

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconПроказы ведьмочки на новогоднем балу
Что же нам делать? Пора начинать веселье, а мы не можем… а знаете что? Не будем дожидаться нашего милого Деда Мороза, давайте начнем...

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconТема: «Глагол в русском языке»
Дать определения понятия глагол (часть речи, отвечающая на вопросы что делать? Что сделать? Что делал-а (и, о) )

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения iconВизитка «Безопасное колесо – 2012»
Что делать? Что делать? Сегодня выступать. А у нас ни названия, ни девиза, ни даже команды!

Владимир ильич ленин. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения icon«чего хочет поколение онлайн?»1 Обобщённые итоги открытой молодёжной дискуссии
Общественно-государственная молодёжная политика: «Что делать?» и «Что не делать?»



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница