Эстетика возрождения введение




НазваниеЭстетика возрождения введение
страница8/57
Дата публикации20.07.2013
Размер9.6 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Культура > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   57

философского построения. Так, учение об Уме вовсе не достигло у Платона той

систем ы мировых закономерностей, которая нашла для себя место у

неоплатоников.

И понятно, почему возрожденческая эстетика именно это неоплатоническое

учение об Уме привлекала более всего. Ведь возрожденческий человек хотел

обосновать и себя, и окружающий его материальный мир. Но обосновать

материальный мир значило для возрожденческ ой эстетики представить его в

максимально одушевленном, максимально красочном и увлекательном для зрения и

слуха виде. Возрожденческие философы в этом восхвалении мира и природы часто

доходили до настоящего пантеизма, доводя и всю структуру и всю историю

космоса до прямого обожествления. Многих исследователей это обстоятельство

заставляло находить пантеизм даже у таких возрожденческих мыслителей,

которые принципиально имели мало общего с пантеизмом, как тот же Николай

Кузанский или же Марсилио Фичино, к оторые были в первую очередь убежденными

теистами и даже церковниками. Однако их близость к пантеизму несомненна, и

их восторги перед одушевленной Вселенной нельзя подвергать никакому

сомнению. Кроме того, в эстетике Ренессанса были и самые настоящие пан

теисты, вроде итальянских натурфилософов XVI в. Это было самым настоящим и

притом вполне сознательным неоплатонизмом, правда, в его гуманистической

интерпретации.

То же самое нужно сказать и о неоплатонической Мировой Душе. Чтобы понять

здесь и неоплатоников и возрожденцев, надо на время отказаться от наших

теперешних естественнонаучных представлений. Однако и современный

материализм в поисках конечной причины, не ища ее в каком-нибудь

надприродном бытии, погружает это самодвижение в недра самой же материи и

строит теорию именно самодвижущейся материи. Но конечно, эстетика Ренессанса

была далека от такого диалектически продуманного до конца материализма.

Прекрасн о чувствуя самодвижение в мире и не находя возможным обойтись без

него для самоутверждения индивидуального человека, она мыслила это

самодвижение в виде отдельной субстанции, а именно в виде Мировой Души,

которая, согласно мыслителям Ренессанса, и была П ервым движущим, т.е.

самодвижущим, началом всей природы и всего космоса.

Поэтому в неоплатонически возрожденческом учении о Мировом Уме и Мировой

Душе вовсе не была только одна глупость. Тут сказалось героическое

стремление обосновать индивидуального человека во всем его стихийном

самоутверждении, которое оказывалось с такой

точки зрения только приближением к Уму и Душе в космосе, а Ум и Душа

становились лишь необходимым для последовательной мысли пределом

человеческого самоутверждения.

Тут тоже был глубочайший и коренной синтез неоплатонизма и гуманизма, но

синтез этот, к сожалению, до сих пор все еще остается непонятным весьма

многим и весьма ученым исследователям Ренессанса и его эстетики.

в) Наконец, формулируем те дополнения к Платону, которые неоплатоники

делали сверху; это было учение о Едином. Учение об абсолютном единстве,

превышающем всякое единство многообразия, мы находим уже у самого Платона, а

именно в книге VI его "Государства" . Но у Платона это Единое рассмотрено

только в виде абстрактно-всеобщей категории, без которой, по Платону, не

может обойтись никакая последовательная диалектика. В учении о реальном

бытии и о конкретной жизни Платон его не применял; в своем единственном

систематическом натурфилософском трактате "Тимей" Платон не нашел нужным

упомянуть об этом Едином ни одной фразой и ни одним термином. Должны были

пройти еще целые века, прежде чем античные философы научились понимать это

абстрактное Единое как максимал ьно конкретное оформление жизни и бытия.

Ведь и всякая отдельная вещь не состоит только из одних своих раздельно

данных признаков и свойств. Когда мы перечисляем признаки какого-нибудь

растения, то это растение мыслится нами как нечто единичное и нераздельное,

как некоторого рода субстанция, пр евышающая все отдельные приписываемые ей

признаки и свойства. Она - их носитель, но она на них никак не дробится

окончательно и всегда только дробно. Иначе чему же именно мы будем

приписывать те или иные признаки и свойства? В этом смысле всякая вещь выш е

своих признаков и свойств и вовсе не делится на них без остатка. Дерево мы

должны понимать сначала как просто дерево, т.е. без всяких признаков и

свойств дерева, покамест только еще просто как носитель определенных

признаков и свойств. И только тогда м ы получим возможность приписывать

дереву все необходимые для него признаки и свойства. Теперь возьмем мир в

целом. Он обладает неисчислимым количеством признаков и свойств и состоит из

бесчисленного количества больших и малых частей. А так как ничего, кр оме

мира, не существует, то все необходимые для него признаки и свойства мы уже

ему приписали, так что сам он остается уже выше всяких своих признаков и

свойств и выше всяких идей, а Платон говорит, что, значит, и выше всякой

отдельной сущности, выше вся кого отдельного бытия и выше всякого отдельного

познания. Познавать - значит сравнивать. Но миру мы уже приписали всякие

возможные признаки и свойства, так что уже не осталось никакого такого

бытия, с которым мы могли бы наш мир сравнивать. Это значит, ч то, какие бы

признаки и свойства мы ему ни приписывали, он, как отличный от них их

носитель, остается чем-то превысшим всякого бытия и превысшим всякого

познания или мышления.

Вот это Единое, абстрактно формулированное еще у Платона, но конкретно

нигде им не применявшееся, и было тем дополнением, которое Плотин,

основатель античного неоплатонизма в III в., сделал сверху и тем завершил

всю систему античного платонизма. Мало тог о, как представитель крайнего

интимно-субъективного развития личности, он и это безусловно трансцендентное

Единое все же сделал предметом человеческого сознания, но сознания уже не

расчлененно-множественного, не логического и даже не душевного и не умств

енного, а сверхумственного, т.е. познаваемого только в

нерасчлененно-восторженном состоянии, в особого рода наитии или исступлении,

в сверхумном экстазе.

Здесь тоже будет уместно спросить, могла ли возрожденческая эстетика,

основанная на неоплатонизме, миновать эту теорию сверхумного экстаза,

сверхбытийного вдохновения и такого высокого энтузиазма, который уже далеко

выходит за пределы отдельных чувств и

мыслей, за пределы всего расчлененного и разрозненного, погружает

человеческое сознание в эти глубочайшие экстазы, при помощи которых только и

можно, оказывается, обнять мир в целом? Иной раз у возрожденческих философов

это учение прямо входит в систему

их философии, как, например, в теории Николая Кузанского о "совпадении

противоположностей" (coincidentia oppositorum) и в соответствии с этим об

"ученом неведении" (docta ignorantia); то же самое мы находим и у Марсилио

Фичино. Иной раз это учение совсем не достигало систематической разработки,

но все же оно звучало в тех или других отдельных эстетических концепциях и

незаметно одухотворяло собою все такого рода концепции. Для стихийного

самоутверждения человеческой личности в эпоху Ренессанса, стремивш ейся

обнять собою всего человека, всю жизнь, всю историю, все мироздание и все

божественные эманации, такое неоплатоническое учение о Едином часто

оказывалось единственным средством и единственным построением, позволяющим

человеку Возрождения утвердить с ебя навсегда и найти для себя вечную опору

в бытии. Такое учение о Едином уже далеко выходило за рамки церковной

традиции, и тут папский кардинал Николай Кузанский и убежденный

антицерковник Джордано Бруно совершенно одинаково и в одном и том же смысле

о казывались сторонниками неоплатонической эстетики сверхумного

первоединства.

Так образовалась система неоплатонизма в античности, такой она была в

средние века, и такой же, но уже с гуманистическим преломлением она упорно и

настойчиво функционировала и в эпоху Ренессанса. Если подвести итог и

выразиться максимально кратко, то нео платонизм был учением: о 1) Едином, о

2) Мировом Уме, о 3) Мировой Душе и о 4) Космосе.

г) На этом основании эстетику неоплатонизма можно формулировать так:

красота - это есть чувственно воспринимаемый, видимый и слышимый космос с

Землей посредине и с небесным куполом сверху, состоящим из правильно

расположенных и точнейше движущихся светил , с периодическими пожарами всего

этого космоса и превращением его в огненный хаос, а с другой стороны, тоже и

с периодическим возвращением его в абсолютную стройность, порядок и

непререкаемо правильную подвижность. Сам же космос является предельным осущ

ествлением Ума как идеального первопринципа при помощи непрерывно

пульсирующей подвижности космической души, в чем осуществляется никогда не

гибнущая и всеохватывающая единичность бытия в целом.

Но все это есть только обрисовка неоплатонической эстетики в ее

отвлеченном виде. Чтобы понять ее возможное прогрессивное, как и ее

возможное реакционное, общественно-политическое существо, нужно обратить

внимание на следующее.

Во-первых, необходимо учитывать, что понять передовые стороны античного

неоплатонизма может только тот, кто прекрасно разбирается в его

консервативных и реакционных сторонах. Будучи последней философской школой

погибавшего языческого мира, неоплатонизм в течение всего своего

существования старался воскресить все самое древнее и самое длительное, что

было в античности, так что в конце концов неоплатоники оказались

безусловными реставраторами античной старины, погибшей уже задолго до их

появления. В частн ости, они воскрешали старинную античную мифологию, в

которую тогда уже никто не верил, и воскрешали при помощи логических и

диалектических методов, с которыми удивительным образом у них совмещалось

иррациональное понимание отношений между миром и человек ом и такое же

понимание задач духовной жизни человека. Поскольку все это было основано на

первобытном обожествлении сил природы, постольку неоплатонизм не мог не

играть глубоко консервативную роль и не мог не взывать к тем сторонам

античной жизни, которы е уже ушли в далекое прошлое и были мало кому

понятны.

Во-вторых, что же является в таком случае основой для передовых тенденций

в неоплатонизме? Таковой основой для нас может являться только основа

социально-историческая. Но как сказано выше, как раз в

социально-историческом отношении неоплатонизм был полно й противоположностью

тогдашней погибавшей античности.

Однако К.Маркс учит, что периоды расцвета литературы и духовного

творчества совсем не обязательно совпадают с периодами экономического и

технического расцвета, как это случилось, например, в период расцвета

греческой мифологии и греческого эпоса, выраста вших на почве самой

ничтожной экономики и самого слабого технического развития. Отброшенные в

полное уединение и общественно-политическую изоляцию, неоплатоники именно по

этой причине подвергли всю философию, мифологию и науку самой утонченной

рефлексии, которая и привела их к небывалым в античности культурным

достижениям, отчего у них и возникла самая передовая тогда логика и

диалектика.

В-третьих, чем же оказалась область философской эстетики, ставшая у

неоплатоников наиболее передовой в силу ее предельно рефлективного развития?

Парменидовско-платоновское учение о Едином получило в неоплатонизме форму

доказательства неделимой единичност и как каждой вещи, так и мира в целом.

Аристотелевское учение о космическом уме стало у неоплатоников теорией

систематического развития всех мировых закономерностей, взятых в их

принципе. Платоновскую теорию мировой души неоплатоники сделали учением о са

моподвижности мира. И наконец, их размышления о природе далеко ушли от

прежних натурфилософских абстракций и превратили природу в живой и

пульсирующий организм, насыщенный вечными одушевленными энергиями.

В-четвертых, здесь рисуются перед нами и контуры будущей реалистической

эстетики.

Даже только эти четыре выдвинутые нами сейчас проблемы (а их можно было

бы привести гораздо больше) делают для нас понятным то, что в эпоху

Ренессанса всегда необычайную роль играл как раз античный неоплатонизм

который применялся уже не к отжившим античн ым формам мысли и жизни, но к

выдвижению на первый план свободомыслящей человеческой личности. С

традиционной точки зрения совершенно непонятно, зачем здесь понадобился

неоплатонизм и почему он играл огромную роль, например, на Западе, начиная

от Фомы и

Данте, переходя через Николая Кузанского и Платоновскую академию во

Флоренции и кончая Джордано Бруно и Реформацией. Настоящее наше изложение

хотело бы сделать понятным эту передовую роль неоплатонизма во многих

культурах христианского Востока и Запада.

Как мы видим, античный неоплатонизм заново прорефлектировал главнейшие

достижения философии и эстетики, подверг их систематической обработке и

перевел на язык внутреннего ощущения, вполне понятного и даже интимно

переосмысленного. В этом свете основные к атегории прежней античной

философии расцвели в максимально доступном и убедительном виде. Так, старый

аристотелевский Ум из абстрактной категории превратился в неоплатонической

эстетике в красивейшую и привлекательнейшую смысловую структуру мироздания,

к оторая благодаря развитому учению о мировой душе наполнила весь космос

живыми энергиями и пульсирующе оживленными картинами радостной и

эстетической веселящей природы. А весь космос засиял небывалыми красками и

звал к общению с собой могуче и весело. Пра вда, та античная мифология,

диалектикой которой оказался античный неоплатонизм, давно ушла в далекое

прошлое. Но ведь зарождались новые культуры со своей собственной, теперь уже

молодой и могущественной мифологией, и какая же другая система эстетики, кро

ме античного неоплатонизма, могла послужить для осознания и оформления

всякой новой мифологии? Сейчас мы увидим, что в эпоху западноевропейского

Ренессанса место такого мифа занял утверждающий сам себя и артистически

функционирующий человеческий индивиду ум со всеми своими небесными

упованиями и земной ограниченностью, со всей своей радостно-творческой силой

и всеми своими слабостями, тоской и неуверенностью. Какая же другая эстетика

могла лечь в основу эстетики Ренессанса, как не неоплатоническая? Эта э

стетика и стала навсегда неоплатонической, где принципиально проводимый

гуманизм часто до полной неузнаваемости сливался с неоплатоническими
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   57

Похожие:

Эстетика возрождения введение iconПлан. Введение. Начало творческого пути. Серийное домостроение
...

Эстетика возрождения введение iconАлексей Лосев Эстетика возрождения
Европе от средних веков к Ренессансу давно уже стало невозможно. Чтобы не заходить очень далеко, укажем на то, что, по мнению многих,...

Эстетика возрождения введение iconЭстетика возрождения
Иная традиционная характеристика Ренессанса – шаблонная и односторонняя, отличающаяся всеми чертами некритических предрассудков,...

Эстетика возрождения введение iconЭстетика отцов церкви введение
Отцов Церкви кому-то это словосочетание может показаться неожиданным, а кому-то даже и модернизаторским

Эстетика возрождения введение iconФилософия Возрождения антропоцентрична, в отличие от космоцентризма...
Гуманисты Возрождения ставят человеческую индивидуальность, личность как творца собственной жизни и судьбы в центр своего мировоззрения....

Эстетика возрождения введение iconЭстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой
Книга предназначена для всех, интересующихся Поэзией М. И. Цветаевой, метафизическими истоками её творчества, своеобразием поэтической...

Эстетика возрождения введение iconКультура эпохи Возрождения
Образовательная: создать условия для изучения и повторения произведений великих мастеров эпохи Возрождения

Эстетика возрождения введение iconКонтрольная работа по философии на тему: «Философия эпохи Возрождения»
Гуманистическая направленность и социально-философское содержание философии возрождения

Эстетика возрождения введение iconКонтрольная работа по дисциплине «Философия» на тему «Философия эпохи Возрождения»
Гуманистическая направленность и социально-философское содержание философии Возрождения

Эстетика возрождения введение iconОт возрождения до канта
Западная философия от истоков до наших дней. От Возрождения до Канта / в переводе и под редакцией С. А. Мальцевой. С-петербург, «Пневма»,...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница