Библиотека мировой литературы. Восточная серия




НазваниеБиблиотека мировой литературы. Восточная серия
страница4/30
Дата публикации07.08.2014
Размер3.53 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Культура > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30

гуннами.
Тайбо - по старым китайским поверьям, звезда - покровительница войны.
Герои из Гуанси... - Провинция Гуанси в древности дала Китаю много

славных полководцев и военачальников.
...печаль и гнев... - по поводу того, что сейчас нет храбрых и

самоотверженных полководцев, которые могли бы постоять за родину.
Су У - герой и патриот своей родины - был послан Ханьским императором к

гуннам как китайский посол. Гунны уговаривали Су У перейти на их сторону и

остаться у них. Су У не согласился. Тогда гунны насильно оставили его у

себя, где в далеких безлюдных пространствах северо-запада он должен был

пасти скот. Девятнадцать лет пас он овец и никогда не выпускал из рук

знамени посланника Китайской империи. Когда в конце концов Су У вернулся на

родину, он получил лишь незначительную должность "дяньшуго" - так называлась

должность чиновника по делам сношений с иностранцами.
Наблюдаю за охотой. - Вэйчэн, Синьфэн, Силю - окрестности Чанъани.
Провожаю господина Шэнь Цзы-гуя в Цзяндун. - Цзяндун - местность,

расположенная к востоку от реки Янцзы.
В горах Чжуннань. - Небесная столица - столица сына Неба, то есть

императора. Имеется в виду город Чанъань.
Тайи - другое название гор Чжуннань; там жил Ван Вэй в последние годы

жизни.
На области с разной погодой вершина страну рассекла... - В древности

китайцы делили весь небесный свод на девять частей. Этому делению

соответствовало и территориальное деление Китая на девять областей.

Комментируемая строка говорит об обширном пространстве, занимаемом горами

Чжуннань. К северу от центрального пика этой горной цепи находится область

подчинения одному созвездию, к югу от него - область, подчиненная другому

созвездию. Пространство, занимаемое этими горами, так велико, что, когда в

одной долине идет дождь, в другой в это время ярко светит солнце.
В горной хижине. - Средины жизни я достиг и ныне путь истины взыскую в

тишине - то есть стал поклоняться Будде и жить отшельником.
Проводы друга. - Последние годы жизни Ван Вэй провел в уединении, в

горах Чжуннань. Стихотворение написано, очевидно, вскоре после того, как Ван

Вэй удалился от государственных дел. Старые друзья еще помнят и навещают

поэта в его скромной обители. Но поэт сомневается в верности своих друзей. В

этом году его еще не забыли, а вспомнят ли в будущем - неизвестно.
Смотрю с высоты на реку Ханьцзян. - Ханьцзян - приток реки Янцзы, берет

свое начало в провинции Гуандун.
Чу - древнее царство на территории современных провинций Хунань, Хубэй,

а также части провинций Цзянсу, Цзянси, Чжэцзян.
"Три Сяна" - река Сян в верхнем течении называется Лисян, в среднем -

Сяосян, в нижнем - Чжэнсян.
Цзинмэнь - город в провинции Хубэй.
Сянъян - город в северной части царства Чу.
Почтенный Шань - намек на генерала эпохи Цзинь - Шань Цзяна. Войска

генерала были расквартированы в районе Сянъяна, и генерал часто приходил в

Сянъян любоваться его красотами и пил там вино.
Н. Т. Федоренко
^ ^TВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ АКАД. Н. И. КОНРАДА^U
{* Здесь и далее переводы и комментарии акад. Н. И. Конрада

воспроизводятся по изданию: Три танских поэта / М.: ГИХЛ, 1960.- Прим.

сост.}
Гуляю у храма Сянцзисы
Не знаю, где храм Сянцзисы.

Прошел уже несколько ли, вступил на облачную

вершину.

Старые деревья... Тропинки для человека нет.

Глубокие горы. Откуда-то звон колокола.

Голос ручья захлебывается на острых камнях.

Краски солнца холодеют среди зелени сосен.

Вечерний сумрак. У излучины пустынной

пучины

В тихом созерцании отшельник укрощает

ядовитого дракона.
В этих стихах рисуется картина, характерная для мест, где обычно

располагаются уединенные буддийские обители. Дорога в гору идет через лес из

старых, высоких деревьев. Тропинка совсем исчезает. По каменистому руслу

бежит горная речка, и ее голос как бы захлебывается среди камней. Для

усиления настроения поэт погружает все в вечерний сумрак, вводит звук

отдаленного удара колокола. И вот среди всего этого - человек. У излучины

реки над омутом видна одинокая, неподвижная фигура человека, сидящего в

позе, которую обычно принимают при размышлении. Видимо, этот человек,

возможно монах из обители, укрощает своей мыслью злого дракона - того

дракона, который гнездится в пучине, а может быть, того же дракона, только

таящегося в его собственной душе? Человеческая фигура сразу же придает всему

пейзажу особый смысл. Картина, нарисованная стихами, оказывается

законченной.
Я. И. Конрад
x x x

В пустынных горах опять прошел дождь.

Наступил вечер. Осень.

Ясный месяц светит среди сосен.

Прозрачная речка бежит по камням.

Бамбуки зашумели: идут домой женщины,

стиравшие белье.

Зашевелились кувшинки: плывут назад челны

рыбаков.
В китайской пейзажной живописи есть прием, называемый дяньцзин -

"внесение чего-то в пейзаж". Если рисуют горы, в горный пейзаж вводится

фигура человека; если рисуют сосны, в пейзаж вводится изображение камня,

скалы. Считается, что это придает полноту и законченность изображению. Ван

Вэй-поэт перенял этот прием в своей пейзажной лирике, соединяя природу с

человеком.
Н. И. Конрад
^ ^TВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ А. И. ГИТОВИЧА^U
{* Здесь и далее переводы А. И. Гитовича воспроизводятся по изданию:

Ван Вэй. Стихотворения / М.: ГИХЛ, 1959. - Прим. сост.}
ИЗ СТИХОВ "ДОМ ХУАНФУ ЮЭ В ДОЛИНЕ ОБЛАКОВ"

1.
У потока в горах, где поет птица
Цветы опадают,

И горный поток серебрится.
Ни звука в горах

Не услышу я ночь напролет,
Но всходит луна

И пугает притихшую птицу,
И птица тихонько

Тревожную песню поет.

К слюдяной ширме друга
У друга в доме

Ширма слюдяная
Обращена к цветам,

К деревьям сада.
В нее вошла природа,

Как живая,
И оттого

Рисунка ей не надо.

Покидаю Цуй Син-цзуна
Остановлены кони.

Сейчас - "разлучим рукава" *.
О ночной холодок

Над ночным знаменитым каналом! *
Горы ждут впереди.

Под луною сияет листва.
Но тебя покидаю

Печальным, больным и усталым.

К портрету Цуй Син-цзуна *
По памяти

Нарисовал я вас, -
И наша юность

Оживает снова.
Пусть новые знакомые

Сейчас
Не старого увидят -

Молодого.

Когда Цуй Син-цзун

отправляется в горы Наньшань *,

я пишу экспромт и вручаю ему на прощанье
Простились мы

У старых стен столицы.
Когда ж нас вновь

Соединит судьба?
Не надо ждать,

Пока цветы корицы
Осыпятся,

Как снежная крупа.

Осенней ночью в одиночестве

обращаюсь к Цуй Син-цзуну
Ночь тиха.

Лишь трепетных цикад
Голоса печальные

Звенят.
Ветер северный -

Он каждый год
К неизбежной

Осени ведет.
Думаю,

Что ты уже не прост, -
Хочешь получить

Высокий пост.
У меня же

Волосы белы -
Что мне

До придворной похвалы?
Впрочем,

Может быть, и ты такой -
И пойдешь отшельничать

Со мной?

Провожаю весну
День уходит за днем,

Чтобы старости срок приближать.
Год за годом идет,

Но весна возвратится опять.
Насладимся вдвоем -

Есть вино в наших поднятых чашах,
А цветов не жалей:

Им опять предстоит расцветать.

Провожаю Шэнь Цзы-фу * в Цзяндун"
На ивовой переправе *

Безлюдно и молчаливо.
Гребцы налегли на весла -

Ты скрылся в дымке седой.
И все же тоска о друге,

Подобно весне счастливой,
С юга на дальний север

Последует за тобой.

Шутя пишу о горной скале
У горной скалы

Ручеек пробегает, звеня.
Там, с кубком вина,

Я сижу среди ясного дня.
Но ветер прекрасно

Учел настроенье поэта:
Опавшими листьями

Он окружает меня.

Три стихотворения
1

Пусть холодно сливам -

Но месяц весны недалек.
Я скоро услышу

Невидимых птиц песнопенье.
С трепещущим сердцем

Я вижу: травы стебелек
Пробился тихонько

Меж каменных древних ступеней.
2

Вы, сударь,

Побыли в краю родном,
Так расскажите нам

О новостях:
Когда

Перед узорчатым окном
Там забелеет слива,

Вся в цветах?
3

Дом, что покинул я,

Стоит на Мэнцзин-реке *,
Окно мое - там вдали -

К устью обращено.
Плывут по реке суда -

Гляжу я на них в тоске:
Если письмо пошлю,

Дойдет ли домой оно?

В горах
Все голо.

По камням бежит ручей.
Багряных листьев

Не смогу нарвать я.
Давным-давно

Тут не было дождей,
Но дымка синяя

Мне увлажняет платье.

Горный кизил
Киноварно-красные плоды

Под горой уже давно созрели.
Их не сняли вовремя. Они

Сморщились и пахнут еле-еле.
Но, по счастью, в зарослях кустов

Расцвели теперь цветы корицы
И сияют за моим окном

Под луной, что ярко серебрится.

Красные бобы
Красные бобы

В долинах юга
За весну

Еще ветвистей стали.
Наломай побольше их

Для друга -
И утешь меня

В моей печали.

Написал экспромт и показал Пэй Ди *
Хотел бы стряхнуть я,

Как пыль с платья,
Заботы мирские.

Давно готов,
С искренней верой

Готов припасть я
К источнику

"Персиковых цветов"*.

Слыша, как Пэй Ди декламирует стихи,

в шутку посвящаю ему
Вопят обезьяны * -

И рады стараться.
И утром и вечером

Стыну в печали.
Не надо в ущелье *

Твоих декламаций:
И так уж глаза мои

Влажными стали.

Когда меня, заключенного в храме Путисы *,

навестил Пэй Ди и рассказал, что мятежники *

на берегах пруда "Сгустившейся лазури" *

под звуки флейт пируют, я, со слезами на глазах,

сложил экспромт и продекламировал его Пэй Ди
В домах - печаль.

Пожары - словно буря.
Где государь? *

Когда вернется он?
А у пруда

"Сгустившейся лазури"
Гремят пиры

И флейт несется стон.

Проживая в имении на берегу Ванчуани,

преподношу Пэй Ди
Здесь темно-лазоревы горы,

Хотя уж стоят холода,
Хотя уже поздняя осень,

А горные реки шумят.
Стою я у хижины жалкой,

Где жить обречен навсегда,
И слушаю в сумерках светлых

Вечернюю песню цикад.
Гляжу: над речной переправой

Закат догорает вдали.
Гляжу: над соседней деревней

Плывет одинокий дымок.
Когда бы, подобно Цзе Юю *,

Вы здесь бы напиться могли,-
Пять ив возле хижины жалкой

Я тоже представить бы мог.

Подношу Пэй Ди
Давно уж

Исстрадавшийся в разлуке,
Тебя я

Вспоминаю без конца:
Когда соединялись

Наши руки -
Соединялись

Братские сердца.
Жизнь беспощадна:

"Рукава халатов
Разъединились" *,-

И моя тоска
На склоне лет,

Стремящихся к закату,
Поистине

Горька и глубока.

Посвящаю Пэй Ди
День или ночь -

Прелестно все вокруг.
И я стихи слагаю,

Милый друг.
Гляжу спокойно

В голубую высь,
На посох

Подбородком опершись.
Весенний ветерок

В сиянье дня
Колеблет орхидеи

У плетня.
Зайдут крестьяне

В хижину мою -
И каждого

В лицо я узнаю.
Всем радостно:

Воды полно кругом,
Образовавшей

Пресный водоем.
Еще, конечно,

Сливы не цветут,
Но почки

Дружно набухают тут,
И я прошу вас,

Друг мой дорогой, -
Быстрее доставайте

Посох свой:
Осмелюсь доложить,

Что настает
Пора крестьянских

Полевых работ.

Осенние мысли
1

Ночной ветерок, залетевший в окошко,

Колеблет халат мой устало.
Часы водяные звучат потихоньку,

И звуки их медленно тают.
Луна перешла за Небесную Реку * -

И сразу прохладнее стало.
Сорока пугает осенние клены -

И листья быстрей облетают.
2

На пруду у старого дворца *

Появились голубые волны.
Зной спадает. В грусть осенних дум

Снова погружаюсь я безмолвно.
Этой ночью дождик моросил -

Не оставил на дорожках пыли,
И, в жемчужных капельках росы,

Лотосы весь пруд заполонили.

Мотивы весенней прогулки
1

Персиковые деревья

Совсем закрыли террасу,
Их обвевали ночью

Теплые ветерки.
Сколько в саду весеннем

Ярких и нежных красок, -
И все они отразились

В чистой воде реки.
2

Вдоль тихой аллеи *

Деревья стоят вереницей,
Один за другим

Молодые цветы расцветают.
Но кони храпят -

И летят как стрела колесницы
И в полном безветрии

Все-таки пыль поднимают.

Радости сельской жизни
1

За чаркой чарку пить вино

У вод прозрачного ключа;
Бренчать на лютне, прислонясь

К седой от старости сосне;
А утром где-нибудь в саду

Сидеть, подсолнухи луща,
И слушать мерный стук пестов

Издалека - как бы во сне.
2

Я гляжу: под горой

Поднялся одинокий дымок,
Одинокое дерево

Высится на плоскогорье.
Ничего, кроме тыквенных чашек,

Скопить я не смог,
Но вослед Тао Цяню *

Живу и не ведаю горя.
3

Свежей, пышной травою

Луга одеваются в срок,
Лето - в самом начале,

И осень наступит не скоро.
И бредущее стадо

Ведет молодой пастушок -
Он еще никогда

Не носил головного убора *.
4

После ночного дождя

Каждый цветок тяжел,
Ивы и тополя

Ярче зазеленели.
Опавшие лепестки

Слуга еще не подмел,
И гость мой, горный монах,

Все еще спит в постели.

Мелодия осенней ночи
1

По капле

Капает вода *.
Сквозь тучки брезжит

Лунный свет.
Ох, не настали б

Холода,
Пока одежды теплой

Нет!
2

Луна взошла.

Легла роса.
Как холодно

В тиши ночной!
Струн

Отзвенели голоса,
Но страшно

В дом идти пустой.

Шутя пишу о своем загородном доме
Там ветви ив лежат на земле,

Но никто не ломает их.
Верхушки сосен уже с утра

Скрыты в тучах седых.
Ползучих глициний чаща густа -

Обезьяны прячутся в ней.
Кабарга хвою кипарисов ест,-

И пахнет хвоя сильней.

Вдова князя Си *
Пусть повелитель

Любит все сильней, -
Ей не забыть

Любви минувших дней.
Она тоскует,

Над цветком склонясь, -
Ни слова не услышит

Чуский князь.

Бань Цзе-юй *
1

На полет светляков

Потихоньку гляжу я в окно,
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30

Похожие:

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconФранковского Серия "Библиотека всемирной литературы"
Бычков М. Н

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconДетская сексуальность и психоанализ детских неврозов
Шедевры мировой науки библиотека психоаналитической литературы под общей редакцией профессора M. M-решетникова

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconВарганова Г. В. Чтение в системе социокультурного развития личности...
Библиопсихология и библиотерапия / Ред. Н. С. Лейтес, Н. Л. Карпова, О. Л. Кабачек. – М.: Школьная библиотека, 2005. – 480 с.(Приложение...

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconЛитература в контексте мировой. Образец написания размышления на тему «Моя библиотека»
Национальные ценности и традиции, формирующие проблематику и образный мир русской литературы, её гуманизм, гражданский и патриотический...

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconСерия «Школьная библиотека»

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconРабочая программа дисциплины история мировой (зарубежной) литературы...
Цель курса «История мировой (зарубежной) литературы» – рассмотреть развитие литературного процесса XIХ-ХХ века, деятельность выдающихся...

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconМигель Анхель Астуриас Синьор президент
«Мариано Асуэла «Те кто внизу», Ромуло Гальегос «Донья Барбара», Мигель Анхель Астуриас «Сеньор президент», серия «Библиотека всемирной...

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconБиблиотека Литературы Древней Руси том 11
Библиотека литературы Древней Руси / ран. Ирли; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. – Спб.:...

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconБиблиотека Литературы Древней Руси том 10
Библиотека литературы Древней Руси / ран. Ирли; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. – Спб.:...

Библиотека мировой литературы. Восточная серия iconБиблиотека Литературы Древней Руси том 13
Библиотека литературы Древней Руси / ран. Ирли; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. – Спб.:...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница