Поэтика границы в лирике марины цветаевой




Скачать 70.59 Kb.
НазваниеПоэтика границы в лирике марины цветаевой
Дата публикации23.02.2014
Размер70.59 Kb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Культура > Документы
УДК 82.09

ПОЭТИКА ГРАНИЦЫ В ЛИРИКЕ МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ

Яночкина П. И.,

научный руководитель д-р филол. наук Говорухина Ю. А.

Сибирский федеральный университет
Марина Ивановна Цветаева (1892-1941), пожалуй, была одним из самых самобытных поэтов своего времени, интерес к личности и наследию поэта не угасает и по сей день. С произведениями Марины Ивановны неразрывно связан феномен пограничности, абсолютности чувств, эмоций, интонаций. Это было отмечено некоторыми исследователями её творчества и критиками. Так, например, критик М.Л. Слоним в своей рецензии на сборник «После России» писал: «Есть в ней своеобразный максимализм, который иные назовут романтическим. Да, пожалуй, это романтизм, если этим именем назвать стремление к пределу крайнему и ненависти к искусственным ограничениям – чувств, идей, страстей». «<…> всем организмом, всем своим человеческим естеством она тянулась прочь от земных измерений в мир (или миры) – иные, о существовании которых знала непреложно <…> Что всё это было? Вероятно, прежде всего – страдание живого существа, лишённого своей стихии <…> Разумеется, страдание не было единственным чувством: цветаевских чувств и страстей, её феноменальной энергии хватило бы на многих и многих. Однако трагизм мироощущения поэта идёт именно от этих не поддающихся рассудку мук»1. «<…> нельзя не почувствовать, из какой глубочайшей болевой глубины исходили её поэтические гиперболы, метафоры и образы. Между тем суждения о нарочитости, преувеличенности, накрутке цветаевских реакций звучали и, наверное, будут звучать всегда <…>»2. Однако отдельных работ, монографий, непосредственно посвящённых теме пограничности в лирике Цветаевой, нет.

Целью нашего исследования является осмысление художественной реализации пограничности на разных уровнях структуры текстов Цветаевой.

Первый, самый очевидный план поэтического текста, который строится на образном воплощении границы/пограничности, – план лирической героини и лирического сюжета. Рассмотрим его на примере стихотворения «Молитва». Дата его написания – 26 сентября 1909 года – сама по себе погранична. Это день рождения поэта, день семнадцатилетия, время переосмысления прошлого и одновременно взгляд в будущее. В последнем – суть сюжетной ситуации. Лирическая героиня благодарит Бога за детство, которое «лучше сказки», и молит о безумной будущей жизни, о «чуде». В самой семантике слова «молитва» обнаруживается значение сокращения расстояния, преодоления границы мира повседневного, профанного, временного существования в ситуации пограничности. Это значение напрямую связано с идеей стихотворения, на наш взгляд, оно также фиксирует основной принцип создания его формы, который обнаруживается на уровне ритма, мелодики, синтаксиса, эвфонии.

Лирическая героиня «Молитвы», юная, пылкая, жаждет жизни иной, а пока «Вся жизнь как книга» для неё. Образ жизни как книги является одним из ключевых в стихотворении, лирическая героиня будто бы уже знает о «сюжете» своей жизни, книга здесь – разгаданный источник знаний о будущем существовании; она открыта и перечитана уже множество раз. Потому лирическая героиня и обращается к Богу: «Христос и Бог! Я жажду чуда…». Семантика слов «жаждать», «чудо» содержит значения абсолютности, предельности, пограничности. Эмоционально лирическая героиня на грани, все её чувства на пределе, или на границе. Они тождественны по своему качеству с мольбой героини: выйти за границы обыденной жизни («Я жажду сразу – всех дорог!»).

В основе сюжета стихотворения «В раю» лежит ситуация расставания. Уже первая строка задаёт высокий уровень эмоционального напряжения лирической героини. Здесь реализуется метафора «груз воспоминаний»: «Воспоминанье слишком давит плечи». «Слишком», «жаждать», «всех дорог», «всего хочу», «За всех страдать», «безумье», «чудо» – типично цветаевский ряд слов со значением «сверх», максимальной степени эмоции. Память о былом не даёт покоя лирической героине настолько, что даже в раю она чувствовала бы себя отчуждённо, беспокойно.

Важно заметить, что сюжеты не строятся как движение от покоя (действительного или мнимого) к высшей точке эмоционального напряжения. Уже с первых строк граница (не)возможного перейдена.

В «Молитве» оппозиция Я – другие выражена имплицитно, на уровне подразумеваемого отказа проживать известные сюжеты. В третьей строфе возникает образ цыгана, символизирующий кочевой, свободный образ жизни, преодоление географических и даже моральных границ; возникает образ органа, величественное звучание которого способно преодолеть границы реального мира и вознестись к небесам; возникает образ страдальца, в котором угадывается Христос; возникает образ амазонки, символизирующий воинственность, опасность, нарушение этических границ. Лирической героине хочется «Гадать по звёздам в чёрной башне». Сам акт гадания есть попытка выхода за границы умопостигаемого, попытка заглянуть в мистический, запредельный мир, а чёрная башня – пространство таинственное, может быть, опасное, устрашающее, за границами пространства повседневной жизни. Таким образом, выстраивается образный ряд со значениями опасности и пограничности. Строки «Чтоб был легендой – день вчерашний, / Чтоб был безумьем – каждый день» – своеобразный итог, обобщение, формула желаемой жизни. Жизни на грани жизни и смерти, и даже более того – на грани запредельного и невозможного.

В стихотворении «В раю» образный ряд рая (ангелы, летающие стройно, арфы, лилии, детский хор) со значением невинности, смирения, безмятежности, гармонии, наоборот, контрастирует с неуспокоенной душой лирической героини, чуждающейся «видений райских». Однако в обоих случаях они «работают» на усиление отчуждения (отчуждение, заметим, предполагает границу и её пересечение).

Композиция множества стихотворений Цветаевой рамочная. Границы рамки, границы частей внутри рамки совпадают с пространственными, временными границами, которые преодолевает героиня, как правило, в своём воображении. В стихотворении «Молитва» в обрамляющих строфах (первая и пятая) выражено желание смерти; внутрирамочный текст делится на две части: непосредственное обращение к Богу (вторая строфа) и представление о желаемой жизни (третья и четвёртая строфы). Эта граница проявляется и на уровне эвфонии. Схема гласных звуков, находящихся в сильной позиции, имеет следующий вид:

о оа у

э а аа

а э у

ы и а а
у ы ао

и ооо

ао и о

а а э о

Заметно количественное превосходство звуков [а] и [о]. Первый обозначим как звукообраз «Я» лирической героини (он появляется в словах, обозначающих действия, совершаемые лирической героиней:«жажду», «дай»; либо указывают на её жизнь: «сейчас», «в начале дня»; либо являются личным местоимениями:«я», «для меня»). Звук [о] является звукообразом Бога: «строго», «ещё не кончен срок», «подал», «много», «дорог».Сталкивание в пределах двух строф, как мы увидели, разнокачественных по семантике звуков обнаруживает художественный конфликт – противоборство предназначенности (а по сути, предназначенность и есть некие границы, за пределы которых человеку не суждено выйти) и жажды свободы, преодоления границ написанного «сюжета».

В стихотворении «В раю» рамочные строфы – земное существование лирической героини, с её переживаниями здесь и сейчас; вторая и третья строфы – образ рая. Находясь, таким образом, в одной точке, лирическая героиня обоих стихотворений совершает как бы «путешествие», преодолевая границы реального.

Лирическая героиня и в первом, и во втором стихотворении приходит к парадоксальным выводам: «И дай мне смерть – в семнадцать лет!» («Молитва»); «Ни здесь, ни там, – нигде не надо встречи, / И не для встреч проснёмся мы в раю!» («В раю»). Парадоксальны они только на первый взгляд, в обоих случаях, возможно, реализован приём, который в творчестве Цветаевой встречается довольно часто, – несоответствие подразумеваемого и словесной оболочки. Моля Бога о смерти в «Молитве», лирическая героиня желает всё же не смерти, но жизни на грани смерти (а точнее – на грани запредельного и невозможного). «„Молитва‟ – это как бы расправление крыльев. Скрытое обещание жить и творить»3. Обилие отрицательных частиц в заключительных строках стихотворения «В раю» («Ни здесь», «ни там», «нигде» «не надо», «не для встреч») наталкивает на мысль, обратную сказанному в стихотворении: встреча желаема, но она невозможна. Эти парадоксы, на наш взгляд, тоже своего рода граница – суждение, располагающееся на границе умопостигаемого.

На знаки границы, пограничности, на ситуации переходя границ «реагирует» в структуре текстов Цветаевой план ритма. Покажем это. Особенно показательна она в «Молитве»:

ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ

ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ―

ᴗ― ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ―ᴗ― ᴗ ᴗ ᴗ ―
ᴗ― ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ―

ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ

ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ―
ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ᴗ ᴗ ―

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ―
ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ―

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ―
ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ―

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ― ᴗ― ᴗ― ᴗ―

Видимая граница в ритмической схеме между 2 и 3 строфами совпадает с моментом перехода от ситуации диалога/обращения к Богу к уходу в себя, в желаемые миры на уровне сюжета. Постоянство пиррихия в первой стопе каждого стиха(10 раз) ритмически скрепляет ситуацию мечты в единое целое. Повторное обращение к Богу, а стало быть, возвращение к ситуации прямого обращения ликвидирует пиррихий. Мольба-мечта о жизни сменяется мольбой о смерти, в которой смерть – не столько оппозиция, сколько крайняя форма желаемой запредельной жизни.

Ритмическая граница здесь определяется и при вычислении коэффициента ритмического диссонанса (А. Белый). Коэффициент всего стихотворения равен 0,8. Коэффициенты строф последовательно равны:0,75; 0,56; 0,5; 0; 2,47. Коэффициенты строк последней строфы равны: 0; 0; 0; 9,9. Мы фиксируем резкое повышение коэффициента именно последней строки, как видим, она особым образом ритмически и мелодически акцентирована.

В стихотворении «В раю» пиррихий в начале строк также создаёт единство описываемого ощущения отчуждения от райского пространства.

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ᴗ ᴗ ―

ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ― ᴗ

ᴗ ᴗ ᴗ ― ᴗ ― ᴗ ᴗ ᴗ ―

Предпоследний стих выделяется из общего рисунка: исчезает пиррихий, нарушается ритмическая инерция. Именно в этой стоке звучат парадоксальные, противоречащие описанным выше эмоциям слова:«Ни здесь, ни там, – нигде не надо встречи». Сдвиг ритмический и эмоциональный совпадают, а неестественность сдвига (нарушение инерции) ритмического создают ощущение неестественности (неправдивости) озвученного отказа от любви.

Событие, по Ю.Лотману,– это переход границы семантического поля. В стихотворении «Молитва» таких границ две: от прямого обращения к Богу к себе и в финале опять к Богу; от мольбы о смерти к мольбе о жизни, в финале опять о смерти. В стихотворении «В раю» – также две: от земного существования здесь и сейчас к представлению о нахождении в раю в будущем; от желания встречи к отречению от неё. Каждый сюжетный переход границы оказывается, как показал анализ текста, отмечен на всех других уровнях структуры текста.


1 Саакянц А. Марина Цветаева. Жизнь и творчество. – М.: Эллис Лак, 1999. С. 401.

2 Кудрова И. Версты, дали…: Марина Цветаева: 1922-1939. – М.: Сов. Россия, 1991. С. 82-83.

3 Саакянц А. Марина Цветаева. Жизнь и творчество. – М.: Эллис Лак, 1999. С. 16

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconПоэтический мир Марины Цветаевой Урок-новелла
Учитель. На прошлом уроке мы познакомились с биографией Марины Ивановны Цветаевой, проверим качество усвоения материала. Вопросы...

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconТема: Лирика Марины Цветаевой «Красно кистью рябина зажглась »
...

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconСценарий поэтической гостиной «Памяти Марины Цветаевой»
Сценарий поэтической гостиной, посвященной 120-летию со дня рождения Марины Цветаевой

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconГермания марины цветаевой
Вся лирика М. Цветаевой ‒ это непрерывное объяснение в любви к людям, к миру и к конкретному человеку. Живость, внимательность, способность...

Поэтика границы в лирике марины цветаевой icon«…Звали меня Мариной…» о личности, судьбе и творчестве Марины Ивановны Цветаевой
Цель: познакомить учащихся с личностью, непростой судьбой и творчеством М. Цветаевой

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconВиктория швейцер «Быт и бытие Марины Цветаевой»
Цветаевой-Эфрона. В тексте появилось не­сколько новых главок, дополнить книгу которыми я посчитала необходимым

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconУрок литературы в 9 классе на тему: «Обычное женское счастье мое!»
Марины Ивановны Цветаевой, проанализировать отдельные стихотворения ее любовной лирики; повторить биографию Цветаевой

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconЭстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой
Книга предназначена для всех, интересующихся Поэзией М. И. Цветаевой, метафизическими истоками её творчества, своеобразием поэтической...

Поэтика границы в лирике марины цветаевой icon"Стихи о Москве" Марины Цветаевой: к вопросу о формировании московского цикла
Как сформировался цикл о Москве, какие факты жизни поэта оказали влияние на его непосредственное возникновение, где границы реального...

Поэтика границы в лирике марины цветаевой iconУрок литературы. Тема. Поэтический мир Марины Цветаевой
Цель урока: рассказать об основных темах и мотивах цветаевской лирики, особенностях лирической героини стихотворений, дать ключ в...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница