Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова




Скачать 371.08 Kb.
НазваниеУрок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова
страница1/2
Дата публикации06.01.2014
Размер371.08 Kb.
ТипУрок
www.lit-yaz.ru > Культура > Урок
  1   2
Урок внеклассного чтения в 11 классе

Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова)

Цели урока:

  • познакомить с творчеством Э. Асадова;

      • научить любить поэзию ;

Оборудование: проектор, сборники стихов Асадова,

Предварительное задание: подготовить сообщение о жизни поэта, выучить стихи наизусть.

Ход урока.

Слово учителя.

Открываю сайт Эдуарда Асадова. Нахожу там множество отзывов о творчестве поэта.

- Стихи Асадова со мною уже 20 лет. Они мне помогают всегда. В них и любовь, и правда, и справедливость.

И таких отзывов можно найти очень много.

Кто же он Эдуард Асадов?

Мы с вами послушаем последнее интервью с поэтом. ( один ученик за кадром и читает ответы поэта)

Эдуард Асадов давно перестал уже быть просто поэтом или писателем. Он - символ. И жизнь его - пример мужества и трагедии - и стихи - вышли за пределы литературы. Асадов - поэт народный, его стихи переписывают в тетрадочки, размещают на сайтах в рубрике "Мои любимые стихи" (обычно идет или до, или после рубрики "Мои стихи").Народ прав. Он сам выбирает то, что ему нужно и близко. Что "трогает". А ведь у Асадова выходили и интересные мемуары. Поэт ушел на 81-м году жизни, оставив после себя более 60 книг поэзии, прозы, воспоминаний, переводов общим тиражом чуть ли не в три с половиной миллиона экземпляров. Публикуемое интервью, вероятно, последнее, которое он дал в своей жизни.

Мы с вами послушаем последнее интервью с поэтом. ( один ученик за кадром и читает ответы поэта

- Эдуард Аркадьевич, расскажите о своей юности…

- Помните, в одной песне есть такие слова: "Мой адрес - не дом и не улица, мой адрес - Советский Союз". Это и обо мне тоже. Родился я 7 сентября 1923 года в Туркмении, в городе Мары, известном своей гидроэлектростанцией, вырос на Урале, кончил школу в Москве, немало прошел огненных верст по дорогам Великой Отечественной войны. Мои родители были участниками Гражданской войны, в мирное время преподавали в школе математику.

Чтоб снять и этот вопрос, скажу, что по национальности я - армянин. Мой дед Иван (по-армянски Аванес) Калустович Курдов был известным человеком. В юности он два года проработал секретарем у Николая Гавриловича Чернышевского в Астрахани, когда тот вернулся из Вилюйской ссылки. Именно по совету Чернышевского дедушка из Астрахани переехал в Казань и поступил учиться на естественный факультет Казанского университета. За свои откровенные революционные взгляды и за участие в знаменитой студенческой сходке вместе с другими студентами, среди которых оказался и Владимир Ульянов, был исключен из университета. Потом моего дедушку восстановили в университете, и он успешно окончил его. Работал врачом на Урале, сначала в Перми (там моя мама родилась), потом в Свердловске.

- Когда вы написали свое первое стихотворение?

- Мы тогда жили в Свердловске. Именно там, когда мне было лет восемь, я и начал писать стихи. В 15 лет вступил в комсомол. В 1938 году мама вместе со мной переехала в Москву, где я и окончил школу. Наш выпускной бал проходил 14 июня 1941 года. На школьном балу мы танцевали под песенку, в которой были слова:

^ Веселья час и боль разлуки
Хочу делить с тобой всегда.
Давай пожмем друг другу руки,
И в дальний путь на долгие
года…


Мы еще не знали, что вскоре нам предстоит уйти в дальний путь, кому на долгие года, а кому навсегда.

Через неделю началась война. Тогда обстановка в стране была не такая, как сейчас. Сегодня объяви войну, не так уж много пойдут записываться добровольцами. А мы пошли. В армию берут с 18 лет, а мне было 17. Я пошел во Фрунзенский райком комсомола с просьбой отправить меня добровольцем на фронт. Вечером пришел в райком, а утром уже был в поезде. Попал я в секретные войска, оснащенные новым видом оружия - гвардейскими минометами, или, как их называли, "катюшами". Я стал наводчиком орудия. Под Москвой, на станции Алабино, формировались первые четыре полка гвардейских минометов. Наш 50-й отдельный гвардейский дивизион направили под Ленинград. Это были первые "катюши", которые приехали на Ленинградский фронт. И первый залп мы дали 19 сентября 1941 года.

Через год меня послали учиться во 2-е Гвардейское артиллерийско-пулеметное училище в Омск. Там за 6 месяцев мы проходили двухлетнюю офицерскую подготовку. В звании гвардии лейтенанта меня снова отправили на фронт. Теперь я попал на 4-й Украинский фронт. Запорожье, Мелитополь, Аскания-Нова, Перекоп...

Бои были очень жестокими. Местность, на которой стояла моя батарея, была полностью открытой, ни одного деревца. Несмотря на это, мы еще некоторое время держались. Но вскоре немцы мою батарею разбомбили. Однако снаряды остались. А на батарее моего однополчанина Ульянова, находившегося в пяти километрах от нашей, снаряды кончились. Приняли решение собрать снаряды и как можно скорее доставить их на батарею Ульянова, чтобы дать залп по позициям противника и идти в наступление. Иначе погибнет много наших солдат. Ночи в мае короткие. Не успели мы погрузить снаряды в машину, как уже рассвело. Но другого выхода не было. И я принял решение ехать. Тяжело груженная снарядами машина еле двигалась. Когда мы поднимались в гору, все вокруг залило яркое солнце. По нашей машине немцы открыли шквальный огонь. Ее всю изрешетило. Потом налетели "юнкерсы". В нас не попали, но дорогу разбомбили. Я вышел из кабины и пошел впереди машины, показывая шоферу Акулову дорогу среди воронок. Так мы преодолели полдороги… И вдруг прямо передо мной разорвался снаряд, меня отбросило в кювет и я на несколько секунд потерял сознание. Пришел в себя оттого, что меня кто-то перевязывает. Шофер говорит: "Я сейчас отвезу вас в госпиталь". Я отвечаю: "Никакого госпиталя, на огневую, к Ульянову". И мы все-таки сумели прорваться, успешно завершить операцию, добравшись до батареи Ульянова. Когда мы подъехали, он подбежал к машине со словами: "Асадов приехал, молодец, снаряды привез". Открывает дверь, а я ему на руки и свалился, потерял сознание. Когда давали залп, я уже ничего не слышал, меня везли в госпиталь.

Это были последние бои за освобождение Севастополя. Я был ранен 4 мая 1944 года, а вскоре освободили Севастополь.

- Ранение оказалось тяжелым?

- Я долгие месяцы находился в госпитале, там узнал, что потерял зрение. Но все время, как и на фронте, продолжал писать стихи. Это меня и спасало. Однажды решил послать их Корнею Ивановичу Чуковскому. Он прочитал. Я даже не думал, что он мне ответит, а он прислал письмо: "Дорогой Эдуард Аркадьевич! Я прочел вашу рукопись и могу сразу сказать, что никогда, когда говорю о творчестве, не кривлю душой. А в вашем случае тем более". И дальше он меня раздолбал так, что от моих стихов не осталось камня на камне. Вдребезги меня разбил. Но в конце была приписка: "И все-таки, несмотря на все вышеизложенное, я с полной ответственностью могу вам сказать, вы - истинный поэт. Ибо у вас есть то поэтическое дыхание, которое присуще только поэту. Ваш Корней Чуковский". Эти слова были для меня дороже всего. И я твердо решил поступать в Литературный институт имени Горького.

- Вы встречались с Чуковским?

- Да. Несколько раз с ним виделся в Доме творчества в Переделкино. Корней Иванович познакомил меня с Алексеем Сурковым, который тогда был главным редактором журнала "Огонек". Чуковский сказал: "Я вам передаю молодого поэта Эдуарда Асадова, смотрите, судите, что вы скажете, то и будет". Он прочел мою рукопись и сказал: "Оставьте, я поколдую". И поколдовал. Тоже меня критиковал со страшной силой. Несколько месяцев я к нему ходил. А потом он сказал: "Ну, теперь можно поговорить о профессиональной печати". Он меня напечатал первый раз в жизни в "Огоньке" 1 мая 1949 года. Это был настоящий праздник. В тот день на Кропоткинской улице, около Дома ученых, в газетном киоске я купил тот первомайский номер. И почувствовал себя счастливым. Мимо меня шли демонстранты со знаменами, с оркестром, а я стоял на углу и сердце мое пело.

- В Литинституте вам довелось учиться с будущими "классиками"...

- О да, у нас был "звездный" выпуск. Это - Евгений Винокуров, Григорий Бакланов, Владимир Солоухин, Владимир Тендряков, Юлия Друнина, Сергей Баруздин, Наум Коржавин (тогда он носил фамилию Мандель), переводчик Наум Гребнев. Курсом старше учился Расул Гамзатов. Все они потом стали известными мастерами слова.

- Поговорим о женщинах, о любви. Важны ли они в вашей жизни?

- О, женщины! Я всегда относился и отношусь к ним прекрасно. Потому что женщины в моей жизни сыграли большую роль. Когда я ушел на фронт, у меня не было любимой девушки, я еще не успел влюбиться. А когда был ранен, 26 суток находился то в сознании, то без сознания. Состояние было ужасное. Ко мне подходит сестричка и спрашивает: "Что есть будем, лейтенант?" Я отвечаю, что есть мне и жить теперь ни к чему, кому я нужен… А она говорит: "Как кому? Мне нужен! Запомни, меня зовут Оксана Иваненко. Когда тебя подлечат, не важно, будет у тебя зрение или нет, приезжай в город Саки и найди меня. И я выйду за тебя замуж". Я думаю, что она это говорила, чтобы подбодрить меня. Но мне эти слова были как бальзам на душу. Потом я лежал в госпитале в Москве, ко мне приходили бывшие мои соученицы, девушки, которых я знал. И дальше произошло чудо. Постепенно, в течение года шесть девушек предложили мне руку и сердце.

- То есть не вы им, а они вам?

- Я не хотел этого делать, потому что знал о своей слепоте и никаких чудес врачи не обещали. А они, девочки, не испугались. Это было для меня огромным духовным зарядом. Потому что я в себя поверил: если тебя любят, ты можешь свою судьбу повернуть совершенно иначе. Вскоре я женился. Родился сын, но семейная жизнь как-то не сложилась. И мы расстались. Через некоторое время совершенно случайно я познакомился со своей будущей второй женой. Дело было так. Пятерых молодых поэтов пригласили выступить во дворце культуры МГУ, на Стромынке. И вот когда мы там собрались, входит молодая женщина и говорит: "Я - артистка Москонцерта Галина Разумовская, буду тоже здесь выступать. Вы могли бы меня пораньше пропустить, потому что я сейчас улетаю в Ташкент?" Я спрашиваю: "А какая у вас программа?" Она отвечает: "Женщины в борьбе за мир". Я говорю: "А почему только женщины, мужчины-то куда подевались?" В общем, пошутили, посмеялись. А когда начался вечер, я выступил со своими новыми стихами "Трусиха", "Они студентами были". Она стояла за кулисами и слушала, потом подходит ко мне и говорит: "Вы не могли бы ваши стихи прислать мне в Ташкент, на Главпочтамт, до востребования?" Я отвечаю, что с удовольствием. Меня тогда еще актеры не читали. И я послал ей эти стихи, она мне оттуда позвонила и сказала, что прочитала их на публике, встречали великолепно. После ее возвращения в Москву мы познакомились поближе. Галина Разумовская сначала включала мои стихи в свои программы, а потом уже стала полностью готовить программы из моих стихов. Через некоторое время мы начали вместе ездить по всей стране с этими программами. Выступали в крупнейших залах Киева, Ташкента, Днепропетровска, Тбилиси, Еревана, Баку. С Галиной Валентиновной мы были женаты 36 лет. Она очень много хорошего для меня сделала. К сожалению, она уже умерла, внезапно, в течение получаса, от сердечного приступа.

- Ваши стихи очень лиричны. Может быть, поэтому их любят и повидавшие виды люди, и молодежь нежного возраста?

- Я пишу о любви, о дружбе, о настоящих отношениях, о совести, о чести, о любви к Родине. Наверное, многим этого не хватает. Сейчас так много пошлости, чернухи. Но я все равно стою на том, на чем стоял. В нашей стране нашлось немало людей, которые за последние десять с лишним лет очень легко поменяли свои убеждения и взгляды. Я верую в какие-то ценности, которым никогда не изменю. Я и при советской власти верил в социализм, но не верил в коммунизм. Почему? Потому что мне никто ни разу не объяснил, что же это такое. Я понимал и сейчас понимаю: от каждого по способностям, каждому по труду. А вот что такое: от каждого по способностям, каждому по потребностям, - я не понимал и до сих пор понять не могу. Кто определит эти потребности? На всех не хватит ни икры, ни мехов. Мне объясняли еще в Литинституте: у людей будет такое сознание, что они не будут брать ничего лишнего. Будут! Они брали еще во времена Гомера и сейчас будут. Человек не меняется.

- Как вам живется материально?

- Нормально, я же печатаюсь, книги выходят. Мне особо ничего не нужно. Работа - это моя сила, мои крылья, моя дорога, это все мое.

- Я вижу, что вы печатаете на пишущей машинке?

- Да, на обычной машинке. С 1947 года. Печатаю совершенно спокойно, как машинистка. Правда, мне надо, чтобы кто-то потом прочитал, я ведь могу опечатку сделать. Я и письма пишу. За эти годы я сменил уже несколько машинок, но никогда с ними не расставался.

- А кто же вам читает?

- Сейчас Галина Федоровна. Мы с ней уже почти шесть лет. Она - хороший, сердечный, добрый человек. До нее читали другие люди. И не только мои стихи или прозу, но и книги, газеты. Каждый день я слушаю радио. Так что всегда нахожусь в курсе дела. Иначе как бы я мог работать? Я должен чувствовать пульс моей страны, моего народа. Это не громкие слова, это так и есть.

- Вы верите в астрологические прогнозы?

- Я считаю, что это совпадения. В предчувствия - верю. Ночью накануне ранения у меня было очень тяжелое настроение, ощущение чего-то давящего. Но отменить решение, принятое накануне, было нельзя. Бывали случаи, когда я чувствовал: что-то не так или не то. Но слишком большого значения этим знакам я не придаю. Стараюсь больше думать о своих поступках: верны ли они? Если да, то никакое предчувствие меня не остановит.

- Можете ли вы прогнозировать развитие российской литературы, поэзии?

- Я могу сказать только одно: как бы ее ни качало по ухабам и ямам, все равно наша литература - великая литература. Она все равно снова поднимет паруса и будет одной из лучших в мире. Это жизнь не раз подтверждала. Вот перевернули всю нашу политику, экономику, больше десяти лет наш книжный рынок заполняли всякой порнухой, непристойностью. Все кинулись, хватали, глотали. А потом наелись и сплюнули. И как-то от этого отошли, стали искать настоящую литературу, настоящие книги. И у меня лет семь ничего не печатали. Кстати, я ни по каким издательствам никогда не хожу. Ко мне сами обратились издатели и стали снова публиковать мои стихи. И я вновь вошел в литературный строй, продолжаю говорить и писать то, во что верую сам.

- Прочтите, пожалуйста, последние из написанных вами стихов...

- Это обязательно? Может, не надо? Ну, да ладно...

Не знаю, где концы, и где
начала,
И по каким путям еще
пройду.
Но прожил в мире, кажется,
немало.
Но до сих пор еще чего-то
жду...

Слово предоставим библиографам.

Весной 1942 года в одном из боев в районе деревни Новая был тяжело ранен командир орудия сержант Кудрявцев. Асадов вместе с санинструктором Василием Бойко вынес сержанта из машины, помог перебинтовать и, не ожидая распоряжений непосредственного командира, взял на себя командование боевой установкой, одновременно выполняя обязанности наводчика. Стоя возле боевой машины, Эдуард принимал подносимые солдатами снаряды-ракеты, устанавливал на направляющих и закреплял фиксаторами. Из облаков вынырнул немецкий бомбардировщик.

 

Развернувшись, он начал пикировать. Бомба упала в 20-30 метрах от боевой машины сержанта Асадова. Заряжающий Николай Бойков, несший на плече снаряд, не успел выполнить команду "Ложись!". Осколком снаряда ему оторвало левую руку. Собрав всю волю и силы, солдат, покачиваясь, стоял в 5 метрах от установки. Еще секунда-две - и снаряд ткнется в землю, и тогда на десятки метров вокруг не останется ничего живого. Асадов живо оценил ситуацию. Он мгновенно вскочил с земли, одним прыжком подскочил к Бойкову и подхватил падающий с плеча товарища снаряд. Заряжать его было некуда - боевая машина горела, из кабины валил густой дым. Зная, что один из бензобаков находится под сиденьем в кабине, он осторожно опустил снаряд на землю и бросился помогать водителю Василию Сафонову бороться с огнем. Пожар был побежден. Несмотря на обожженные руки, отказавшись от госпитализации, Асадов продолжал выполнять боевую задачу. С тех пор он выполнял две обязанности: командира орудия и наводчика. А в коротких перерывах между боями продолжал писать стихи. Некоторые из них ("Письмо с фронта", "На исходный рубеж", "В землянке") вошли в первую книгу его стихов.


В то время гвардейские минометные части испытывали острую нехватку офицерских кадров. Лучших младших командиров, имеющих боевой опыт, по приказу командования отправляли в военные училища. Осенью 1942 года Эдуард Асадов был срочно командирован во 2-е Омское гвардейское артминометное училище. За 6 месяцев учебы надо было пройти двухлетний курс обучения. Занимались днем и ночью, по 13-16 часов в сутки.


В мае 1943 года, успешно сдав экзамены и получив звание лейтенанта и грамоту за отличные успехи (на государственных выпускных экзаменах он получил по 15 предметам тринадцать "отлично" и только два "хорошо"), Эдуард Асадов прибыл на Северо-Кавказский фронт. В должности начальника связи дивизиона 50-го гвардейского артминометного полка 2й гвардейской армии он принимал участие в боях под станицей Крымской.


Вскоре последовало назначение на 4-й Украинский фронт. Служил сначала помощником командира батареи гвардейских минометов, а когда комбат Турченко под Севастополем "пошел на повышение", был назначен командиром батареи. Снова дороги, и снова бои: Чаплино, Софиевка, Запорожье, Днепропетровщина, Мелитополь, Орехов, Аскания-Нова, Перекоп, Армянск, Совхоз, Кача, Мамашаи, Севастополь...


Когда началось наступление 2-й гвардейской армии под Армянском, то самым опасным и трудным местом на этот период оказались "ворота" через Турецкий вал, по которым враг бил непрерывно. Артиллеристам провозить через "ворота" технику и боеприпасы было чрезвычайно сложно. Этот самый тяжелый участок командир дивизиона майор Хлызов поручил лейтенанту Асадову, учитывая его опыт и мужество.

 

Асадов высчитал, что снаряды падают в "ворота" точно через каждые три минуты. Он принял рискованное, но единственно возможное решение: проскакивать с машинами именно в эти краткие интервалами между разрывами. Подогнав машину к "воротам", он после очередного разрыва, не дожидаясь даже, пока осядут пыль и дым, приказал шоферу включить максимальную скорость и рвануться вперед.

 

Прорвавшись через "ворота", лейтенант взял другую, пустую, машину, вернулся обратно и, став перед "воротами", вновь дождался разрыва и вновь повторил бросок через "ворота", только в обратном порядке. Затем снова пересел в машину с боеприпасами, опять подъехал к проходу и таким образом провел сквозь дым и пыль разрыва следующую машину. Всего в тот день он совершил более 20 таких бросков в одну сторону и столько же в другую...


После освобождения Перекопа войска 4-го Украинского фронта двинулись в Крым. За 2 недели до подхода к Севастополю лейтенант Асадов принял командование батареей. В конце апреля заняли село Мамашаи. Поступило распоряжение разместить 2 батареи гвардейских минометов на взгорье и в лощине у деревни Бельбек, в непосредственной близости от врага. Местность насквозь просматривалась противником. Несколько ночей под беспрерывным обстрелом готовили установки к бою. После первого же залпа на батареи обрушился шквальный огонь врага. Главный удар с земли и с воздуха пришелся на батарею Асадова, которая к утру 3 мая 1944 года была практически разбита. Однако многие снаряды уцелели, в то время как наверху, на батарее Ульянова, была резкая нехватка снарядов. Было решено передать уцелевшие ракетные снаряды на батарею Ульянова, чтобы дать решающий залп перед штурмом укреплений врага. На рассвете лейтенант Асадов и шофер В. Акулов повели груженную до отказа машину вверх по гористому склону...


Наземные части врага сразу заметили движущуюся машину: разрывы тяжелых снарядов то и дело сотрясали землю. Когда выбрались на плоскогорье, их засекли и с воздуха. Два "юнкерса", вынырнув из облаков, сделали круг над машиной - пулеметная очередь наискось прошила верхнюю часть кабины, а вскоре где-то совсем рядом упала бомба. Мотор работал с перебоями, изрешеченная машина двигалась медленно. Начинался самый тяжелый участок дороги. Лейтенант выпрыгнул из кабины и пошел впереди, показывая водителю путь среди камней и воронок. Когда батарея Ульянова была уже недалеко, рядом взметнулся грохочущий столб дыма и пламени - лейтенант Асадов был тяжело ранен и навсегда потерял зрение.


Cпустя годы командующий артиллерией 2-й гвардейской армии генерал-лейтенант И. С. Стрельбицкий в своей книге об Эдуарде Асадове "Ради вас, люди" так напишет о его подвиге: "...Эдуард Асадов совершил удивительный подвиг. Рейс сквозь смерть на старенькой грузовой машине, по залитой солнцем дороге, на виду у врага, под непрерывным артиллерийским и минометным огнем, под бомбежкой - это подвиг. Ехать почти на верную гибель ради спасения товарищей - это подвиг... Любой врач уверенно бы сказал, что у человека, получившего такое ранение, очень мало шансов выжить. И он не способен не только воевать, но и вообще двигаться. А Эдуард Асадов не вышел из боя. Поминутно теряя сознание, он продолжал командовать, выполнять боевую операцию и вести машину к цели, которую теперь он видел уже только сердцем. И блестяще выполнил задание. Подобного случая я за свою долгую военную жизнь не помню..."


Решающий перед штурмом Севастополя залп был дан вовремя, залп ради спасения сотен людей, ради победы... За этот подвиг гвардии лейтенант Асадов был награжден орденом Красной Звезды, а спустя многие годы Указом постоянного Президиума Съезда народных депутатов СССР от 18 ноября 1998 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Он также удостоен звания почетного гражданина города-героя Севастополя.


А подвиг продолжался. Предстояло вновь поверить в себя, мобилизовать все силы и волю, суметь вновь полюбить жизнь, полюбить так, чтобы рассказать о ней в своих стихах во всем многообразии красок. В госпитале между операциями он продолжал писать стихи. Чтобы беспристрастно оценить их достоинство, а его стихов тогда еще не читал ни один профессиональный поэт, он решил послать их Корнею Чуковскому, которого знал не только как автора веселых детских книг, но и как жесткого и беспощадного критика. Через несколько дней пришел ответ. По словам Эдуарда Аркадьевича, "от посланных им стихов остались, пожалуй, только его фамилия и даты, почти каждая строка была снабжена пространными комментариями Чуковского". Самым же неожиданным для него оказался вывод: "...однако, несмотря на все сказанное выше, с полной ответственностью могу сказать, что Вы - истинный поэт. Ибо у вас есть то подлинное поэтическое дыхание, которое присуще только поэту! Желаю успехов. К. Чуковский".

 

Значение этих искренних слов для молодого поэта было трудно переоценить.


Осенью 1946 года Эдуард Асадов поступил в Литературный институт имени Горького. В эти годы его литературными наставниками стали Алексей Сурков, Владимир Луговской, Павел Антокольский, Евгений Долматовский.


Еще будучи студентом, Эдуард Асадов сумел заявить о себе как о самобытном поэте ("Весна в лесу", "Стихи о рыжей дворняге", "В тайге", поэма "Снова в строй"). В конце 1940-х годов в Литературном институте вместе с ним учились Василий Федоров, Расул Гамзатов, Владимир Солоухин, Евгений Винокуров, Константин Ваншенкин, Наум Гребнев, Яков Козловский, Маргарита Агашина, Юлия Друнина, Григорий Поженян, Игорь Кобзев, Юрий Бондарев, Владимир Тендряков, Григорий Бакланов и многие другие известные в дальнейшем поэты, прозаики и драматурги. Однажды по институту был объявлен конкурс на лучшее стихотворение или поэму, на который откликнулось большинство студентов. Решением строгого и беспристрастного жюри под председательством Павла Григорьевича Антокольского первая премия была присуждена Эдуарду Асадову, вторая - Владимиру Солоухину, третью разделили Константин Ваншенкин и Максим Толмачев.

 

1 мая 1948 года в журнале "Огонек" состоялась первая публикация его стихов. А еще через год его поэма "Снова в строй" была вынесена на обсуждение в Союзе писателей, где получила самое высокое признание таких именитых поэтов, как Вера Инбер, Степан Щипачев, Михаил Светлов, Александр Коваленков, Ярослав Смеляков и др.


За 5 лет учебы в институте Эдуард Асадов не получил ни одной тройки и окончил институт с "красным" дипломом. В 1951 году после выхода в свет его первой книги стихов "Светлые дороги" он был принят в Союз писателей СССР. Начались многочисленные поездки по стране, беседы с людьми, творческие встречи с читателями в десятках больших и малых городов.


С начала 1960-х годов поэзия Эдуарда Асадова приобрела широчайшее звучание. Его книги, выходившие 100-тысячными тиражами, моментально исчезали с прилавков книжных магазинов. Литературные вечера поэта, организованные по линии Бюро пропаганды Союза писателей СССР, Москонцерта и различных филармоний, на протяжении почти 40 лет проходили с неизменным аншлагом в крупнейших концертных залах страны, вмещавших до 3000 человек. Их постоянной участницей была супруга поэта - замечательная актриса, мастер художественного слова Галина Разумовская. Это были поистине яркие праздники поэзии, воспитывавшие самые светлые и благородные чувства. Эдуард Асадов читал свои стихи, рассказывал о себе, отвечал на многочисленные записки из зала. Его долго не отпускали со сцены, и нередко встречи затягивались на 3, 4 и даже более часов.




Впечатления от общения с людьми ложились в основу его стихов. К настоящему времени Эдуард Аркадьевич является автором 50 поэтических сборников, в которые в разные годы вошли такие широко известные его поэмы, как "Снова в строй", "Шурка", "Галина", "Баллада о ненависти и любви".


Одна из основополагающих черт поэзии Эдуарда Асадова - обостренное чувство справедливости. Его стихи покоряют читателя огромной художественной и жизненной правдой, самобытностью и неповторимостью интонаций, полифоничностью звучания.

 

Характерной особенностью его поэтического творчества является обращение к самым животрепещущим темам, тяготение к остросюжетному стиху, к балладе. Он не боится острых углов, не избегает конфликтных ситуаций, напротив, стремится решать их с предельной искренностью и прямотой ("Клеветники", "Неравный бой", "Когда друзья становятся начальством", "Нужные люди", "Разрыв"). Какой бы темы ни касался поэт, о чем бы он ни писал, это всегда интересно и ярко, это всегда волнует душу. Это и горячие, полные эмоций стихи на гражданские темы ("Реликвии страны", "Россия начиналась не с меча!", "Трусиха", "Моя звезда"), и пронизанные лиризмом стихи о любви ("Они студентами были", "Моя любовь", "Сердце", "Ты не сомневайся", "Любовь и трусость", "Я провожу тебя", "Я могу тебя очень ждать", "На крыле", "Судьбы и сердца", "Ее любовь" и др.).




Одна из основных тем в творчестве Эдуарда Асадова - это тема Родины, верности, мужества и патриотизма ("Дым отечества", "Двадцатый век", "Лесная река", "Мечта веков", "О том, чего терять нельзя", лирический монолог "Родине"). Со стихами о Родине теснейшим образом связаны стихи о природе, в которых поэт образно и взволнованно передает красоту родной земли, находя для этого яркие, сочные краски. Таковы "В лесном краю", "Ночная песня", "Таежный родник", "Лесная река" и другие стихотворения, а также целая серия стихов о животных ("Медвежонок", "Бенгальский тигр", "Пеликан", "Баллада о буланом Пенсионере", "Яшка", "Зорянка" и одно из самых широко известных стихотворений поэта - "Стихи о рыжей дворняге"). Эдуард Асадов - поэт жизнеутверждающий: всякая даже самая драматическая его строка несет в себе заряд горячей любви к жизни.

 

Россия начиналась не с меча,
Она с косы и плуга начиналась.
Не потому, что кровь не горяча,
А потому, что русского плеча
Ни разу в жизни злоба не касалась…


 

Асадов был награжден орденами Ленина, Отечественной войны I степени, Красной Звезды, орденом Дружбы народов, двумя орденами "Знак Почета", орденом Почета (1998), "За заслуги перед Отечеством" IV степени (2004), медалями "За оборону Ленинграда", "За оборону Севастополя", "За победу над Германией". Указом постоянного Президиума Съезда народных депутатов СССР от 18 ноября 1998 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза.


Умер Эдуард Асадов 21 апреля 2004 года.

 

Похоронен в Москве на Кунцевском кладбище. Свое сердце он завещал захоронить на Сапун-горе в Севастополе, где 4 мая 1944 года он был ранен и потерял зрение.
 

^ О его мировоззрении, о его интересах узнаем из интервью, которое он дал газете

Эдуард Аркадьевич, в годы Великой Отечественной войны Вы сражались за освобождение Севастополя. Часто Вы бываете в этом городе?
- 4 мая 1944 года я был ранен под Бильбеком. Сейчас бываю в Севастополе, как правило, каждый год. В День Победы, 9 мая, встречаюсь с фронтовиками и в конце июля приезжаю на праздник Военно-морского флота. Главное, почему езжу туда,- я дышу воздухом Севастополя.

В День Победы по главным улицам города шагают со знаменами фронтовики. Идут дивизии, полки, батальоны, хотя в дивизии и осталось всего-то двадцать человек, а в полку, может быть, десять. Но торжественность марша от этого ничуть не снижается. Жители города стоят шпалерами с двух сторон, фронтовиков забрасывают цветами. Детей протягивают. Кажется, что Севастополь освободили не много лет назад, а только вчера. На главной площади города - площади Нахимова - проходит митинг. Затем наступает минута молчания. Такого не бывает нигде: все фронтовики, все жители города и его гости под торжественные звуки музыки опускаются на одно колено. Потом в 12 часов ночи фронтовики поднимаются на Сапун-гору, стоят у вечного огня и в память о погибших друзьях выпивают боевые 100 грамм.

- ^ Вы ведь почетный гражданин этого города.
- Я горд тем, что по ходатайству жителей горсовет присвоил мне звание "Почетный гражданин города-героя Севастополя". Кстати, на Сапун-горе есть музей "Защита и освобождение Севастополя", в нем - стенд, посвященный мне и моему творчеству. Когда приезжаю, захожу туда всегда. Работники музея во главе с директором Юрием Ивановичем Мазеповым - большие патриоты города.

- Самая последняя Ваша награда - это звание Героя Советского Союза?
- Да, мне ее вручили к 75-летию. Это звание, которым я очень дорожу, присвоено благодаря усилиям командующего артиллерией 2-й гвардейской армии генерала-лейтенанта Ивана Семеновича Стрельбицкого. Я его называю своим фронтовым батькой: он видел меня в бою, видел меня в делах. Иван Семенович даже написал книгу обо мне, о моем детстве, о моей юности, о войне, о моих стихах - "Ради вас, люди". Когда книга вышла из печати в 1979 году, Стрельбицкий вскоре умер. Но дело его не погибло. И награда, пусть только сейчас, все-таки меня нашла.

- Вас окружает огромная читательская любовь. Тяжело ли нести такую ношу?
- Очень трудно. Потому что часто встречаешься не только с горячей человеческой благодарностью, но и со злобой. Когда ко мне пришел успех, я даже боялся брать газету в руки. Ведь ни одного поэта так не ругали в прессе, как меня. Злые критики зубы обломали о мои книги. Не могли простить моего успеха. Однажды я впервые приехал в Ленинград выступать в зале академической капеллы. Каждое стихотворение заставляли читать по два раза. Пришла туда и моя знакомая, Майя Пантелеева, она тогда работала корректором в газете "Смена". И говорит: "Что творится в зале, как тебя встречают! Но готовься, завтра о тебе будет ужасно злобная статья". "Как?- спрашиваю.- Вечер еще только идет".- "Ее уже написали". И действительно, наутро - грубая, злая, оскорбительная статья.

Так что чем больше друзей, тем больше врагов. Так устроен мир. И если бы не было моих горячих сторонников, то я не сумел бы победить в этой битве со злом. Меня всегда поддерживали мои читатели, мои друзья.

Все, что пишу,- это лирика. И стихи о войне, и о любви, и о животных, и гражданские стихи. Темы разные, а атмосфера романтическая остается всегда.

- То есть для Вас любовь - самое важное чувство?
- Именно любовь поставила меня на ноги после моего тяжелейшего ранения. И женская любовь, и любовь к родине. Когда я уходил на фронт, мне было всего 17 лет. 14 июня 1941 года был выпускной бал в 38-й московской школе, а 22 июня началась Великая Отечественная война. Я даже в институт не успел подать заявление. Пошел на фронт добровольцем.

А когда был ранен, меня приходили навещать знакомые девушки. Их теплое отношение, их сердечность помогли мне утвердиться в том, что меня еще можно любить, что я еще чего-то стою. Вы не поверите, мне предложили руку и сердце сразу шесть девушек.

- И Вы ни одну не выбрали?
- Одну выбрал. Правда, не безошибочно. Но это другой разговор. Потом, когда уже учился в институте, когда писал стихи, именно отношение ко мне моих читательниц тоже утверждало меня в жизни. Это помогало чувствовать себя не раненым, не хуже других, а даже где-то лучше. Женское тепло, женская любовь... я получал письма и от мужчин, и от женщин, но именно женская любовь помогла мне удержаться на этой земле.

- И та избранница стала Вашей женой?
- Да. А потом выяснилось, что с ее стороны это было скорее не любовь, а увлечение. Уже спустя много лет я встретил свою настоящую жену.

- Как же Вы встретились?
- Однажды поэта Сергея , бывшего директора Литературного института имени Горького Василия Сидорина, меня и других поэтов пригласили во Дворец культуры МГУ на Стромынке. Когда мы туда пришли, к нам подошла дама, которая заявила: "Товарищи, вы будете сейчас выступать? А я артистка Москонцерта. Меня зовут Галина Валентиновна Разумовская. Я сейчас вылетаю в Ташкент. Вы меня где-то в начале пропустите, чтобы я могла успеть на аэродром". Тогда я спросил: "Что Вы читаете?" Она ответила: "У меня есть программа "Женщины-поэтессы в борьбе за мир". "Почему только женщины? А как же мужчины?" - изумился я. Рядом стоял Василий Сидорин: "Ну... что это за борьба по признаку пола? Нехорошо". Мы немного на эту тему и пошутили. Но мне эта шутка обошлась дорого: пришлось потом жениться. (Улыбается.)

- И Вы начали выступать вместе?
- Когда шел тот концерт, она послушала мои стихи. Помню, что я читал только что написанное стихотворение "Они студентами были", потом "Прямой разговор", "Разрыв". В общем, она послушала и сказала: "Если вам нетрудно, пришлите, пожалуйста, мне эти стихотворения". Это был 1961 год, и мои стихи еще не читали артисты со сцены. Послал. Она мне позвонила: "Я получила. Вчера прочитала. Успех оглушительный..."

Потом Галина Валентиновна приехала в Москву, мы встретились. С тех пор она всегда читала мои стихи, а потом стала вместе со мной выступать на моих литературных вечерах. Был успех, залы были полными. Мы с ней подружились. И когда я расстался со своей первой женой, ушел от этой ужасной, несчастливой жизни, мы поженились с Галиной Валентиновной.

Выступали с ней на протяжении тридцати лет. Объехали весь Советский Союз - от Бреста до Иркутска, от Северодвинска до Тбилиси, Еревана и Ташкента.

- Галина Валентиновна наверняка была счастлива с Вами...
- Надеюсь. У меня много стихов, ей посвященных. Они опубликованы в моей последней книге. Там есть и стихи, написанные после ее смерти.

- А лирическая повесть "Галина" посвящена тоже Вашей жене?
- Нет. Вы знаете, все думают, что это о ней. А я написал эту поэму задолго до знакомства с Галиной Валентиновной.

- Выходит, Вы предугадали встречу с ней?
- Возможно. (Улыбается.) Эту поэму я написал в 1958 году. В 1959 году она была опубликована в журнале. В 60-м вышла отдельной книжкой. И имела большой успех. Меня все время спрашивали: было ли то, что написано в поэме на самом деле? Я отвечал, что сам все придумал. А в 62-м получил письмо из Иркутска от молодой учительницы. Звали ее Галина, муж - Андрей, сын - Сережка. Имена как у главных героев. Галина писала, что читала поэму и плакала, потому что я сумел рассказать о ее судьбе. В конце письма она выразила просьбу - не просьбу, претензию - не претензию: "Только зачем Вы сохранили имена такими, как они есть на самом деле? Лучше их поменять..." (Смеется.)

- Вам ведь приходит очень много откликов на Ваши стихи?
- Всего, наверно, около ста тысяч - целые чемоданы писем. И всегда в них только светлые, взволнованные слова. Например, после публикации стихотворения "Чудачка" мне девушки присылали письма следующего содержания: "Эдуард Аркадьевич, Вам пишет ваша Чудачка". И таких чудачек было много.

- Бывает у Вас так, что после общения с кем-нибудь хочется сразу же написать стихотворение?
- Бывало, но не так часто. Мне надо, чтобы тема отлежалась. Я каждую стихотворную строку долго вынашиваю, как мать вынашивает дитя... Потом наговариваю строчки на магнитофон, правлю, редактирую. Словом, переделываю, переделываю. Потом сажусь за машинку - я сам печатаю на машинке, причем со скоростью средней машинистки...

- Кому первому Вы показываете свои новые стихи?
- Первыми читают стихи мои домашние. Потом товарищи по перу. Например, в студенческие годы - поэт Василий, поэт Игорь Кобзев, мой товарищ Владимир . Еще один - Коля Доризо... В зрелые годы я часто бывал в доме творчества писателей в Переделкине. Кто-то заходил к тебе в комнату, к кому-то ты заходил - и мы друг друга "обчитывали" стихами.

- Поэты любят критиковать друг друга...
- Как писал когда-то Дмитрий : "У поэтов есть такой обычай, в круг садясь, оплевывать друг друга". Ну, конечно, я всегда беру в расчет то, что не надо полностью полагаться на отзывы товарищей по перу, потому что они бывают иногда довольно ревнивыми.

Ну а главный мой критик - это мое внутреннее творческое ухо. Потому что я сам чувствую, что получилась, а что нет. Даже если стихотворение уже напечатано. Например, стихотворение, которое Вы, наверно, знаете - "Падает снег": "Падает снег, падает снег - тысячи белых ежат... А по дороге идет человек, и губы его дрожат". Так вот, я его написал, много раз напечатал. А в последней своей книжке добавил еще две строчки: "И пусть твоя дружеская рука в том горе поможет наверняка". Добавил те завершающие строчки, которых не хватало. Так что иногда во мне долго происходит внутренняя творческая работа, и только потом я ставлю окончательную точку.

- А к кошкам Вы действительно плохо относитесь? Во-первых, 1999 год - год кошки. А во-вторых, у Вас есть такое стихотворение "Люблю я собаку за верный нрав...", в котором Вы говорите, что "кошки - лентяйки и дуры".

- Дело в том, что в этом стихотворении я писал не о самих кошках, а о женщинах-кошках. Кстати, это стихотворение было написано, когда моя первая супруга вела себя именно таким образом. И я написал эти стихи, полные горечи. А кошек я не особенно чту, потому что нет в них надежности. Они сегодня у тебя на коленях, завтра у соседа. И кошек у меня никогда не было.

- Значит, Вы любите собак?
- Собак люблю. Собака не продаст, не предаст, не выдаст. Был у меня пес Барон. Я даже посвятил ему стихотворение "Вечер": "Лишь большая собака, мой преданный пес, делит вечер и скуку со мной на двоих… Ты, Барон, не сердись, что дремать не даю. Мы остались вдвоем". Я тогда еще был студентом и очень любил этого пса. У меня остались его фотографии. Это была большая овчарка, морда большая, длинная, уши стоячие, высокие. Красивый был пес.

- Получается, независимо от того, животное это или человек, надо иметь дело с надежными существами...
- Это качество, надежность, я высочайше чту в людях. Это родная сестра верности. И антипод предательства. Должна быть надежность и в любви, и в дружбе.

- Что Вы чувствуете, когда выходит новая Ваша книга?
- Всегда радость. Хотя самую большую радость я все же испытал, когда впервые были напечатаны мои стихи.

- ^ Когда же это было?
- Я начал писать стихи в восемь лет. В школе писал, на фронте, в госпитале. Писал стихи всю жизнь. И когда лежал после ранения в госпитале, мне было важно узнать, стоят ли чего-нибудь мои стихи. А до этого я прочел очень злую статью Корнея Чуковского о переводе произведений Шекспира Анной Радловой. вдребезги разнес эту работу. Я подумал, Корней Чуковский - злой критик, он уж точно скажет правду. И прямо из госпиталя я послал ему тетрадочку стихов. Это была весна 1945 года.

- Что же он сказал по поводу Ваших стихов?
- Он прислал мне письмо. Написал: "Дорогой Эдуард Аркадьевич!- Это было смешно, потому что мне было тогда 20 лет - какой я Эдуард Аркадьевич?- Я никогда не кривил душою, а сейчас - тем более". И Чуковский разнес мои стихи в пух и прах. А в конце письма написал: "И все-таки, несмотря на все сказанное, я с полной ответственностью могу Вам сказать, что Вы - истинный поэт. Ибо у Вас есть то лирическое дыхание, которое присуще только поэту. Желаю успеха. Ваш Корней Чуковский". Вот эта приписка в конце письма меня вдохновила, укрепила мою веру...

Так началась моя профессиональная поэтическая дорога. А потом Чуковский написал записочку главному редактору журнала "Огонек" Алексею Александровичу . Я пришел к нему, и Сурков тоже меня раскритиковал. К тому моменту я уже стал студентом Литературного института имени Горького. Впервые мои стихи опубликовал именно Сурков - в "Огоньке" 1 мая 1948 года.

- Что Вы чувствовали в тот момент?
- Помню, купил журнал в газетном киоске около Дома ученых на нынешней Пречистенке и стоял с ним в руках, счастливый-пресчастливый. В журнале были напечатаны два моих стихотворения: "Мне исполнилось двадцать четыре" и "Вернулся". Мимо меня шли колонны демонстрантов - с плакатами, с музыкой, с оркестрами, а я стоял на обочине тротуара, сжимая в руках первомайский номер журнала, и был на седьмом небе от счастья.

- В прошлом году было ровно 50 лет Вашей первой публикации! А когда вышла Ваша первая книга стихов?
- Конечно, выход первой книги стихов стал для меня большим событием. Я как раз оканчивал Литературный институт, и моей дипломной работой была книга, которая вышла в издательстве "Молодая гвардия" в 1951 году. Она называлась "Светлые дороги". Потом эту книгу переиздали в 1953 году массовым тиражом. Кстати, я окончил Литературный институт с отличием. Каждая новая книга тоже волновала и радовала, но такого пьяного радостного состояния уже не было.

Главное для меня было то, что мои книги люди читали. Сколько я прожил, и никогда они на полках книжных магазинов не залеживаются. Вот, например, мне вчера позвонил редактор и сказал, что последнюю книгу "Страницы любви" "расхватали, как горячие пирожки". Так что мы сейчас думаем, как бы новый тираж запустить.

- Ваши книги выходят вновь и вновь...
- Пять-шесть лет тому назад поэты сомневались, что кто-то будет печатать их книги. Когда однажды я позвонил одному главному редактору, и он начал меня расспрашивать: "Эдуард Аркадьевич, я буду счастлив издать Вашу книгу, а у Вас есть бумага? Надо 10 тонн. А предоплата у Вас есть? Чтобы Вы выкупили весь тираж, а дальше сами его распространяли". Я ответил: "Нет. И не буду я этим никогда заниматься". Сегодня обстановка стала меняться. Как сказал Лев Толстой: "Раны духовные, как и раны физические, зарастают изнутри". Наши раны стали зарастать, люди потянулись к настоящей поэзии, настоящей литературе.

У меня за последние два года вышли однотомник "Не надо сдаваться, люди", двухтомник "А любить мы все-таки будем!", перед Вами лежит книга "Страницы любви", поэтический роман "Не смейте бить человека". Сейчас я удачно сотрудничаю с издательствами "Русская книга", "Русич", "Славянский диалог".

- У Вас есть стихотворение "Когда порой влюбляется поэт...". Эдуард Аркадьевич, так когда поэт влюбляется?
- "Когда порой влюбляется поэт, он в рамки общих мерок не вмещается. Не потому что он избранник - нет. А потому что в золото и свет душа его тогда переплавляется". Это одно из программных моих стихотворений. Когда он влюбляется? Поэт всегда влюблен. В жизнь, в женщину, в красоту.

Я по натуре своей романтик. В стихотворении "Дорожите счастьем, дорожите!.." написал, что надо уметь увидеть в малом - большое, в обычном - необычное: "Красоту увидеть в некрасивом, разглядеть в ручьях разливы рек! Кто умеет в буднях быть счастливым, тот и впрямь счастливый человек!" И сам я живу по этому принципу. Мое стихотворение "Когда мне встречается в людях дурное" заканчивается так: "И все же, и все же я верить не брошу, что надо в начале любого пути с хорошей, с хорошей и только с хорошей, с доверчивой меркою к людям идти!" Такие у меня убеждения.

^ Чтение понравившихся стихотворений Асадова

«Дорожите счастьем, дорожите!»
  1   2

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconУрок внеклассного чтения в 9-м классе Тема урока: «Езда в остров любви»
М. Цветаевой, установили органическую связь ее с философией любви начала XX века. Вам было дано задание: выбрать стихи о любви и...

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconПлан конспект урока внеклассного чтения в 3 классе Тема : Творчество...
Составьте из букв этого слова слова-предметы. (оса, питание, нос, сон, сито, нити…)

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconКлассный час Тема: жизнь и творчество эдуарда асадова
Цель: создать условия для формирования потребности к изучению творчества русских

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconУрока: -образовательные знакомства с творчеством писателя
...

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconУрок литературного чтения во 2 классе Тема урока : М. М. Пришвин «Ребята и утята»
Цели урока: Организовать деятельность учащихся по ознакомлению с творчеством М. М. Пришвина; эмоционально-эстетического восприятия...

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconУрок внеклассного чтения во 2 классе. Сказки «Корнея Чуковского»
Итак, урок внеклассного чтения. Тема нашего урока «Сказки Корнея Чуковского». Эпиграфом является слова А. С. Пушкина «Что за прелесть...

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconУрок литературного чтения Тема урока: Писатели детям
«Тропинка» книга для внеклассного чтения в 3 классе начальных классов татарских школ под редакцией Михеевой А. А

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconТема: Жизнь и творчество И. А. Бунина. Поэзия (7 кл)
Раньше вы уже знакомились с творчеством И. А. Бунина. Вам он известен прежде всего как прозаик, то есть писатель, но Бунин писал...

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconУчитель: Ярошенко Г. П. Оу: моу сош «Перспектива» городского округа...
Мы с вами не раз на наших уроках обращались к теме природы. И сегодня наш урок внеклассного чтения посвящён теме природы: «Природа...

Урок внеклассного чтения в 11 классе Тема: Поэзия совести и любви. (Творчество Э. Асадова) Цели урока: познакомить с творчеством Э. Асадова iconКонспект внеклассного занятия по литературе Тема: «Творчество Иннокентия Федоровича Анненского»
Цели: познакомить учащихся с жизнью и творчеством И. Анненского, с воспоминаниями современников и работами литературоведов, посвященными...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница