Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и




НазваниеЭйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и
страница18/27
Дата публикации20.07.2013
Размер4.71 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > История > Документы
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   27
Глава30

^ КАРЛОС ПОСЫЛАЕТ ВЕДЬМУ, ЧТОБЫ ПОМОЧЬ МНЕ ПЕРЕЕХАТЬ

Одна только сила желаний проведет вас; вам больше не потребуется никакой другой проводник.

Шри Нисаргадатта Махарадж

«Я есть То»

После года жизни в Лос-Анджелесе я был а гото­ва продать свой дом в Беркли. Я не хотела, чтобы у Карлоса был повод отослать меня назад. Мне повезло: дом был продан немедленно. Теперь по явилась труднейшая задача освободиться от барах­ла, накопленного за многие годы, а также красивого антиквариата. Я удачно продавала и отдавала вещи, но была мышкой-норушкой, прожившей в одном доме пятнадцать лет, поэтому Карлос послал Тайшу, чтобы помочь мне. Я позвала самых близких дру­зей, и мы переехали в течение двух выходных.

Сначала Тайша нервничала, что ей придется зна­комиться с моими друзьями. Но оказалось, что они участвовали в семинарах и были превосходными помощниками и составляли приятнейшую компа­нию. Это были мои старые приятели из Беркли: -Боб, Джинни и Билл, которые приехали с двумя друзьями из Лос-Анджелеса, чтобы перевезти в фургоне мои пожитки. Тайша оттаяла и даже стала навязчивой, как только мы добрались до моего ма­ленького, но драгоценного винного погреба. За­кончив работу, мы прямо в пыльной рабочей одеж­де подняли бокалы с удивительно хорошим «Марго» 1945 года. Тайша стала переживать, вдруг Карлос захочет, чтобы я продала погреб, — он велел ей на­стаивать на том, чтобы я назначала хорошую цену за свои вещи. Я разозлилась, но она все-таки позво­нила Карлосу, чтобы сообщить ему о вине.

Пока она разговаривала по телефону, я делови­то прятала бутылки. К счастью, Карлос дал добро на выпивку. Мне очень хотелось выпить, чтобы снять напряжение, вызванное переездом, — фактически я избавилась от всего, что имела. Наиболее болезнен­ным для меня было требование Тайши избавиться от всех книг отца, которые он с любовью мне над­писал. Она должна была лично удостовериться в том, что я действительно это сделаю, ведь книги «впитали личную историю». Но мне удалось при­прятать от нее несколько изданий — тех, что я любила больше всего, и у меня они сохранились навсегда, как символ отцовской любви.

Финансовые потери были тоже весьма суще­ственны. У меня осталось очень много антиквариата: от старинного хрусталя и деревянной люстры, обна­руженных в пыльном магазине в Италии, до ирлан­дского всепогодного «макинтоша» и заварного чай­ника тридцатых годов, найденного на гаражной распродаже. Даже ирландские льняные простыни, которые я спасла, можно было встретить лишь од­нажды в жизни. Большую часть своего имущества я отдала друзьям — это все-таки лучше, чем выручать на распродаже жалкие гроши за такой короткий срок.

По всему дому валялись потерянные и заваливши­еся в щели пеннии другая мелочь. Монеты были в каминах, за кухонной печью и книжными шкафами. «В этом доме хорошо только одно, — решительно

заявила Тайша, — в нем много монеток, а это к удаче!» Карлос называл их «магическими деньгами». Ведьмы простодушно соревновались друг с другом в том, кто первым найдет монетку на улице, и наперегонки бросались к находкам. Эти деньги имели такое боль­шое значение, что по пути в кино мы, не переставая, таращились на тротуар. «Магические деньги» надо было держать в специальном флаконе или копилке. Находка бумажных купюр была серьезным предзна­менованием. Все эти деньги нужно было хранить в течение многих лет, даже десятилетий, как говорил Карлос, а затем потратить на что-нибудь особенное, чтобы наделить покупку волшебными свойствами. Тайша сложила монеты в плетеную корзину и велела мне спрятать их на удачу в гараже и никогда никому не позволять прикасаться к ним.

Вечером Тайша развлекала нас рассказами о тайнах магии, которые, по ее словам, она никому не открывала, но описала в двух еще неопублико­ванных рукописях. Сначала она говорила о «наме­рении». Я спросила ее, почему некоторые практи­ки, например, чтение мантр у буддистов, действуют не на всех людей. Она объяснила, ссылаясь на «И цзин»: осуществление таких практик связывает­ся с уже действующей «линией намерения», — она сделала движения руками в воздухе, как будто ползла по канату.

Это вечер напомнил мне сочельник Рождества, который я встречала вместе с ней год назад. Я при­парковалась за квартал от ее дома, она пришла и нырнула в машину. У меня была приготовлена бутыл­ка шампанского в ведерке со льдом и два охлажден­ных бокала. Когда мы прикончили бутылку, она сказала: «Меня научили медитации, которую я ни­когда никому не показывала. Осуществить свои же­лания можно вот таким хитрым способом: вы заду­мываете то, что хотите, представляете свои семь чакр и нараспев обращаетесь к ним, — она пропела мелодичным голосом: — „Я хочу красивый сад цве­ тов» или „Я хочу, чтобы мои инвестиции принесли двойную прибыль»».

В полночь она отослала всех домой, чтобы по­спать. Я едва двигалась и хотела тоже лечь спать, но

она сказала: «Не выйдет, Эллис! Давай займемся дру­гой комнатой». Мы открыли бутылку «Таттинжера» и работали до рассвета. Тайша, как я убедилась, дей­ствительно умела пить. На следующую ночь она

набралась так, что выболтала мне страшную тайну.

По легенде, которую рассказывали нам Карлос и сама Тайша, она как-то занималась перепросмот­ром своего детства и, увидев, что «с ней сделали родители», набросилась на мать и избила ее. Карлос сам много раз повторял эту историю или просил Тайшу рассказать нам ее на семинарах.

Путь Флоринды, по словам Карлоса, был иным. Через десять лет после разрыва с родителями она вновь появилась у них и вела себя как порядочная дочь звонила, навещала и посылала подарки. Фло­ринда и Карлос заранее приготовили веселую шут­ку, чтобы оправдать ее исчезновение. Она сказала родителям, что собирается выйти замуж за японско­го миллионера, приверженца традиций, который не только не отпускает ее от себя, но требует , чтобы она прервала отношения со своей семьей. Флоринда заранее взяла фотографии Тосиро Ми-фунэ и свою, сделала монтаж, а потом показывала всем фото счастливой пары на торжественном обе­де. Десять лет спустя Флоринда навестила родите­лей, чтобы собщить им о предстоящем разводе, и увидела свой монтаж в рамке на камине.

Карлос говорил своим слушателям: «Тайша очень разозлилась оттого, что ей пришлось ударить свою мать. Путь Флоринды лучше — она заботилась о родителях».

В то субботнее утро, когда мы упаковывали пла­стинки в пузырчатую обертку, Тайша, будучи во хмелю, призналась мне со слезами: «Это Карлос заставил меня ударить мать». Я, онемев, пыталась совладать со своим лицом. Мне и в голову не при­ходило, что Тайша могла действовать по приказу Она не казалась тем человеком, которого можно легко купить. Я посочувствовала ей, — с подобными откровениями нужно было обращаться аккуратно и реагировать на такие реплики соответствующим образом. Но она быстро сменила тему и настрое­ние.

На рассвете мы уснули. В девять утра она выгля­дела бодрой, выспавшейся и готовой сытно позавт­ракать яичницей с крепким кофе. А я уже больше не напоминала ей ту волнующую историю, рассказан­ную прошлой ночью.

Тайше так понравились мои друзья, что она пригласила их «как-нибудь потом прийти на бес­платные семинары», сказав, что они «ничем не от­личаются от мужчин в подготовительной группе». «Двери для вас открыты», — сказала она, взмахнув неопределенно руками. И Джинни и Боб позже сказали мне, что не решились расстаться с при­вычной жизнью и «уехать с цирком». Я полагаю, Билл боялся оставить жену, четырех детей и шесть внуков. Боб не был уверен, что сможет заработать на жизнь в Лос-Анджелесе, и не мог понять, для чего на самом деле его приглашали. Уточнить он не мог, так как хорошо знал из моих историй, что задавать вопросы нельзя. Предельно деликатно он намекнул, что Тайша посоветовала ему остаться в Беркли и получить диплом, к которому он так стремился.

В последнюю ночь мы пили весело и много. Билл поднял свой бокал за меня и сказал: «Эллис покидает дом!» Не обошлось, правда, без неприят­ностей. Квартирант, который следил за домом в мое отсутствие, был огорчен потерей и бесплатного жилья, и возможности забавляться со своей моло­дой приемной дочерью. Тайше он не понравился:

«Уверена, что он принимает ванны со своей девоч­кой, его жена уже слишком стара для этого. Я про­

сто знаю это!» Когда мы зашли на его половину, чтобы все убрать, я занялась книжной полкой, от­деляя его книги от своих. Книги в доме были в каждой комнате. Тайша потрясла меня, бросив

ужасное замечание:

— Как ты можешь быть с нами столько лет и все еще быть настолько глупой?! Как ты можешь не знать, что смешивать свои книги — все равно что

спать с этим уродом! Ты не веришь?

— Тайша, честное слово, мне и в голову не при­ходило. Я никогда не думала об этом.

Она ужасно рассердилась и захотела уйти. Од­нако на следующий день принесла извинения за свое поведение. Я все еще была расстроена. Но к счастью, закончили мы свою работу в добром согла­сии.

У нас оставалось немного времени перед возвра­щением в Лос-Анджелес Я сказала Тайше, что хотела бы попрощаться с моим сокровенным местом в лесу оно было в десяти минутах ходьбы от дома. Тропа, освещенная солнцем, заканчивалась у маленького водопада. В этот уголок я приходила в течение не­скольких лет, чтобы поплакать, когда Карлос отвергал меня. Я хотела умереть и не знала, что мне еще сде­лать, чтобы стать лучшим воином. И Тайша, и Фло­ринда писали о том, что земля поглощает нашу боль, и это было тем самым местом, куда я приходила за утешением. Я должна была попрощаться с ним. Тайша все поняла. Она осталась ждать, пока я в последний раз пройдусь по дорожке к водопаду.

Я прикоснулась к земле, поблагодарила ее, воду, камни и деревья. С тех пор как я прочитала первые книги Карлоса, я, следуя его совету, разговаривала с растениями, благодарила цветы, срезая их

Тайша ждала меня на улице. Она, успокаивая, обняла меня, а я рыдала у нее на плече.

— Эллис, моя дорогая... Мой замечательный эльф. Ты прошла через такие испытания, чтобы быть с нами. И наконец ты действительно с нами!

Карлос не стал говорить со мной о переезде, когда я вернулась, и вел себя довольно отстраненно. Спустя неделю он обратился ко мне, прервав лек­цию, — его глаза были широко открыты и сияли:

— Эллис только что переехала из особняка, на­полненного барахлом, в маленькую комнату. Я бо­юсь спрашивать ее, что она чувствует. — Его испуг выглядел искренно.

Занятие возобновилось, и тем же вечером Кар­лос назвал меня злой. Он сказал:

— Ты гордишься тем, что должна была сделать много лет назад. Не думай, что меня это впечатляет.

Постскриптумом к моему переезду стало следу­ющее. Муни зашла ко мне на квартиру. Везде гро­моздились коробки с одеждой.

— Бог мой! Эллис! Что все это значит?

— Я не все еще привела в порядок... Мне надо разобрать несколько коробок.

— Боже!

Она уехала, и зазвонил телефон. Это была Фло­ринда:

— Эллис, Муни рассказала мне, что у тебя там. Тебе нужна моя помощь?

-Да.

Серьезно? Ты знаешь, о чем ты просишь?

Серьезно.

Флоринда привезла нож и ножницы. Мы потра­тили три часа, разрезая мою одежду — магическая процедура для разрыва связей с прошлым. Несколь­ко очень хороших вещей Флоринда спасла для того, чтобы отдать их Карлосу и другим женщинам. Я пообещала не говорить ни слова, если узнаю свою одежду Носить подержанную одежду считалось опасным, она могла содержать дурную энергию (только Клод могла носить все), меняться вещами тоже было нельзя. Подарки запрещались. Я продол­жала начатое дело с отрешенным видом — у меня был шок.

На Флоринду это произвело впечатление:


— Я проделала это с итальянкой, и это был су­щий ад! Она переживала по каждому проклятому носку! Ты потрясающе держишься, Эллис

Спустя два часа зазвонил телефон. Флоринда за­говорила резко, с истерической нотой в голосе:

Мне надо кое-что тебе сообщить. Я не думала, что ты способна взять его.

Что именно? — меня собирались вышвыр­нуть пинком под зад, ее интонация не оставляла сомнений. Что я могла теперь поделать?

Это красное кресло! ЕГО НУЖНО УБРАТЬ. Я тебя знаю. Ты будешь сидеть в нем и расслабляться.

Я взяла в Лос-Анджелес единственное кресло.

Стул? Всего лишь? Хорошо.

Мы отдадим его Ридли.

Глава 31



^ МАГИЧЕСКИЙ СТОЛ

Великая мистерия заключается не в том, чтобы ока­заться где-то между изобилием материи и звездами Тайна в том, что мы должны вырваться из нашей собственной тюрьмы, из своего «я», — образ достаточно мощный, чтобы забыть собственное ничтожество.

Андрэ Мальро «Удел человеческий»

Продав свое жилье в Беркли, я присмотрела замечательный дом всего в нескольких минутах езды от Карлоса и с головой окунулась в гранди­озную реконструкцию. Я хотела вернуть дому его изначальный облик в прекрасном испанском сти­ле двадцатых годов. Это была колоссальная рабо­та, и, занимаясь ремонтом, я поселилась там. До этого я никогда не занималась перестройкой дома и оказалась не готова к этому. Я наняла подрядчика, а сама тратила время, выбирая це­мент, выключатели и головки для душа, стараясь при этом уложиться в бюджет. Карлос снова от­вернулся от меня, и это было временем одиноче­ства. Незадолго до переезда мне отдали старый холодильник Карлоса. Прохудившаяся машина воплощала все мои мечты о прощении. В это время ведьмы редко звонили и мало посещали

меня, я вела уединенную жизнь.

Когда был уложен цемент на лестнице, мне при­шлось пройти магическое испытание и чудесное, и

комичное одновременно. Ремонт ступеней стал са­мой большой проблемой переделки. После долгих

споров и проволочек мне удалось уложить цемент так, чтобы он напоминал плитку, — я экономила средства. Я очень хотела именно плитку, которой была отведена важная роль в пятой книге Карлоса

«Второе кольцо силы». Главное, чтобы цемент не схватился в течение хотя бы двенадцати часов, а

лучше двадцати четырех.

Неожиданно позвонила Флоринда и как безум­ная затараторила:

— У нагваля есть небольшой стол для дома. Ни­чего особенного, но... Немедленно приезжай ко мне, только к черному ходу. Поставишь стол около своей кровати. Нельзя упустить момент, или сила испарится! ПРИЕЗЖАЙ НЕМЕДЛЕННО. — В это вре­мя я стояла возле лестницы с моим преданным другом Ричардом Дженнингсом.

Оглушенная ее истерическими возгласами, я повесила трубку и уставилась на Ричарда.

Подожди меня пять минут, — сказала я и бро­силась бежать к дому Флоринды, который находил­ся за четыре квартала от меня. Она с тревогой выглянула из окна, наблюдая, есть ли свидетели, — если бы меня увидели, Клод была бы вне себя от гнева и ревности. Затем вынесла маленький дубо­вый прикроватный столик, который показался мне знакомым.

Я сама покрыла его лаком, — гордо объявила она, — он стоял у нагваля, нагваль сам его сделал.

Этот столик, заваленный монетками, карточка­ми из картотеки с телефонными номерами женщин, баночками с пилюлями от диабета, ножами, очками для чтения, ожерельями из лунного камня, бусами из янтаря и жемчуга, я конечно видела много раз.





Он был изящен и функционален, как все, что делал Карлос, — он был превосходным плотником. Я по­просила, чтобы Флоринда передала ему мою благо­дарность, так как сама не хотела звонить, опасаясь, что он набросится на меня, — его поведение стало еще более непредсказуемым. Да и ведьмы говорили мне, что его диабет, как и другая непонятная бо­лезнь (Флоринда говорила, что это «вирус, который он подцепил в Мексике»), прогрессируют. Я не хотела беспокоить его.

— Торопись,—приказала Флоринда, помогая мне установить стол в автомобиле.— Поезжай, но помни: у кровати, и немедленно! — Я поспешила домой.

Сдерживая дыхание, я поведала Ричарду о про­исхождении стола. Он окинул его взглядом профес­сионала и объявил:

— Превосходное качество. Взгляни на крепле­ния.

А я вспомнила про влажный цемент на лестни­це. Прошло только семь часов. Мы потыкали це­мент пальцами. Ричард благородно предложил мне помочь подняться наверх по наружной стене и войти в дом через окно. Мы изучили все возможнос­ти, но ситуация была безнадежной. Мы не нашли ничего, на что можно было бы опереться. «Черт с ним, — решила я, — ну и что случиться, если я остав­лю следы. Я имею дело с магией, а что может быть более важным?»

Ричард ждал внизу, сосредоточенный и тихий. Мои нервы были на пределе. Сжимая драгоценный и могущественный стал, я на цыпочках ступила на лестницу и, перескакивая через две ступеньки, без оглядки помчалась в спальню, там, переведя дух, аккуратно поставила стол в нужное место. Выглянув в окно, я увидела, как внизу удовлетворенно ухмы­лялся Ричард. Никаких следов не было! Я прош­лепала тем же путем назад, и мы обнялись, опьянен-ные победой.

Когда ремонт был закончен, пришли ведьмы, чтобы посмотреть на результаты. Только Флоринда видела дом в первоначальном состоянии и была поражена его преображением. Долгие годы именно Тайша, связанная со своим альтер-эго, Мэри Энн Картер, несла тяжкое бремя их домашних ремонтоа Карлос мог внезапно потребовать тотальных изме­нений, а в разгар работы поменить проект. Тайша тратила сотни часов на подсчеты, стараясь не выйти за рамки совершенно невозможных бюджетов, до­биваясь точного исполнения работ, объясняя плот­никам причуды заказчика. Электрик, которого уди­вили белые стены, спартанский интерьер и стран­ные жильцы — мрачные, с короткой стрижкой женщины, — поинтересовался, не был ли этот дом местом для отправления культа. Единственным ху­дожественным оформлением помещений слежили обрамленные в рамочки обложки всех книг Каста-неды.

Несколько месяцев спустя после первого посе­щения ведьмами моего дома Тайша грелась со мной на солнце и ела землянику, свесив ноги в бассейн, проданный вместе с домом. Карлос осуждал плава­ние, говоря, что погружение в воду иссушает жиз­ненную энергию. Когда он услышал о водоеме, то приказал, чтобы я засыпала его. Но я люблю плавать, и в любом случае, после того как я узнала, сколько это будет стоить, я сказала Флоринде, что не могу позво­лить себе засыпку и обустройство сада на огромном пустыре. Вопрос был снят, и ведьмы стали тайно приходить ко мне поплавать.

Сидя в патио, Тайша улыбнулась и сказала: — Удивительно, тебя выгнали, а ты в полном одиночестве, самостоятельно сделала всю эту рабо­ту! Я не знаю, где ты нашла силу, Эллис. Видимо, тебя день за днем что-то подпитывало, — она сдела­ла жест, показав пальцем наверх, как будто устанав­ливала связь с энергией, которую могла видеть только она.

Так я получила комплимент по поводу своего боевого духа от ведьмы, у которой, как считалось, было практически невозможно получить одобре­ние. Но в то время похвала действительно не тро­гала меня. Теперь я понимаю почему. Мои чувства притупились. Я была в глубоком эмоциональном шоке, который продлится еще долгие годы. Мне казалось, что в этом состоянии меня обязательно примут назад, все дело только в моей настойчиво­сти. Почему бы не продолжить? Я расчитывала, что Карлос в конце концов придет в мой дом. Но мне не удалось расшифровать знаки, указывающие на серьезностситуации, а когда я это сделала, то запрятала глубоко внутрь свои эмоции и желание сопротивляться, что в конечном счете всегда закан­чивается болезнью и разрушением разума.

Но, независимо от этого, наше тело и разум делают все, чтобы выжить. Я превратилась практи­чески в зомби, сосредоточившись только на образ­цах краски и марках цемента. Многого я не пони­мала в то время, но хлопоты, связанные с ремонтом, стали для меня огромным облегчением — лишь бы не ходить на занятия, не слышать оскорблений, не чувствовать, что с тобой обращаются как с козлом отпущения, не прятать в отчаянии свои эмоции, не позволять себе проявлять свои настоящие чувства. Какое облегчение — не прятаться в ванной, не пла­кать, появляясь потом с фальшивой улыбкой на лице, как учила Флоринда.

Мне не хотелось покончить с собой. Это при­шло намного позже, когда бесчувственность стала постепенно проходить. И началась новая глава в моих магических приключениях с ведьмами, кото­рые теперь стали действовать не только по воле Карлоса, но и вопреки ей.


1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   27

Похожие:

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconЭйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась...
Эта замечательная книга — доказательство того, что пережить культ Кастанеды Эйми помог здравый смысл, острый ум и ирония, которая...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconКак быть как добиться успеха в жизни и в бизнесе
Жительница деревни пожаловалась ему на сильную головную боль, и он дал ей таблетку аспирина. Женщина с благодарностью взяла таблетку...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconФ. Г. Лорка Драма вез названия ("Власть")
Нет. Поэт в здравом уме и твердой памяти, хотя, возможно, не ко взаимному удовольствию, а к обоюдному огорчению, сегодня предлагает...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconДостоевский Федор Михайлович бесы
Пастухи, увидя случившееся, побежали и рассказали в городе и по деревням. И вышли жители смотреть случившееся, и пришедши к Иисусу,...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconМ. Д. Голубовский Дарвин и Уоллес: драма соавторства и несогласия
«Если бы удалось искусственно создать живой организм, это было бы торжество материализма, но в равной мере идеализма, так как доказывало...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconЛишь свое отражение это небо потемнело, и окно превратилось в зеркало....
Освещение снова изменилось, и теперь через стекло я мог разглядеть улицу. Уходя, я обернулся и взглянул на витраж еще раз. На этот...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconВосприятия человеком природы как живой материи (влияния природы на душу человека)
Ве»: Вся природа в «Слове» наделяется человеческими чувствами, способностью различать добро и зло. Она предупреждает русских о несчастьях,...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconЭссе «Зеркало заднего вида»
Говорят, глаза зеркало души. В них отражается весь человек, вся его сущность. Всё можно прочесть по глазам! Да! Боль, слезы, отчаяние,...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и iconВ последнее время все более популярными становятся работы американского...
Работы К. Кастанеды можно было бы отнести к разряду " полевых заметок" ученого-исследователя, т к они представляют собой дневники,...

Эйми Уоллес прошла через «зеркало самоотражения» Кастанеды и вернулась оттуда в здравом уме, живой и невре­димой, запомнив как писатель все увиденное и icon17 декабря ученики 1 класса склассным руководителем Прохоровой А....
Ребята искренне сопереживают своему однокласснику. Они чувствовали особую ответственность и вместе с тем необычность предстоящего...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница