Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема.




НазваниеРешение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема.
страница37/42
Дата публикации18.06.2013
Размер4.09 Mb.
ТипРешение
www.lit-yaz.ru > История > Решение
1   ...   34   35   36   37   38   39   40   41   42
«Когда я узнала Левитана, — вспоминала сестра Чехова Мария Павловна, — он жил на гроши, как и мой брат Николай... Ближе всего Левитан сошелся с нашей семьей уже после окончания школы, когда мы поселились в красивом имении Бабкине, под Москвой... С утра до вечера Левитан и брат были за работой... Левитан иногда прямо поражал меня, так упорно он работал, и стены его «курятника» быстро покрывались рядами превосходных этюдов... Левитан любил природу как-то особенно. Это была даже и не любовь, а какая-то влюбленность... Искусство было для него чем-то даже святым... Левитан знал, что идет верным путем, верил в этот путь, верил, что видит в родной природе новые красоты».
С Антоном Чеховым у Левитана установились своеобразные отношения. Они всегда поддразнивали друг друга, но те немногие высказывания и письма, которые дошли до нас, говорят атом, что Левитан открывал свою душу только Чехову.
В те годы Чеховы проводили каждое лето в селе Бабкине около Нового Иерусалима. Семья Чеховых была талантливой и шумной. Шуткам и насмешкам не было конца. С раннего утра за чайным столом уже начинались невероятные рассказы, выдумки, хохот, который не затихал до вечера. И больше всего шутили над Левитаном. Его постоянно обвиняли во всяческих смехотворных преступлениях и, наконец, устроили над ним суд. Антон Чехов, загримированный прокурором, произнес обвинительную речь, Николай Чехов изображал дурака-свидетеля. Александр Чехов — защитник — пропел высокопарную актерскую речь.
Особо подшучивали над Левитаном за его красивое еврейское лицо. В своих письмах Чехов часто упоминал о красоте Левитана. «Я приеду к вам, красивый, как Левитан», — писал он. «Он был томный, как Левитан».
Однако имя Левитана стало выразителем не только мужской красоты, но и особой прелести русского пейзажа. Чехов придумал ело-, во «левитанистый» и употреблял его очень метко. «Природа здесь гораздо левитанистее, чем у вас», — писал он в одном из писем. Даже 1
картины Левитана различались, — одни были более левитанисты-ми, чем другие.

Черты личности художника проступают в чеховском рассказе «Попрыгунья», (где отражен роман Левитана с художницей С.П. Кув-шинниковой) и в «Чайке», где поступок Треплева, застрелившего чайку, воспроизводит аналогичный каприз Левитана-охотника.

Левитан жестоко обиделся на Чехова за рассказ «Попрыгунья». Ведь Кувшинникова — наивная и непосредственная — трогательно любила Левитана. Дружба с Чеховым была прекращена, а примирение шло долго и мучительно. И до конца жизни Левитан не мог простить Чехову этого рассказа.

Искусство Левитана как мастера пейзажа, умеющего превратить простой пейзажный мотив в образ природы всей России, достигает своего расцвета в «Березовой роще» (1885—1889). Та же сила обобщения возвышает произведения так называемого волжского периода художника,: «Вечер на Волге» (1888); «Вечер. Золотой Плес» (1889); «После дождя. Плес» (1889); и тематически примыкающая к ним картина «Свежий ветер. Волга» (1891—1895). Все эти картины сегодня находятся в Третьяковской галерее.

Левитан создал и классические, непревзойденные образцы так называемого церковного пейзажа, где здания храмов вносят в природу умиротворение, как, например, «Вечерний звон» (1892). Летом 1890 г. Левитан едет в Юрьевец и среди многочисленных пейзажей и этюдов пишет вид Кривоозерского монастыря. Так рождается одна из лучших картин художника «Тихая обитель», где образ тихой обители и мостков через реку, соединявших ее с окружающим миром, выражают глубокие размышления художника о жизни. Эта картина произвела сильное впечатление на Чехова.

Глубокая гражданская скорбь звучит в картине «Владимирка» (1892), где на дороге, по которой гнали арестантов в Сибирь, едва видна одинокая фигурка странника. Владимирка — это большая дорога Владимирской губернии, ведущая на восток страны. И название картины — «Владимирка» — у людей того времени вызывало социальные ассоциации, заставляя вообразить вполне определенные картины жизни России. Картину «Владимирка» в 1894 г. Левитан принес в дар П.М. Третьякову для его галереи.

Большую роль в творчестве Левитана играют музыкальные, поэтические и философские ассоциации (он любил учение А. Шопенгауэра), но все же главное значение имели его личностная чувственность, влюбчивость и склонность к приступам черной меланхолии. Левитан очень остро переживал и собственное нездоровье (у него был

342_______________________ 100 ВЕЛИКИХ ЕВРЕЕМ
-=Д^" ""••"" ' ' .:.-„..., .ч.......... и.-., п..,,... ._...,,, ,..,.. ' Ш1-ГИ™: •'——"' '. ' ---•':•:.-,• ." - .•~*ЩЛ
врожденный порок сердца), и весь драматизм положения евреев т России. Поэтому, отчасти восприняв новации импрессионизма, Ле1 витан редко отдавался чистой, радостной игре света и цвета, преЗ бывая в кругу своих образов, овеянных мировой тоской. 1
Так, напоминая о бренности всего земного, внушает затае(ннуш тревогу картина «Над вечным покоем» (1893—1894), которая былЗ по духу особенна близка Левитану. «Над вечным покоем» заставляв! ет задуматься над смыслом жизни и над ее быстротечностью. Леви-1 тан писал в одном из писем: «Вечность, грозная вечность, в котоЗ| рой потонули поколения и потонут еще... Какой ужас, какой страх! «В ней я весь, со всей своей психикой, со всем моим содержаний ем», — говорил об этой картине художник. 1
В картине «Над вечным покоем» с огромной силой выражена! поэзия ненастного дня. Картина была написана на берегу озерЗ Удомли в Тверской губернии. С косогора, где темные березы гнутЗ ся под порывистым ветром и стоит среди этих берез сгнившая бре-1 венчатая церковь, открывается даль глухой реки, потемневшие от неД настья луга, громадное облачное небо. Тяжелые тучи висят над зем-1 лей. Косы0 холстины дождя закрывают просторы. Никто ищ художников до Левитана не передавал с такой печальной силой бес-1 крайние дали российского ненастья и человеческой тоски. 1
Левитан не был женат, у него не было детей. Слишком часто оц| был очень безрадостен, как безрадостна была история его народа»! его предков. Иногда тяжелые мысли о своем народе целиком завлаЗ девали им, тогда у него наступали приступы болезненной депрес-Д сии — хандры, которая усиливалась от недовольства своими рабо-| тами. I
Во время хандры Левитан бежал от людей. Они все казались ему! врагами. Левитан становился груб, дерзок, нетерпим. Он со злобой] соскабливал краски со своих картин, прятался, уходил с собакоШ Вестой на охоту, но не охотился, а без цели бродил по лесам. В та-4| кие дни одна природа заменяла ему родного человека. 1
Два раза во время припадков депрессии Левитан стрелялся, но ос->1 тался жив. Оба раза спасал его Чехов. Но хандра проходила, и Леви-1 тан возвращался к людям, снова писал, любил, верил, запутывался в | сложности человеческих отношений, пока не настигал его новый удар! депрессии. Чехов временами считал, что левитановская тоска была! началом психической болезни, но он, конечно, ошибался. 1
Жизнь Левитана была относительно небогата событиями; путе-1 шествовать за границей он не любил. Он любил только среднюю! Россию. Поездки же за границу, куда его отсылали врачи лечиться»!
ИСААК ЛЕВИТАН___________________________________________343

Левитан считал напрасной тратой времени. Жил Левитан преимущественно в Москве, работал также в Останкине (1880+-1883), в различных местах Московской и Тверской губерний; в Крыму (1886, 1899), на Волге (1887—1890), побывал в Италии, Франции, Швейцарии и Финляндии (1890-е гг.). Но граниты Финляндии, ее черная речная вода и мрачное море нагоняли на Левитана тоску. «Вновь я захандрил без меры и границ, — писал Левитан Чехову из Финляндии. — Здесь нет природы». В Швейцарии его поразили Альпы, но вид этих гор для Левитана ничем не отличался от видов крикливо размалеванных картонных макетов. В Италии ему понравилась только Венеция, где воздух полон серебристых оттенков, рожденных тусклыми лагунами. В Париже Левитан увидел картины Монэ, правда, не запомнил их. Только перед смертью он оценил живопись импрессионистов и понял, что он сам отчасти был их русским предшественником, и впервые с признанием упомянул их имена.

Бесправие преследовало Левитана всю жизнь. В 1892 г. его вторично выселили из Москвы, несмотря на то что он уже был художником со всероссийской славой. Ему пришлось скрываться во Владимирской губернии, пока друзья не добились отмены высылки.

В Москве какое-то время Левитан жил в меблированных комнатах «Англия» на Тверской, опять, как в юности, ненадолго вернулась нужда. Хозяйке за комнату он иногда платил не деньгами, а этюдами. Хозяйке его пейзажи часто не нравились. Ей хотелось увидеть на лугу породистую корову, а под липой парочку сидящих влюбленных, что было бы приятно для глаза. Некоторые критики о Левитане писали примерно то же самое, требуя, чтобы художник оживил пейзаж стадами гусей, лошадьми, фигурами пастухов и женщин.

Последние годы жизни Левитан проводил много времени около Вышнего Волочка на берегах озера Удомли. Там, в семье помещиков Панафидиныхгон опять попал в путаницу человеческих отношений, стрелялся, но остался жив.

Тяжелая сердечная болезнь Левитана из года в год все прогрессировала, но ни он, ни близкие ему люди не знали об этом, пока она не дала первой бурной вспышки. Левитан не хотел лечиться, боялся идти к врачам, чтобы не услышать смертный приговор.

Незадолго до смерти он тосковал еще больше, чем в молодые годы. Все чаще он уходил в леса — жил он в лето перед смертью около Звенигорода, — и там его часто находили плачущим и растерянным. Он знал, что ни врачи, ни спокойная'жизнь, ни исступленно любимая им природа уже не могли отдалить приближавшийся конец.

344
^ 100 ВЕЛИКИХ ЕВРЕ1
Однако приблизительно за пять лет до смерти у Левитана пр изошла вспышка радостного мироощущения. В дневнике А. Чехо^ есть запись, помеченная декабрем 1896 г.: «У Левитана расширен» аорты. Носит на груди глину. Превосходные этюды и страстная да жизни». В эти годы, нося на груди глину, Левитан написал сво| самые жизнеутверждающие вещи: «Март» (1895), «Весна, болы вода» (1897), достигая апогея жизнелюбия в предельно яркой и зву ной картине «Золотая осень» (1895). И последняя, неоконченна картина «Озеро. Русь» (1900) наперекор смертельной болезни я* ется едва ли не самым мажорным произведением художника.
В 1898 г^ Левитан начал преподавать в том самом училище, в: тором учился сам. Он мечтал создать Дом пейзажей — большую ма стерскую, в которой могли бы работать все русские пейзажист В его пейзажной мастерской почти половина большой комнаты бь отведена под уголок леса, в котором были ели, небольшие деревья > желтыми листьями, зеленый мох, дерн, кадки с папоротниками. СЕ из окна падал так, как на лесной поляне. Часто Левитан привозил мастерскую цветы. Он говорил своим ученикам, что цветы над<| писать так, чтобы от них пахло не красками, а цветами.
Зимой 1899 г. врачи послали Левитана в Ялту. В то время в. жил Чехов. Старые друзья встретились постаревшими и отчужден| ными. Левитан ходил, тяжело опираясь на палку, задыхался, все! говорил о своей близкой смерти. Он ее откровенно боялся и не скры| вал этого, сердце болело уже почти непрерывно.
Ялта не помогла. Левитан вернулся в Москву и почти не выхс дил из своего дома в Трехсвятительском переулке. 22 июля (4 авгу* ста) 1900 г. Исаак Левитан умер.
Всего Левитан написал около 1000 картин и этюдов, лучшие них находятся в Третьяковской галерее и Русском музее. В Пле открыт Дом-музей Левитана.
^ ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ
(1891-1938)
Осип Эмильевич Мандельштам — один из самых крупных поэтов России XX века — родился 3(15) января 1891 г. в Варшаве, в еврейской семье коммерсанта, впоследствии купца первой гильдии, промышлявшего обработкой кожи, Эмилия Вениаминовича Мандельштама. Отец, в свое время учившийся в Высшей талмудической школе в Берлине, хорошо знал и чтил еврейские традиции. Мать — Флора Осиповна — была музыкантшей, родственницей известного историка русской литературы С.А. Венгерова.
Детство и юность Осипа прошли в Петербурге, куда семья переехала в 1897 г. Поэт Георгий Иванов пишет о среде, формировавшей будущего поэта: «Отец — не в духе. Он всегда не в духе, отец Мандельштама. Он — неудачник-коммерсант, чахоточный, затравленный, вечно фантазирующий... Мрачная петербургская квартира зимой, унылая дача летом... Тяжелая тишина... Из соседней комнаты хриплый шепоток бабушки, сгорбленной над Библией: страшные, непонятные, древнееврейские слова...»
Мандельштам был европейским, германоориентированным евреем первой трети XX в. со всеми сложностями и изгибами духовной, религиозной, культурной жизни этого важнейшего отрезка европейской культуры. В «Краткой еврейской энциклопедии» мы читаем о поэте: «Хотя Мандельштам в отличие от ряда русских писателей-евреев не пытался скрывать свою принадлежность к еврейскому народу, его отношение к еврейству было сложным и противоречивым. С болезненной откровенностью в
^ 100 ВЕЛИКИХ ЕВР1
ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ
автобиографическом «Шуме времени» Мандельштам вспоминает* постоянном стыде ребенка из ассимилированной еврейской сем* за'свое еврейство, за назойливое лицемерие в выполнении еврейс кого ритуала, за гипертрофии национальной памяти, за «хаос иудей| ский» («...не родина, не дом, не очаг, а именно хаос»), от которог он всегда бежал».
Однако если мы внимательно перечтем автобиографическую щ весть Мандельштама, то увидим, что этот «хаос иудейский» (у Мг дельштама выражение это, кстати, не несет отрицательных смыслов)! относится далеко не ко всему иудейству. «Хаосом иудейским» зван не иудаизм в целом, а конкретная сцена, следующая за опис нием синагоги, из которой 9—10-летний Осип вернулся в некс ром «чаду».
В 1899—1907 гг. Мандельштам учился в Тенишевском комме; ческом училище, одном из лучших учебных заведений Петербург того времени, увлекался эсеровским движением. 1907—1910 гг. о| провел в Европе: в Париже посещал лекции на словесном факул! тете Сорбонны, два семестра проучился в Гейдельбергском универ* ситете, жил в Швейцарии, совершил поездку в Италию.
Вернувшись в Петербург, в 1911 г. Мандельштам поступил на от^ деление романских языков историко-филологического факулы Петербургского университета, но не окончил его.
В России Мандельштам интересуется религией (особенно напря^ женно в 1910 г.), посещает заседания Религиозно-философского ( щества. Но в стихах его религиозные мотивы целомудренно-сдер,| жанны («Неумолимые слова...» о Христе, который не назван). Ид стихов этих лет Мандельштам включил в свои книги менее трети| Но в 1911 г. он все же принимает крещение по методистскому об-| ряду у протестантского пастора, что было «уступкой обстоятельствам,! связанным с невозможностью из-за процентной нормы поступить: университет».
Первые его поэтические опыты — два стихотворения в • народнической лирики — были опубликованы в студенческом жур-| нале Тенишевского училища «Пробужденная мысль» в 1907 г. Не подлинный его литературный дебют состоялся в августе 1910-го, девятом номере журнала «Аполлон», где была напечатана подбор* из пяти стихотворений.
Поначалу Мандельштам примыкал к поэтическому течению —| символизм, посещал В.И. Иванова, посылал ему свои стихи. Но 1911 г. Мандельштам сблизился с Н.С. Гумилевым и А.А. Ахмато-1
вой, и в 1913 г. его стихи «Мо1ге Вате», «Айя-София» печатаются в программной подборке акмеистов.

Акмеизм для Мандельштама гораздо ближе символизма — это конкретность, «посюсторонность», «сообщничество сущих в заговоре против пустоты и небытия», преодоление хрупкости человека и косности мироздания через творчество («из тяжести недоброй и я когда-нибудь прекрасное создам»). Поэт уподобляет себя зодчему, почему первую свою книгу Мандельштам и называет «Камень» (1913, 2-е издание, значительно переработанное, 1916).

К Мандельштаму приходит известность в литературных кружках, он свой человек в петербургской богеме, задорный, веселый до ребячливости и самозабвенно-торжественный над стихами.

Раннее творчество Мандельштама неразрывно связано с акмеизмом, деятельностью «Цеха поэтов» и литературной полемикой между акмеистами и символистами. Ему принадлежит один из манифестов акмеизма — «Утро акмеизма» (написанный в 1913 г., но опубликованный только в 1919-м), провозгласивший ценность «слова, как такового» — в единстве всех его элементов — в противовес футуристическому отказу от смысла слова во имя звука, Так и символистскому стремлению увидеть за конкретным образом его подлинную скрытую сущность.
1   ...   34   35   36   37   38   39   40   41   42

Похожие:

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconКнига кройки и шитья
...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconГарнер А. Камень из ожерелья Брисингов; Луна в канун Гомрата: повести/пер...
...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconПросмотр фрагмента урока английского языка в 6 классе. Слайд 1 Учитель:...
Учитель: в этом году исполняется 100 лет со дня рождения кинематографического образа Чарли Чаплина. Кто расскажет об этом факте?

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconГ. Лангепас 2013 г
Знаменитая книжная серия «Жизнь замечательных людей» была основана в 1890 году известным издателем и просветителем Флорентием Федоровичем...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconКак издать и продать свою книгу за 5 кликов?
Кроме того, читатель может поддержать начинающего автора через систему «Pay What You Want»

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconСтивен м шапиро Жизнь без целей Стивен М. Шапиро
Америке страдают бессонницей, поскольку постоянно думают о достижении своих целей

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconВ какой стране была изобретена бумага?
Ивана Фёдорова однажды озарила мысль: а не издать ли книгу для скорого младенческого научения. Что это за книга? (букварь)

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconКоличество страниц: 528 стр
В книгу включены жизнеописания самых выдающихся актеров мирового театра и кино с древних времен до сегодняшнего дня. Среди героев...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconОбщественно-политическая газета Солнечногорского района Московской области
Так не хотели его учитывать. И главное как только я сказал про него, они к нему сразу и поехали. Я не один раз спрашивал их зачем...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconАллан Чумак Тем, кто верит в чудо
И тогда пришло решение: я напишу книгу. Книгу, в которой буду весь я — мой дар, мои мысли, моя жизнь. Мой Учитель, который вел меня...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница