Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема.




НазваниеРешение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема.
страница12/42
Дата публикации18.06.2013
Размер4.09 Mb.
ТипРешение
www.lit-yaz.ru > История > Решение
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   42
Особая сила восстания проистекала не только от харизматического Бар-Кохбы, но и от поддержки со стороны самого известного раввина того периода — Акибы (ок. 60—135). Раввин Акиба был, возможно, величайшим ученым в истории иудаизма. В отличие от многих выдающихся еврейских ученых он вырос в нищете. Начинал пастухом и не получил никакого образования до сорока лет. Ко времени начала восстания в 132 г. н.э. он стал ведущим знатоком Торы и имел десятки последователей.
Армия Бар-Кохбы нанесла удар сразу же после возвращения Адриана в Рим. Она захватила Иерусалим, вынудив размещенный в нем римский легион отступить в Кесарию. Акиба якобы присоединился к восстанию и провозгласил Бар-Кохбу Мессией. Уже составлялись планы восстановления Храма. Были возобновлены жертвоприношения согласно древней традиции. Чеканились собственные монеты (их можно видеть и сегодня), был освящен новый календарь. Бар-Кохба правил с помощью указов (многие из них были найдены столетия спустя в пустыне близ Кумрана). Из Египта к центру Иудеи продвигался римский легион. Войска Бар-Кохбы полностью истребили римлян.
Император собрал двенадцать легионов с таких окраин империи,
106
^ 100 ВЕЛИКИХ ЕВРЕЕВ
как Англия, чтобы подавить мятеж. Римские войска не рвались к| столице страны. В жестокой войне на истощение каждый укреплен-! ный район захватывался по отдельности. Общепринятая стратегия! была приспособлена к ведению партизанской войне. Римляне были! вынуждены охотиться за каждым повстанцем. В последней крепос-| ти Бар-Кохбы Бетаре его армия была разгромлена, а он сам убит.| Раввин Акиба был схвачен и замучен до смерти (с него живого же-1 лезными скребницами содрали кожу). Предание гласит, что он умер, ( улыбаясь от сознания, что всеми силами своей души любит Бога,| Религиозная академия в Иавнеи была разрушена, а большинство! семинаристов погибли в борьбе. В целом, повествует Дион, были! разрушены пятьдесят крепостей и 985 городов или поселений. Вся| Иудея стала выжженной землей.
Евреи останутся без родного очага на протяжении 1800 лет. За! восемнадцать столетий они оставались меньшинством, куда бы ни! направились, не имея армии, которая могла бы защитить их, и пу-| теводителем им служили только собственные воззрения и религи-| озная культура.
Разрушение древней Иудеи подстегнет деятельность первых ев-| рейских христиан. Перед восстанием они мирно сосуществовали с| другими евреями, как еще одна секта. Многие евреи христиане рас-3 сматривали неудавшееся восстание Бар-Кохбы как провал традици-! онного иудаизма и подтверждение праведности собственной веры.] Вот почему они стали агрессивнее вербовать новообращенных.
Иудеям Галилеи позволяли и дальше исповедовать их веру, хотя| и оци подвергались определенным преследованиям. Менее чем через столетие после падения Бетара в Галилее под руководством раввина Иуды Принца был составлен систематизированный сборни* толкований закона Моисеева — «Мишна». Следующие четыре сто-| летия ученые будут толковать «Мишну». Их толкования станут вестны как Талмуд, который послужит после восстания Бар-Кохбь предписанием закона для народа, рассеянного на столетия.
^ МАРСЕЛЬ ПРУСТ
(1871-1922)
Марсель Пруст, сын еврейки и католика, был — наравне с Джеймсом Джойсом и Францем Кафкой^ — одним из трех самых влиятельных романистов первой половины XX века. Его шедевр «В поисках утраченного времени» («Память о прошлых вещах») представляет собой цикл из семи романов, лишенных привцчного сюжета и традиционной структуры. Пруст был своеобразным затворником, который в молодые годы бездельничал в модных гостиных, уделяя почти ритуальное внимание светским сплетням. Уединившись последние тринадцать лет жизни в комнате с покрытыми пробкой стенами, он писал (постоянно исправляя) в странных узких записных книжках объемистый опус из семи частей, соединяя свой опыт жизни в высшем обществе с вымышленной вселенной необычайной энергетики и красрты.
Хотя Пруст написал и другие романы до «Памяти», его помнят прежде всего по уникальной направленности названного шедевра. Повествование ведется Рассказчиком, а не всемогущим и всевидящим автором. События и персонажи романов рассматриваются через призму того, что видит и чувствует вымышленное лицо, необязательно ассоциируемое с автором. Представ-
108
^ 100 ВЕЛИКИХ ЕВРЕЕВ
ляется, что Рассказчик имеет собственные побуждения поведать то, что помнит, собственные суждения, якобы расходящиеся с обычно вездесущими мнениями автора.
До Пруста такие великие романисты, как Бальзак, Диккенс, Толстой, Флобер, Достоевский и Золя, ведут повествование как летописцы (даже когда История рассказывается таким персонажем, как Пип в «Больших ожиданиях»). Постоянно чувствуешь присутствие творца, автора, направляющего и ведущего историю. Иное дело — Пруст. Хотя и основанная на его опыте, приобретенном в салонах верхушки общества, «Память» является художественным произведением, а не автобиографией. Беллетристика же — как бы провозглашает Пруст — требует радикально новой перспективы.
Он также изменил структуру романов. До «Памяти» романы имели четкие сюжеты, обычно заканчивавшиеся смертью героя. Пруст писал бессюжетные романы, не имевшие ни кульминационных пунктов, ни неожиданных мелодраматических поворотов или случайных эпизодов. В кажущихся бесконечными и подчас неподвластных пониманию предложениях действительность представляется такой, какая она и есть. События неумолимо следуют одно за другим. Люди и места текут мимо. Время проходит и исчезает.
История его жизни проста. Его мать Жанна Вейль была дочерью' состоятельного биржевого маклера. Отец Адриан родился у скром-' ных лавочников-католиков, но стал уважаемым врачом и специалистом по муниципальной гигиене. Адриан Пруст стоял у истоков со- * временных методов улучшения санитарного состояния европейских \ городов, препятствующих распространению хол, однако, предохра-1 нить сына от тяжелой астмы.
Несмотря на попытки вести нормальный образ жизни (Марсель 1 добровольно поступил в военное училище и посещал занятия по] праву и политологии), будущий романист предпочел наслаждения! прекрасной эпохи, так называемых пиршественных лет в веселые ] 1890-е гг. Пользуясь наследством матери и общественным положе-^ нием отца, Марсель проводил в праздности свою молодость в буду-1 арах известных красавиц (обычно королевских кровей). Он надолго! подружился с такими творческими личностями, как композитор Рей-| нальдо АН, поэтесса Анна де Ноайль, писатель Анатоль Франс и яз-| вительный беллетрист барон де Монтескье. Все эти друзья (и неко-1 торые из его графинь) обрели бессмертие в персонажах «Памяти».! Родители всячески противились праздной жизни Марселя, приводя! ему в пример приличную карьеру его брата — врача Робера (имен-1
^ МАРСЕЛЬ ПРУСТ
109
но он позаботился о Марселе в его трудные последние годы и добился посмертного издания его сочинений).

Ему было за тридцать, и единственное, что он успел сделать в своей жизни, кроме бесчисленных часов, проведенных в аристократических салонах, это написать два плохоньких, подражательных и незавершенных романа. Преждевременная смерть его родителей пробудила Пруста от бездействия и обратила к целеустремленной жизни. Поняв, что и его жизнь не вечна, он заперся в своей квартире и начал писать отчет о том, что ему было известно лучше всего, — о светском обществе на рубеже веков. Добиваясь полной сосредоточенности и идеальной тишины, Пруст сделал свою спальню-кабинет звуконепроницаемой, обив ее стены пробкой. И он непрерывно писал тринадцать лет. Умер Пруст в 1922 г., редактируя седьмую книгу «Памяти».

Пруст писал примерно так, как винодел выращивает виноградную лозу. В его литературном садоводстве условный сюжет и раскрытие персонажей орошались мощными потоками жизни. Как и почему мужчины и женщины любят друг друга, живут счастливо либо теряют себя в ревности или ненависти — все эти вопросы переплетаются в цветистой, почти зеленой прозе. Маленький бисквит, опущенный в мятный чай и испускающий ароматы юности рассказчика, ^— таков самый известный образ вычурной и символической прозы Пруста.

Он опрокинул свойственные девятнадцатому веку представления о действительности и времени. Прежние писатели воспринимали время, отслеживая последовательность узнаваемых событий. У Пруста «реальное» время было вытеснено изучением реальности, разворачивающейся внутри его персонажей. Пруст тщательно препарирует развитие внутреннего «я» людей во времени, а не только их внешние проявления, обнажающиеся в мелодраме.

В великолепном приливном движении впечатлений и жестов «Память» заканчивается решением Рассказчика написать роман, чтобы поведать все, что может вспомнить. Конец такой, каким было и начало. Круг замыкается на самом себе.

^ МЕИР РОТШИЛЬД
111
МЕИР РОТШИЛЬД
(1744-1812)
На Юденгасе (Еврейской улице) в гетто немецкого города Франкфурт-на-Майне номерным знакам домов предшествовали цветные знаки, обозначавшие фамилии семей и занятия. Фамилия «Ротшильд», или «Красный щит», была образована от такого знака.
Хотя и нет ни одного его портрета, Меир-Аншель Ротшильд влиял, как немногие, на прогресс всемирной истории на протяжении столетия после собственной смерти. С развитием его семьи как единого и мощного экономического и политического клана, он оформил будущее не только Ротшильдов, но и многих их соотечественников.
Меир устроил пятерых своих сыновей — Аншеля, Соломона, Натана, Калмана (позже ставшего Карлом) и Якова (позже Джеймса), едва преодолевших двадцатилетний рубеж, в пяти европейских столицах, основав первую международную банковскую и клиринговую систему, по сути, первую частную многонациональную компанию. Сыновья не обладали дипломатическими способностями и подобострастными манерами отца, но зато отличались врожденной хитростью, специальными техническими знаниями и сумасшедшей напористостью в работе. Создание ими банковских домов в Германском союзе, Австрийской империи, Великобритании, Италии и Франции обусловило огромное политическое влияние и со-1 вместное стремление семьи сохранить мир в Европе. Война пре-1 пятствовала экономическому развитию и мешала им управлять под-1 контрольными сферами деятельности. Хотя их политическая класть| пошла на убыль после Первой мировой войны в связи с возник-1 новением новых банковских домов и конкуренции, Ротшильды! помогли созданию политического капитала многих великих совре-1 менников, в том числе Наполеона, герцога Веллингтона, Талейра-| на, Меттерниха, королевы Виктории, Дизраэли и Бисмарка (как и| будущему развитию их стран).
Предки Меира были на протяжении нескольких поколений обыч-|
ными уличными торговцами во франкфуртском гетто. Хотя в течение дня евреи и могли покидать стены гетто, их обязывали носить традиционные шляпы и одежды, отличавшие их религиозную принадлежность. Еврей вне гетто подвергался нападениям хулиганов антисемитов. Религиозное пятно было предпочтительнее избиения и ограбления, от которых еврей не мог защититься сам и от которых никто не мог предоставить ему защиту.

При поддержке родителей Меир учился на раввина в древнем городе Нюрнберге, но вынужден был прервать учебу из-за их скоропостижной смерти. С помрш^ю родственников Меир получил

112
^ 100 ВЕЛИКИХ ЕВРЕЕВ
место служащего в банковском доме Оппенгеймера в Ганновере. Он преуспевал в работе, и перед ним вроде бы открывалась (удачная карьера, но он не чувствовал удовлетворения и оставил свое место, чтобы попытать счастья в родном гетто. Когда он вернулся во Франкфурт, его задержали на переправе через реку и потребовали уплатить установленную для евреев пошлину.
Он начал как торговец старинными монетами и фамильными ценностями. Его покупателями стали люди голубых 1фовей (единственные, кто мог себе позволить столь странное хобби). Обратив внимание на то, что соперничавшие немецкие королевства пользовались разной валютой, но не знали, как ее обменивать при торговле, Меир создал простенький банк, через который можно было обменивать валюту по разным курсам. Прибыль от обменных операций Меир использовал для развития своего нумизматического бизнеса, вкладывая деньги во все более ценные и античные монеты и расширяя богатую клиентуру.
В 1770 г. он женился на семнадцатилетней Гутели Шнаппер, которая родила ему пять сыновей и пять дочерей и дожила до девяноста шести лет, редко покидая свой дом в гетто. В старости Гутель | пользовалась уважением — ее посещали аристократы и другие влиятельные люди.
Поддерживаемый семьей, Меир начал продавать монеты богатейшему европейскому аристократу — принцу Вильгельму Гессенскому. Изучавшие Американскую революцию помнят гессенских солдат, воевавших на стороне англичан, которые безуспешно пытались подчинить себе колонии. Эти гессенские наемники были подданными принца Вильгельма, который с большой прибылью для себя про-1 давал их англичанам, как рабов. Принц Вильгельм и его казначей, (ставший пассивным партнером Ротшильда по бизнесу) все больше полагались на уважаемого и талантливого Меира. Когда в 1785 г. Вильгельм унаследовал трон отца, Меир получил надежную синекуру при дворе Вильгельма в Касселе и возможность развивать свои | международные контакты.
На протяжении двух следующих десятилетий Меир использовал; свои связи при дворе Вильгельма, высокородных клиентов, низкие цены на свои монеты (в обмен на дружбу и долговые обязательства) | и своих сыновей для создания финансового фундамента и полити-^ ческой сети могущества семьи Ротшильдов. Изобретательность Ме- ^ ира проявилась в то время, когда принц Вильгельм поставлял сенских наемников англичанам. Меир узнал, что Вильгельм
^ МЕИР РОТШИЛЬД
113
чал за солдат кредитные билеты английских банков. Одновременно Меир должен был уплатить за хлопчатобумажные ткани текстильным производителям из Манчестера. Почему бы не объединить оба предприятия и не получить еще большую прибыль? И Меир организовал прямую выплату манчестерским фабрикантам выданными Вильгельму британскими банкнотами и вместе с Вильгельмом положил в свой карман плату за дисконт. Мятеж в американских колониях был первой из многих войн, во время которых Ротшильды заработали огромные суммы.

Меир пристроил сына Соломона ко двору Вильгельма в качестве нового финансового советника монарха. Аншель стал маклером Вильгельма и договаривался о крупных займах под закладные с кредиторами королевских кровей по всему континенту. Натан отправился в Манчестер, чтобы совершенствовать торговлю текстилем, и каким-то образом ухитрился во время Французской революции, когда резко взлетели цены, отгрузить дешевые ткани на склад Меира во Франкфурте.

Так была создана международная семейная сеть, которая переживет революции, наполеоновские войны, контрреволюцию и промышленный век. Даже после того, как Наполеон сверг Вильгельма и выслал его из страны, Меир продолжал управлять его финансами. Сыновья Меира расселились по всей Европе и постоянно на шаг опережали тайных агентов Наполеона, собирая проценты по займам и продавая контрабанду и продовольствие на опустошенных войной рынках. Ротшильды поддерживали связь через весьма разветвленную систему курьеров, почтовых отправлений и даже почтовых голубей, пользуясь причудливым жаргоном из немецкого языка, идиша и иврита, сдобренным занятными псевдонимами.

Сыновья Ротшильда быстро выросли из торговцев хлопчатобумажными тканями и контрабандистов в международных банкиров. Начиная с 1810 г. они продавали только деньги. При этом использовали многие приемы и сети, созданные их отцом, для завоевания финансовых рынков Европы. Натан, например, раньше всех на Лондонской бирже узнал о поражении Наполеона при Ватерлоо и использовал эту информацию, сначала продавая английские облигации по высокой цене и затем вновь скупая их по очень низкой цене (когда пришли сообщения о великой победе и цены_подскочили!).

Ко времени смерти Меира в 1812 г. его сыновья уже прочно обосновались каждый в своей европейской столице. Они помогут финансировать восстановление континента после войн, становление

114
юо ВЕЛИКИХ ЕВРЕЕВ!
современных правительств во время стремительно развивавшейся! индустриализации и строительство железных дорог по всей Европе,! Сын Натана Лайонел станет после нескольких попыток первым не] прошедшим ассимиляцию евреем, избранным в британский парла-| мент, пройдя путь, проложенный Бенджамином Дизраэли и другими. Лайонел не собирался становиться членом парламента, если бы! ему не дали возможности принести присягу на Ветхом Завете и в тр диционной еврейской шляпе. В 1858 г. указанная церемония состо-| ялась в полном согласии с еврейской традицией.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   42

Похожие:

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconКнига кройки и шитья
...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconГарнер А. Камень из ожерелья Брисингов; Луна в канун Гомрата: повести/пер...
...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconПросмотр фрагмента урока английского языка в 6 классе. Слайд 1 Учитель:...
Учитель: в этом году исполняется 100 лет со дня рождения кинематографического образа Чарли Чаплина. Кто расскажет об этом факте?

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconГ. Лангепас 2013 г
Знаменитая книжная серия «Жизнь замечательных людей» была основана в 1890 году известным издателем и просветителем Флорентием Федоровичем...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconКак издать и продать свою книгу за 5 кликов?
Кроме того, читатель может поддержать начинающего автора через систему «Pay What You Want»

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconСтивен м шапиро Жизнь без целей Стивен М. Шапиро
Америке страдают бессонницей, поскольку постоянно думают о достижении своих целей

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconВ какой стране была изобретена бумага?
Ивана Фёдорова однажды озарила мысль: а не издать ли книгу для скорого младенческого научения. Что это за книга? (букварь)

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconКоличество страниц: 528 стр
В книгу включены жизнеописания самых выдающихся актеров мирового театра и кино с древних времен до сегодняшнего дня. Среди героев...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconОбщественно-политическая газета Солнечногорского района Московской области
Так не хотели его учитывать. И главное как только я сказал про него, они к нему сразу и поехали. Я не один раз спрашивал их зачем...

Решение перевести и издать в России книгу Майкла Шапиро созрело в издательстве не сразу. Мы не нашли в ней, к примеру, биографий Чарли Чаплина, Лиона Фейхтвангера, Шолом-Алейхема. iconАллан Чумак Тем, кто верит в чудо
И тогда пришло решение: я напишу книгу. Книгу, в которой буду весь я — мой дар, мои мысли, моя жизнь. Мой Учитель, который вел меня...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница