Жанрово-технические проблемы, специфику технических




НазваниеЖанрово-технические проблемы, специфику технических
страница5/37
Дата публикации16.06.2013
Размер5.91 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   37

Нежные точки на лице и обнаженном теле наносятся непосредственно на доску

кривым пунктирным штихелем или иглой. Пунктирную технику особенно ценили в

цветных отпечатках с одной доски, раскрашенной тампонами, повторяя раскраску

для каждого нового отпечатка. Наибольшее распространение эта техника имела в

Англии во второй половине XVIII века. Гравюры пунктиром носили почти

исключительно репродукционный характер. Ее мягкие, легкие приемы особенно

подходили для воспроизведения грациозных и сентиментальных образов,

характерных для популярного в английском обществе этой эпохи искусства

(Анжелика Кауфман, Чиприани и другие). В Англии возникла целая школа

мастеров пунктира ("стипл" по-английски) во главе с виртуозом этой техники

Бартолоцци.

В заключение необходимо сказать и о цветной гравюре на металле. После

всего до сих пор сказанного нам должно быть ясно, что главное воздействие

графики основано на контрастах черного и белого, в виде линий или тонов. И

вместе с тем в графике с самого начала наблюдалась тенденция к

многокрасочности. Вспомним, что японская ксилография скоро перешла на

многоцветность и осталась ей верна. В Европе тоже делались неоднократные

попытки цветной гравюры. Одной из первых, как мы знаем, была сделана попытка

в области ксилографии -- так называемое кьяроскуро -- монументальное и

вместе с тем в высокой мере графическое решение проблемы. В XVII веке

попытки продолжались главным образом в области углубленной печати на

металле. При этом наметились три основных способа: 1. Печатание с одной

доски в один тон (черный, бурый, сангина и т. п.). 2. Печатание с одной

доски в несколько тонов (раскраска от руки, тампонами). 3. Печатание с

нескольких досок (цветная гравюра в настоящем смысле слова).

Первую своеобразную попытку цветной гравюры на металле сделал в начале

XVII века Геркулес Сегерс. Он использовал только одну доску, обработанную

офортом, в которой различные части покрывались разной краской. Этот

красочный эффект Сегерс еще усиливал применением бумаги, тонированной

различным цветом. Однако техника Сегерса требовала для всякого нового

отпечатка новой раскраски, и поэтому отпечатки с его цветных офортов крайне

редки. Следующий важный шаг уже в начале XVIII века сделал Жак Леблон.

Основываясь на теории Ньютона о трех основных цветах (синем, желтом и

красном), из смешения которых можно получить все остальные тона, Леблон

использовал три доски с тремя основными цветами. Печатая одну доску сверх

другой, Леблон получал промежуточные тона -- зеленый, лиловый, оранжевый.

Кроме того, он вводил еще четвертую доску в черном или коричневом тоне для

получения глубоких теней. Свои доски Леблон обрабатывал способом

меццо-тинто, преследуя исключительно репродукционные цели. Оттиски с его

досок довольно редки; некоторые из них производят эффектное, но грубоватое

впечатление.

Настоящего расцвета цветная гравюра на меди достигает во второй

половине XVIII века во Франции в связи с техникой акватинты. Уже Жанине в

своих цветных акватинтах не только блестяще воспроизводит живопись и рисунки

своих современников (Буше, Фрагонара, Юбера Робера и других), но и достигает

своеобразных графических эффектов. Еще дальше по пути совершенствования

цветной гравюры идет, еще смелей и тоньше действует Дебюкур, который сам

создает композиции для своих цветных акватинт. Для его техники характерна

сложность печатания (с восьми-девяти досок, подготовленных различными

графическими техниками, и доски с рисунком тушью, которая печаталась

последней для подчеркивания контуров). Исключительная мягкость переходов,

напоминающая акварель, богатство и тонкость нюансов, глубина и легкость

тонов характеризуют цветные гравюры Дебюкура (самое знаменитое произведение

Дебюкура -- "Танец новобрачной" 1786 года).

Вместе с тем в его произведениях намечаются чуть заметная реакция

классицизма (в подчеркивании контуров и движений) и легкая тенденция к

карикатурности.

Новое возрождение цветная гравюра переживает в период импрессионизма

(Рафаэлли и другие), в XX веке (в самых различных техниках глубокой печати

-- в офорте, акватинте, мягком лаке и др.).

Между выпуклой ксилографией и углубленной гравюрой на меди есть весьма

существенные различия, если взглянуть на них с общественной точки зрения.

Прежде всего, как мы уже отметили, ксилография часто характеризуется

двойственностью -- сочетанием художника-рисовальщика и резчика-ремесленника.

В углубленной гравюре автор обычно объединяется в одном лице -- художник сам

рисует, гравирует, печатает и сам обычно является распространителем своих

работ на рынке, у издателя, позднее -- на выставке. Кроме того, оба вида

гравюры обращаются к разным потребителям, особенно на раннем этапе развития.

Ксилография проще, демократичней, распространяется вместе с книгой или в

виде летучки; у нее большой тираж, она дешевле. Углубленная гравюра,

особенно в начале эволюции, меньше связана с книгой, с иллюстрациями; у нее

более постоянный, изысканный характер, ее художественный язык тоньше и

труднее. С практической точки зрения гравюра на металле удовлетворяла в свое

время двум важным требованиям: 1. Давала образцы и мотивы для декоративных

композиций (так называемый Ornamentstich широко расходившийся по всей

Европе). 2. Являлась самой подходящей техникой для репродукционных целей --

рисунков, картин, статуй, зданий. 3. Кроме того, в отличие от ксилографии

некоторые эпики (XVII--XVIII века) культивировали углубленную гравюру в

очень большом формате, обрамляя ее и применяя для украшения стен. 4.

Наконец, гравюра на дереве часто анонимна; гравюра на металле с самого

начала есть история художников; даже когда мы не знаем имени автора гравюры,

она всегда обладает признаками определенной индивидуальности.

Столь же различны ксилография и гравюра на металле и по своему

происхождению. Ксилография связана с книгой, с буквами, с печатной машиной.

Углубленная гравюра по своему происхождению не имеет ничего общего ни с

печатью, ни с письменностью вообще -- ее отличает декоративный характер, она

родилась в мастерской ювелира (любопытно, что граверы на меди получали

образование в мастерской золотых дел мастеров, где украшали рукоятки мечей,

тарелки, кубки резьбой и чеканкой). В этом смысле у резцовой гравюры очень

старинные корни: уже античных ювелиров можно назвать графиками, поскольку с

каждой металлической поверхности (например, с этрусского зеркала) можно

получить отпечаток. И в позднейшей резцовой гравюре, в ее блеске и пышности

и в то же время точности, сохранились пережитки ювелирного искусства.

Однако подлинное начало резцовой гравюры следует вести с того момента,

когда изображения стали резать на металле с определенной целью их печатать.

И тогда оказывается, что углубленная гравюра родилась только в середине XV

века, позднее ксилографии и, может быть, под ее влиянием.

О связи углубленной гравюры с ювелирной мастерской говорит техника так

называемого ниэлло, популярного в Италии во второй половине XV века. Ниэлло

представляет собой резьбу в серебре, причем вырезываемый рисунок заполняется

чернью из сернистого серебра, в результате получается черный рисунок на

светлой поверхности. Итальянские ювелиры, чтобы проверить эффект, делали

орнаментальные или фигурные отпечатки ниэлло на бумаге -- отпечатки, вполне

родственные резцовой гравюре. Согласно флорентийской традиции, резцовую

гравюру изобрел в 1458 году флорентийский ювелир и мастер ниэлло Мазо

Финигуерра. Эта традиция теперь опровергнута: в Италии и Германии найдены

более старинные образцы углубленной гравюры -- древнейшая известная нам

гравюра резцом датирована 1446 годом ("Бичевание Христа" неизвестного автора

немецкой школы).

Первая более или менее определенная личность мастера резцовой гравюры в

Германии -- Мастер игральных карт (действовавший в Базеле и на верхнем

Рейне), названный так по своей главной работе -- серии гравированных карт. В

его гравюрах чувствуется некоторая неуверенность приемов, подсказанных не

свойствами материала и техники, а стремлением подражать рисунку пером или

"серебряным грифелем: то непрерывные контуры без всякой моделировки, то

попытки лепки формы короткими, врезанными линиями. Следующий шаг в развитии

резцовой гравюры делает мастер, известный под монограммой "E. S..",

по-видимому находившийся под сильным влиянием нидерландской живописи. У него

более широкий размах композиции и более сложные приемы -- разнообразная

штриховка, стремление к пластической округлости форм, в свету его линии

раздробляются на точки, в тени перекрещиваются и становятся глубже.

Наивысшие достижения в немецкой графике XV века принадлежат Мартину

Шонгауэру. В его ранних работах ("Успение Марии") еще сказываются пережитки

ювелирных традиций -- нагромождение мелочей, орнаментальные изломы контуров

и складок, бессистемные "перекрещивания линий. Позднее (например, "Мадонна

за оградой") графический стиль Шонгауэра становится более лапидарным и

систематизированным, а вместе с тем усиливаются контрасты глубоких теней и

светлых плоскостей. Влияние Шонгауэра сказалось в разных областях

европейского искусства (между прочим, он оказал воздействие на молодого

Микеланджело).

Несколько в стороне от общей эволюции немецкой резцовой гравюры стоит

таинственный художник конца XV века, прозванный Мастером Амстердамского

кабинета, или Мастером домашней книги (большинство его уникальных гравюр

хранится в гравюрном кабинете Амстердамского музея). Особенностью этого

мастера являются предпочтение светских тем религиозным и жанровая трактовка

религиозных сюжетов. Вместе с тем в стилистических приемах резцовой гравюры

он как бы предвосхищает появление офорта: наряду "с резцом широко применяет

иглу, живописно взрыхляет форму, меняя длину, направление, форму штриха и

стремясь достигнуть впечатления пронизанной светом атмосферы.

Итальянская резцовая гравюра несколько запаздывает в своем развитии, и

вместе с тем в ней особенно остро заметно ее происхождение из ювелирной

техники, ее, так сказать, орнаментальные корни. Одним из старейших образцов

является серия "Страстей" в Венском музее. В отпечатках эти гравюры

производят беспокойное, перегруженное впечатление. Но надо их представить

себе в металлическом оригинале в виде выпуклых или углубленных украшений на

бронзовой или серебряной поверхности -- тогда их узор приобретает

динамический размах и декоративную привлекательность. Почти к тому же

времени относится удивительный женский портрет (Берлинский гравюрный

кабинет), где в четкости профиля и экзотическом головном уборе проявляется

чисто ювелирная фантазия.

Другая особенность итальянской резцовой гравюры -- ее своеобразная

связь с монументальным искусством. Не только в том смысле, что многие

выдающиеся итальянские живописцы-монументалисты XV века (Поллайоло,

Мантенья) культивировали гравюру в своих мастерских, что итальянская

резцовая гравюра воспроизвела в большом формате много произведений живописи

и скульптуры. Здесь надо учитывать и другие особенности итальянской гравюры

эпохи Возрождения: ее гуманистические, ученые интересы, увлечение античной

мифологией, то, что главная ее тема -- образ героического человека, что ей

чужды дидактические тенденции и религиозные настроения.

Монументализация гравюры в особенности свойственна творчеству Андреа

Мантеньи. Художник выполнил только семь гравюр в последний период своей

жизни, но они обозначают коренной поворот в истории гравюры к мощным

соотношениям форм, к полной телесности, от повествовательной миниатюры к

концентрированной, законченной композиции. По природе своего искусства

Мантенья -- рисовальщик. Линии у него крепкие, звучат, как металлические

струны. Он режет на мягких досках тупым инструментом ровные, параллельные,

диагональные линии, которые лепят форму широкими? массами тени

("Вакханалия"). В его самых последних работах (например, "Положение во

гроб") экспрессивная сила линии, рисунок скал, облаков, складок воплощает

горечь и отчаяние. График" Мантеньи оказала сильное влияние на Дюрера.

Переход к Высокому Возрождению в итальянской гравюре осуществляет

венецианец Джулино Кампаньола. Его стиль, сложившийся под влиянием Джорджоне

и молодого Тициана, построен на; идиллии, бездействии, лирической

мечтательности ("Христос и самаритянка"), на мягких, музыкальных переходах

тона. Графический" ритм Кампаньолы состоит из сочетания линий и точек, то

сгущенных, то редких; фон -- спокойный контраст вертикальных и

горизонтальных линий; каждую группу предметов, каждый вид материи

характеризует особый ритм поверхности.

Произведения Мантеньи и Кампаньолы лучше всего подводят нас к пониманию

стилистической структуры резцовой гравюры. По сравнению с ксилографией

резцовая гравюра представляет собой гораздо более конструктивное и

логическое искусство -- не случайно, резцовая гравюра имела такой успех в

эпоху Высокого Возрождения; и в эпоху классицизма XVII века. И материал, и

инструменты резцовой гравюры естественно ведут гравера к определенной,

несколько абстрактной системе линий, придают его линиям математическую

точность, которая совершенно чужда свободному духу ксилографии: то это

параллельные диагонали Мантеньи, то точечная сеть Кампаньолы, то спиральные

нажимы Гольциуса или Клода Меллана. Вместе с тем если ксилография стремится

к пятнам, тональным плоскостям, то резцовая гравюра -- к телесной,

пластической лепке, к иллюзии материи. Ни одна графическая техника не дает

таких неограниченных возможностей для передачи структуры предмета, его тона,

поверхности (стекло, металл, мех и т. п.). Именно на этом основано, с одной

стороны, стремление некоторых мастеров резцовой гравюры к иллюзорности, а с

другой стороны, ее тенденция к репродукционным задачам.

Но репродуктивные тенденции резцовой гравюры поощрялись и еще одной

особенностью ее техники. Обрабатывая доску, гравер все-время должен

поворачивать ее в разных направлениях, и особенно вокруг своей оси (доска

лежит на мешке с песком), для того чтобы получить правильный изгиб линии.

Это "рассматривание рисунка со всех сторон", присущее резцовой гравюре,

приводит к тому, что гравер не чувствует свой рисунок как изображение, а как

графическую поверхность, как ритм линий, без верха и низа, без переднего и

заднего плана. Поэтому так трудно в резцовой гравюре создавать образы прямо

на доске (для этого обращаются к офорту) и надо точно держаться

предварительного рисунка. Поэтому в резцовой гравюре такое большое,

самоценное значение принадлежит процессу резьбы, высокому умению резчика.

Резцовая гравюра требует особой ловкости рук, острого глаза, глубоких

ремесленных традиций.
Однако в пределах общей логической системы стилистические варианты

резцовой гравюры могут быть очень различны: например, Дюрер и Маркантонио

Раймонди. Для Раймонди характерен классический стиль Высокого Возрождения,

сложившийся под влиянием Рафаэля -- мифологические темы, монументальная

композиция, обнаженное человеческое тело по античным образцам, отсутствие

жанра и мелких деталей, точность линий и пластическая лепка форм. У Дюрера

даже в религиозные композиции всегда включены элементы быта. Для Дюрера

главное -- настроение, вложенное в образ и находящее себе выражение в

динамике линий, в их орнаментальной и эмоциональной энергии. Кроме того, в

отличие от прямолинейного искусства Раймонди Дюрера привлекают сложность и

разнообразие явлений (художника привлекает проблема и освещения, и окружения

человека -- интерьер и пейзаж, и изображение животных и растений, и

натюрморт).

Расцвет резцовой гравюры относится к первой половине XVI века -- Дюрер,

Раймонди, Лукас ван Лейден. Дальнейшее развитие идет ко все большей свободе

и виртуозности техники. В XVII веке -- новый расцвет, но уже более внешнего

характера, причем не сами художники являются распространителями своих работ,

а особые торговцы-издатели. В Нидерландах и во Франции резцовая гравюра

выполняет в это время функции, представляющие нечто среднее между

фотографией и газетным репортажем. В Нидерландах, в мастерской Рубенса,

целый штат профессиональных граверов занят репродуцированием и

популяризацией картин Рубенса и его школы. Во Франции придворные мастера

Людовика XIV (Нантейль, Эделинк и другие) являются или официальными

портретистами королей, министров, полководцев, или хронистами придворной

жизни, военных походов и т. п.

Для резцовой гравюры XVII века характерны, кроме того, увеличение

размера листов и их обрамление -- реальное или мнимое (то есть

награвированное). Гравюра потеряла свое интимное значение, из папки

любителей она перекочевала на стену, превратилась в украшение комнаты,

состязается с картиной. Художники уже не ставят перед собой новых

художественных проблем, вся суть их деятельности выражается в виртуозном

преодолении трудностей. В качестве яркого примера напомним гравюру Клода

Меллана "Голова Христа", которая выполнена одной линией, начинающейся на

кончике носа и идущей спиральными нажимами по лицу и вокруг головы Христа и

создающей иллюзию изображения.

Но как раз в то время, когда резцовая гравюра достигла полной свободы

своих технических приемов и стала окрашиваться оттенком поверхностной

виртуозности, все большее значение начал приобретать ее наследник и соперник

офорт, техника которого в известной мере уравновешивала и даже преодолевала

недостатки резцовой гравюры: именно то, что чуждо резцовой гравюре --

быстрота, легкость, непосредственность, экспрессивность, характерность и т.

п., -- в высокой мере свойственно офорту.

Техника офорта возникла тоже из ремесленного производства, в мастерской

ювелира (травление узоров на оружии и утвари). Но есть в офорте и какая-то

связь с лабораторией и фантазией алхимика: она сказывается в контрасте

красной, блестящей доски и, как смарагд, мерцающего фуросульфата -- во всем

этом есть оттенок магии и таинственного колдовства, словно образы офорта

рождаются из столкновения жидкости и огня. Не случайно, что фантазию

офортиста влечет мир, где смешиваются образы фантастического и обыденного:

вспомним тематику офорта -- война и смерть, болезни и уродства, праздники и

триумфы, сумасшествие, жадность, ненависть человека; вспомним развалины

Сегерса и крестьян Остаде, нищих и восточных мудрецов Рембрандта, "Vari

caprici" и "Scherzi di fantasia" Тьеполо, ужасы войны Калло и кошмары Гойи.

Есть своеобразное несоответствие между светло-красным штрихом на черном

асфальте и позднейшим отпечатком офорта на бумаге. Быть может, это

несоответствие отчасти объясняет постоянное возвращение офортиста к одной и

той же доске, обилие пробных оттисков и состояний, неожиданные переломы в

замысле художника ("Три креста" Рембрандта). Следует отметить также большое

значение случайности при печатании офорта, в рецепте асфальта и кислоты.

Наконец, необходимо обратить внимание на импровизационную сущность офорта,

который гораздо живописней, динамичней, правдивей и свободней резцовой

гравюры, который не требует от художника ни физических усилий, ни

профессиональной рутины.

Первые опыты офорта относятся к. самому началу XVI века. Между 1501 и

1507 годами аугсбургский гравер Даниель Хопфер выполнил в технике офорта

портрет Розена и гравюру "Христос в терновом венце". 1513 годом датирован

офорт швейцарского гравера Урса Графа. Все они травлены на железных досках.

Дюрер знакомится с новым приемом. В 1515--1518 годах им выполнены пять

офортов на железных досках, более ранние -- сухой иглой, более поздние --

травлением. Однако в этих работах Дюрера помимо мягкого использования барб

не чувствуется специфический стиль офорта.

Следующий шаг делают последователи Дюрера -- Хиршфогель и Лаутензак.

Вместо железной доски они применяют медную, улучшают процесс травления;

редеют линии, более выделяются белые поля (резцовая гравюра их стремилась

избегать). Появляется мотив пейзажа, который потом становится одной из

излюбленных тем офорта. Впервые делаются попытки создать впечатление

воздушного пространства. И все же их графику нельзя назвать вполне офортным

стилем -- она еще слишком напоминает рисунок пером. Решающий шаг в этом

смысле принадлежит итальянскому живописцу и графику Пармиджанино: именно в

его офортах впервые начинают звучать та неожиданность выдумки, то сочетание

эскизности и завершенности образа, та динамика штриха, которые являются

неотъемлемой особенностью офорта.

Как мы уже говорили, упадок резцовой гравюры в известной мере совпадает

с расцветом офорта. Происходит это в эпоху барокко" в период интереса к

жизни общественных низов и увлечения проблемами света и тени. И то и другое

наложило определенный отпечаток на развитие офорта.

Первым мастером офорта, выступающим во всеоружии техники и с широким,

новым тематическим репертуаром, является французский график Жак Калло. Мы

знаем, что Калло был изобретателем повторного травления, которое давало его

гравюрам глубину тона, разнообразие и мягкость переходов, воздушность дали.

Этот контраст Калло еще подчеркивает контрастом между большими, крепко

моделированными фигурами переднего плана и мягкой миниатюрной трактовкой

фона. Калло по справедливости может быть назван поэтом бесконечно далекого и

бесконечно малого, с таким поразительным мастерством он набрасывает на

маленьких листках своих гравюр сотни и тысячи крошечных фигурок и с таким

искусством уводит глаз зрителя в необозримые дали. Вместе с тем искусство

Калло теснейшим образом связано с театром, со сценической действительностью

-- не только потому, что Калло часто изображал театральные представления и

актеров, но и потому, что сама композиция его всегда имеет характер

сценической площадки и сценического эпизода. Замечательно также органическое

сочетание в графике Калло актуальности, остроты наблюдения реальной

действительности с фантастикой и гротеском. Характерно для Калло и его

тяготение к графическим циклам, циклам нищих, актеров итальянской комедии,

придворных маскарадов, народных праздников, ужасов войны и т. п.

Рембрандт поднимает офорт на недосягаемую высоту, делает его" мощным

средством художественного выражения, которому доступны и сказочная

фантастика, и самые глубокие истины, и юмор, и трагедия, и человек, и

природа, а в сфере технических средств и линия, и тон. Рембрандт владеет

всеми ритмами графической плоскости, начиная с точек и кончая текучими,

длинными линиями, и ярким светом, и глубокой тенью, и мягкими переходами

тона, и энергичными нажимами штриха.

Техническая эволюция офорта Рембрандта проходит три главные-стадии: 1.

Только травление. 2. Начиная с 1640 года мастер все чаще применяет сухую

иглу для усиления светотени ("Лист в сто гульденов"). 3. После 1650 года

сухая игла доминирует, эффекты барб и более сложные приемы печатания придают

офортам Рембрандта богатство колорита и бархатистый тон. Параллельно

происходит растворение контура в воздухе и свете и все более усиливается

одухотворенность образов мастера. Эти образы воплощают не столько формы

предметов, сколько некие силы и энергии. Можно было бы сказать, что в

графике Рембрандта мы как бы соприкасаемся с самим процессом становления

природы.

XVIII век выдвигает трех выдающихся мастеров офорта. Венецианец

Джованни Баттиста Тьеполо создал немного офортов, но они выделяются

яркостью, солнечностью света и богатством тонов при минимальном

использовании графических средств: короткие параллельные линии почти не

перекрещиваются, резко обрывающиеся штрихи теней усиливают солнечность,

контуры чуть-чуть намечены и перемежаются с точками, очень много белой

бумаги. Содержание офортов Тьеполо характеризуется сочетанием фантастики с

реальностью и невысказанными до конца намеками. В его графических образах

нет ни логики, ни последовательности, но им свойственны тонкая поэтичность и

музыкальность. Неслучайно его циклы носят название -- "Caprici, scherzi di

fantasia".

Джованни Баттиста Пиранези -- по рождению тоже венецианец, но работал

главным образом в Риме, археолог и архитектор, увлекавшийся памятниками

античного искусства. Гравюры Пиранези, всегда большого размера, отличаются

могучей фантазией и широким декоративным размахом. Пиранези тяготеет к

монументальным формам, сильным контрастам и нарастаниям ритма. Наиболее

ярким произведением его графики является фантастическая серия "Тюрьмы".

Искусство испанца Франсиско Гойи находится как бы на границе между

старым и новым графическими стилями. Графические циклы Гойи -- это, с одной

стороны, игра свободной фантазии, с другой -- орудие общественной сатиры,

дидактического и политического гротеска; в них находят свое выражение и

патриотический гнев художника, и его ядовитая насмешка. Актуальность графики

Гойи и наличие в ней элементов критического реализма предвещают XIX век.

Технически его графика представляет собой сложную смесь офорта с акватинтой

и меццо-тинто. Кроме того, он одним из первых применил любимую графическую

технику XIX века -- литографию.

В XIX веке Англия играет важную роль в эволюции офорта. Сначала в

английской графике господствуют традиции чистого классического офорта

(Сеймур Хэден). Потом Уистлер доводит офорт до вершины импрессионистической

воздушности. И, наконец, в конце века -- монументальные листы Брэнгвина,

построенные на ритме широких масс и повествующие о строительстве и жизни

индустриального города. Своеобразие графической техники Брэнгвина (его

творчество относится уже к XX веку) состоит в том, что он травит цинковые

доски сильными кислотами и печатает тоновыми пятнами, применяя так

называемую "затяжку", то есть растирание краски на доске при помощи куска

марли.

В советской графике офорт представлен целым рядом опытных мастеров,

таких как Нивинский, Кравченко, Верейский и другие, но не офорту, а

ксилографии и рисунку принадлежат наиболее выдающиеся достижения советской

графики. Самый молодой по времени возникновения вид печатной графики --

плоская гравюра, или литография. Принципиальное отличие между выпуклой и

углубленной печатью, с одной стороны, и плоской, с другой, ясно сказывается

в немецкой терминологии: Holzschnitt (для ксилографии) и Kupferstich (для

резцовой гравюры) означает особый вид обработки доски; Steindruckия)

означает особый вид печатания, тогда как работа художника на камне

представляет собой обычный рисунок. Есть и другое отличие. Старинные техники

гравюры, так сказать, анонимные, незаметно пробуждаются к жизни, когда

художественная культура стала испытывать в них потребность; новые техники --

меццо-тинто, акватинта, напротив, были изобретены в буквальном смысле слова.

Так же была изобретена и литография: ее изобрел в Мюнхене в 1796 году Алоиз

Зенефельдер -- не художник, а актер и автор комедий с музыкой*. При этом он

руководствовался не художественными задачами, а стремлением найти дешевый,

удобный, точный способ воспроизведения и размножения нот. И действительно,

ему посчастливилось, ему удалось открыть самый дешевый способ

репродукционной печати с огромным тиражом.

Литография, или плоская печать, печатается на камне особой породы

известняка, голубоватого, серого или желтоватого цветов (лучшие сорта

находятся в Баварии и около Новороссийска). Техника литографии основана на

наблюдении, что сырая поверхность камня не принимает жировых веществ, а жир

не пропускает жидкость -- одним словом, на взаимной реакции жира и жидкости

(или кислоты). Художник рисует на камне жирным карандашом; после этого

поверхность камня слегка протравливается (раствором гуммиарабика и азотной

кислоты). Там, где жир прикоснулся к камню, кислота не действует, там же,

где действует кислота, к поверхности камня не пристает жирная типографская

краска. Если после травления на поверхность камня накатать краску, ее примут

только те места, к которым прикоснулся жирный карандаш рисовальщика,-- иначе

говоря, в процессе печатания полностью будет воспроизведен рисунок

художника.

На камне можно рисовать пером и кистью -- для этого поверхность камня

шлифуют; для специального же литографского карандаша необходима зернистая

поверхность -- с этой целью поверхность камня протирают тонким мокрым

песком, который слегка взрыхляет поверхность. В последнее время художники

часто рисуют на особой переводной бумаге, с которой потом рисунок

переводится на литографский камень. Оттиски, полученные с переводной бумаги,

узнаются по следам фактуры бумаги.

Поправки на камне очень затруднительны. Даже дыхание оставляет следы --

пятна на отпечатке (один французский печатник уверял, что по поверхности

камня можно узнать степень близорукости художника).

С конца XIX века тяжелый, громоздкой литографский камень иногда

заменяют легкой алюминиевой пластинкой. Оттиски с таких пластинок, которые

не дают свойственных литографии богатых, сочных тонов, называют

"альграфией". Кроме того, литография легко

__________________

* Руководство Зенефельдера по литографии вышло в свет в 1818 году.

допускает цветное печатание (хромолитография) с нескольких досок,

причем смешанные тона получаются при печатании одной краской на другую.

Литография -- язык широких масс. Ее изобретение не случайно совпадает с

промышленным переворотом, с революцией, с социальной борьбой на рубеже

XVIII--XIX веков. Век технического и промышленного прогресса, век машины и

популяризации находит в литографии самое подходящее средство для реализации

своих замыслов. Постепенно отмирают все сложные и утонченные техники XVIII

века -- карандашная манера, пунктир, меццо-тинто. Нужен быстрый отклик на

окружающие события, дешевый, массовый способ печатания. Литография отвечала

требованиям нового мышления и вкуса: накалу политических страстей, любви к

путешествиям, изучению прошлого; она верное орудие иронии и пропаганды.

По своей стилистической природе литография радикально отличается от

ксилографии и углубленной гравюры как самое непосредственное, гибкое и

послушное средство выражения художественных замыслов. В выпуклой и

углубленной гравюре материал и инструменты до известной степени определяют

стиль художественного произведения: литография нейтральна до почти полной

несамостоятельности. Художник рисует пером или карандашом на камне, как на

бумаге, и то, что он видит на камне или бумаге, с точностью отпечатывается.

Литография, если так можно сказать, гарантирует художнику неограниченную

свободу, которой он так добивался именно в XIX веке. С другой стороны,

литография почти не требует никаких специальных знаний, поэтому ее так

полюбили дилетанты. Зато очень велика популярность литографии как

репродукционного средства (литография -- первый предвестник фотомеханической

репродукции), ее широкого использования для практических, ремесленных целей.

Однако, как бы послушно литография ни охватывала и ни размножала любой

вид рисунка, у нее все же есть свои особенности, свои стилистические

эффекты, недоступные другим графическим техникам. Не всякий хороший рисунок

есть вместе с тем хорошая литография. Литография не обладает острой и точной

линией, которая присуща и офорту, и ксилографии. Литографии свойственно

другое -- мягкие, бархатистые, тающие переходы, глубокий черный тон,

зернистые, широкие линии штриха, дымка. Ночь и туман ближе литографии, чем

дневной свет. Ее язык построен на переходах и умалчиваниях.

Естественно, что литография, которую изобрели в эпоху классицизма,

когда увлекались строгим, ясным контуром, долгое время не имела успеха и

была на низком художественном уровне -- ее считали слишком вульгарной.

Собственно, только после 1816 года французские романтики Жерико, Делакруа, а

позднее Домье и Гаварни открыли в литографии средство художественного

выражения. Литография и тематически, и стилистически была созвучна

романтическим мечтам и идеалам. Здесь и романтический герой (Раффе и его

апофеозы Наполеона с таинственным освещением и эффектами порохового дыма), и

любовь к прошлому, к далеким землям, неизвестным памятникам, впечатлениям

путешествий (особенно важную роль провозвестника нового архитектурного

пейзажа здесь сыграл ран" умерший английский художник Бонингтон -- среди

многочисленных альбомов с романтическими видами назовем "Voyagea

pittoresques et romantiquea dans l'ancienne France", вышедший в 1820 году с

литографиями Бонингтона, Э. Изабэ, О. Берне, Энгра, Жерико и других).

Особенно популярно в эти годы увлечение Востоком, его минаретами,

тюрбанами, горячими арабскими лошадьми. Однако не только пылкие арабские

скакуны привлекают романтиков. Жерико посвящает целый цикл литографий

мощным, массивным битюгам, их тяжелой, мужественной силе. Напомним также,

что к ранним литографиям принадлежит серия старого Гойи, посвященная

тавромахии (сценам боя быков). Но особенно охотно к литографии обращался

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   37

Похожие:

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconИспользование технических средств в логопедической работе
Практическое внедренение технических средств обучения в логопедической работе проходило на базе мдоу №54 «Полянка». Логопедом Зыковой...

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconМежвузовский центр по историческому образованию в технических вузах Российской Федерации
Проблемы и перспективы преподавания социогуманитарных дисциплин в технических вузах в современных условиях

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconЕ. А. Малашенко лексические проблемы перевода технических и научных статей
В процессе обучения необходимо ознакомить студентов с основными языковыми особенностями технических и научных материалов и спецификой...

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconНастоящие технические условия разработаны гуп г. Москвы «Центр мониторинга...
В настоящих технических условиях приведены требования к смесям для устройства верхних слоев дорожных покрытий с применением композиционных...

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconИнформационная война
Рекомендовано к печати комитетом по безопасности государственной думы российской федерации и секцией "военно-технические проблемы"...

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconПоложение о порядке выдачи разрешений на применение технических устройств...
Енение может выдаваться на единичное техническое устройство, партию либо на тип (вид) технических устройств. Допускается выдавать...

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconРусская философия, ее фундаментальные проблемы
Эта философия выражает специфику национальной жизни, интересов, характера и стиля мышления русского народа. Вопрос «кто мы, откуда...

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconКонцепция архитектуры aris 1 Типы моделей 1 Уровни представления...
Моделирование технических терминов, используемых в компании. Модели технических терминов (Technical Term Models) 40

Жанрово-технические проблемы, специфику технических icon2. Виды, периодичность выполнения, критерии назначения и нормативно-технические...
Технические условия на работы по ремонту и планово-предупредительной выправке пути

Жанрово-технические проблемы, специфику технических iconГ. Н. Черкесов, доктор технических наук, профессор. Методы и модели...
Яс­но, что решение этой проблемы требует от системы новых качеств, которыми она может и не располагать, если спроектирована для работы...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница