The discovery of the unconsciouns




НазваниеThe discovery of the unconsciouns
страница12/60
Дата публикации15.06.2013
Размер8.29 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > История > Документы
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   60

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ

Сначала динамическая психиатрия, в основном, представляла собой систематизацию наблюдений, проведенных за пациентами, находившимися под воздействием гипноза. Посредством метода свободных ассоциаций Фрейда был введен новый подход. Пациент отдыхал на диване, и ему рассказывали основное правило — говорить все, что приходит в голову, какими бы поверхностными, абсурдными, нескромными или даже оскорбительными ни казались ему эти мысли. Пытаясь выполнить эту просьбу, пациент иногда чувствовал моменты подавления и другие внутренние трудности, которые Фрейд определил как «сопротивляемость». По мере продолжения сеансов изо дня в день пациент начинал проявлять иррациональные чувства любви или враждебности по отношению к психотерапевту; Фрейд назвал их «переносом».

В действительности, оба чувства, и «сопротивляемость», и «перенос», были известны еще магнетизерам и гипнотизерам. Гипнотизеры знали, что их субъекты часто выказывают сопротивляемость впадению в гипнотический сон и, уже загипнотизированные, не исполняют определенные команды или выполняют внушенные им команды в искаженном или сокращенном виде. Форель описывал, как, вспоминая забытые события, находившийся под гипнозом пациент затруднял процедуру тем интенсивнее, чем ближе его подводили к критическим точкам, которые были для него болезненными309. Что касается переноса, то он был перевоплощением того, что было известно в течение столетия как взаимопонимание, и на чем Жане недавно сфокусировал внимание как на сомнамбулическом воздействии310. Инновации Фрейда заключаются не во введении понятий сопротивляемости и переноса, но в идее исследования их посредством анализа как основного средства терапии.

Глубинную психологию можно понять как комбинирование находок самоанализа Фрейда и анализа его пациентов. В его разуме эти находки подтверждали друг друга, как и большую часть теории невроза и предварительно сформулированную им модель разума.

Главные аспекты глубинной психологии представляют собой теорию сновидений Фрейда и его теорию парапраксии* - два первых его обобщения паттерна, который он вывел для истерии.

* Парапраксия - ошибочное действие, вызванное вмешательством какого-либо бессознательного желания, конфликта, потока мыслей. Классическим примером парапраксии являются оговорки, обмолвки, описки. Фрейд использовал явление парапраксии в качестве доказательства существования бессознательных процессов. - Прим. русск. ред.

- 103-

^ Генри Ф. Элленбергер

Эти теории разрабатывались одновременно и представлены в двух его наиболее известных книгах - «Толкование сновидений» в 1900 году и «Психопатология обыденной жизни» - в 1904 году.

Теория Фрейда о сновидениях обсуждалась столь часто, что она стала общеизвестной. Если рассматривать ее в свете развития психоанализа, она следует практически тому же паттерну, что и его теория истерии, созданная в 1896 году. Это утверждение становится очевидным, если теорию сновидений также представить графически, а затем сравнить обе диаграммы.

Наверху диаграммы мы расположили очевидное проявление, то есть само сновидение, настолько подробное, насколько мы способны его вспомнить. Экспериментирующие психологи пытались связать это очевидное проявление с действительными сенсорными или моторными стимуляциями, случающимися во время сна. Фрейд считал их роль второстепенной. Он видел в качестве главного фактора взаимоотношение между очевидным и скрытым проявлениями, взаимоотношение, подобное тому, которое он обнаруживал в своих пациентах между истерическим симптомом и патогенными воспоминаниями. Для обнаружения их и установления различий между ними он использовал тот же метод, то есть свободную ассоциацию. Между истерическим симптомом и патогенной памятью простиралась сеть расходящихся и сходящихся ассоциаций. Таким же способом, между очевидным и скрытым проявлениями, Фрейд описал работу сновидения с присущим ему механизмом вытеснения и сжатия, в которых также случается процесс символизации. Подобно тому как истерический симптом выражает травму в символической форме, в сновидении скрытое проявление также стремится выразить себя в символах сновидения. Почему работа сновидения превращает скрытое в очевидное? Потому что подобно тому как, существует динамический конфликт между травмой и истерическим симптомом, существует и динамический фактор, сенсор, старающийся удерживать скрытое проявление в подсознательном. Сенсор не позволяет латентному проявлению найти выражение в сновидении до тех пор, пока оно не модифицируется средствами подавления, сжатия и символизации.

Но теория Фрейда о сновидении, так же как и теория истерии, были двухэтажными доктринами. Верхний этаж занимало само сновидение с его очевидным и скрытым содержанием. В скрытом содержании Фрейд нашел в качестве одного постоянного элемента day residue («сухой остаток» дня), то есть некое более или менее незначительное дневное событие, предшествующее сновидению. И точно так же, как он соединил трав-

- 104

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ



- ^ 105-

Генри Ф. Элленбергер

му полового созревания с ранее забытым сексуальным переживанием, Фрейд обнаружил связь между «сухим остатком» дня и воспоминаниями детства. Среди многих тривиальных событий дня сновидение выбирает то, которое характеризуется некоторым отношением к памяти детства, и, как Фрейд говорит об этом, сновидение оказывается стоящим одной ногой в настоящем, а другой - в детстве. Таким образом, человека ведут из скрытого содержания еще глубже, назад к памяти детства, выражающей неосуществленное желание того отдаленного времени. Здесь Фрейд ввел представление, которое он обнаружил в своем самоанализе и в своих пациентах, а именно Эдипов комплекс: маленький мальчик хочет обладать своей матерью, желает избавиться от отца, но боится угрожающего соперника и кастрации как наказания за свои кровосмесительные чувства в отношении матери. Таковым является, говорит Фрейд, ужасный секрет, который каждый мужчина хранит в тайнике своего сердца подавленным и забытым, и который каждую ночь появляется в замаскированном виде в сновидении.

Чтобы завершить картину, мы должны добавить вторичную разработку, то есть изменения, случающиеся в реальности, когда сновидец просыпается. Нам следует сравнить это явление с редактированием, которое производит каждый журнал со статьями, присылаемыми авторами; статья может принять более организованный и приятный вид, в то время как автор может найти, что многое из того, что он действительно замыслил, было'утрачено или искажено.

Фрейд считал своим главным открытием то, что сновидение является осуществлением желания, или, если выразиться более точно, компенсаторным исполнением подавленного, неприемлемого сексуального желания, и именно поэтому цензор должен вмешаться, чтобы удерживать такое желание внизу или позволять ему появляться только в замаскированном виде. Фрейд также определял сновидение как хранителя сна: чувства, которые могут пробудить сновидца, замаскированы таким образом, что они его не тревожат. В случае, когда работа этого механизма нарушается, сновидец видит ночной кошмар и пробуждается. Как утверждает Фрейд, сновидение - еще и процесс регрессии, проявляющийся одновременно в трех видах: как документальная регрессия из сознательного в бессознательное, как временная регрессия из настоящего времени в детство и как форма рефессии с языкового уровня к образному (иллюстративному) и символическому представлениям.

Многочисленны источники теории сновидений Фрейда. Начать с того, что Фрейд сам был хорошим сновидцем, помнившим свои снови-

- 106-

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ

дения и много лет ранее ведшим записи о них в течение нескольких лет. Так называемый «сон об инъекции Ирмы» (24 июня 1896 года) снабдил его исходным эталоном в анализе сновидений и представлением о том, что сущность сновидения - это исполнение желания. Подобно многим выдающимся исследователям сновидений в прошлом, Шернеру, Мори и Эрве де Сен-Дени, Фрейд использовал большую часть личных переживаний, отражавшихся в его сновидениях, для написания книги. Да и сам Эрве де Сен-Дени открыл большую часть своих любовных похождений, но Фрейд описывал свое детство, семью и свои честолюбивые стремления.

Вторым источником послужило Фрейду наличие офомного потока литературы о сновидениях, появившегося в девятнадцатом столетии311. Его обращенные к Флиссу жалобы на поверхностность этих книг не следует воспринимать слишком буквально, так как он сам многое почерпнул из них. Однако ему не удалось найти книгу Эрве де Сен-Дени, да и о Шернере, видимо, он знал только из отчетов, написанных Фоль-кельтом, так что не смог в полной мере оценить оригинальность Шер-нера312. Именно Шернер утверждал, что сновидения можно интерпретировать научно, в соответствии с правилами, свойственными их природе, и что определенные символы сновидений несут в себе общепринятое смысловое значение. Среди других были сексуальные символы, которые в основном были практически такими же, какие позже описал Фрейд313. Механизмы подавления и сжатия были описаны под другими названиями множеством авторов. Термин «работа сновидения» (Traumarbeit) использовал Роберт. Большую часть теории Фрейда можно обнаружить в трудах Мори, Штрюмпеля, Фолькельта и особенно у Делажа. Делаж предлагал для обсуждения концепцию динамической энергии подавления, имея в виду, что образы наполнены психической энергией подавления и запрета друг друга, или могут сливаться в одно целое; что в сновидениях существуют цепочки ассоциаций, которые иногда удается частично реконструировать, и что старые воспоминания можно вызвать из сновидений посредством ассоциаций с недавними образами.

Оригинальность теории Фрейда содержится в четырех инновациях. Первая состоит в предложенной им модели сновидения, где проявление отлично от скрытого содержания и существует одновременно в настоящем и отдаленном прошлом. Вторая — в его утверждении, что представляемое содержание является искажением скрытого содержания, происходящим в результате подавления цензором. Доказательством справед-

- 107-

ливости этой мысли можно считать факт, что Поппер-Линкеус недавно выразил идею, что абсурдность и бессмысленность сновидений происходят от чего-то непристойного и потаенного в сновидце314. Но Фрейд, конечно, не выводил свою теорию из его работ315.

Третья инновация Фрейда заключалась в применении свободной ассоциации как метода для анализа сновидений, а четвертая состояла во введении систематического толкования сновидений в качестве инструмента психотерапии.

Достаточно любопытно, что Фрейд приписывал Льебо идею о том, что сновидение служит охранником сна, в то время как ничего подобного в работах Льебо найти не удалось316. В более поздних изданиях Фрейд приводил новые примеры сновидений и расширил часть, посвященную символам сновидений, частично находясь под влиянием Абрахама, Ференци, Ранка и Штекеля. Кроме того, Фрейд включил находки Зильберера, касающиеся драматизации в гипнотических сновидениях. Он рассматривал особые виды сновидений более подробно, такие, например, как о сдаче экзаменов, о пребывании без одежды или о смерти тех, кого сновидец любит.

После теории истерии и теории сновидений третьим значительным вкладом Фрейда в глубинную психологию была его «Психопатология обыденной жизни», которая также разрабатывалась им в течение и на основе самоанализа. Она публиковалась с продолжениями в психиатрическом журнале с 1898 по 1903 годы317, и наибольшая ее часть появилась в виде книги в 1904 году318.

В первом выпуске 1898 года Фрейд работал с ситуацией, в которой личность внезапно забывает свое имя, не может вспомнить его, несмотря на прилагаемые усилия, и опознает его сразу, как только услышит. Прилагаемые усилия для поиска забытого имени приводят на ум только другие слова. Фрейд обнаружил, что эти другие слова возникают в памяти не случайно, что они формируют цепочки ассоциаций, сходящихся и расходящихся в узловых точках, и что эти ассоциации имеют отношение к подавленному материалу. Таким образом, забывчивость является, скорее, результатом конфликта между сознанием и бессознательным, нежели просто результатом ослабления представления.

В 1899 году появилась статья Фрейда «Скрытые воспоминания» {Deckerinnerungen). Среди наших самых давних воспоминаний некоторые кажутся незначительными, хотя и удивительно живыми. Фрейд различал два вида скрытых воспоминаний. В более простом виде сохраненное воспоминание - не что иное, как часть более значительного це-

- 108 —

лого, которое было подавлено. Например, человек хранил воспоминания с четырехлетнего возраста: картину стола с тазом, наполненным льдом; этот образ был связан с печальным событием, смертью его бабушки, и только эта фрагментарная картина не оказалась утраченной под воздействием подавления. В более сложном виде память, проявляющаяся в индивиде, представляет собой конструкцию, в которой определенное событие из раннего детства сочетается с подавленным событием отрочества. Раннее воспоминание необязательно оказывается неверным, но является безвредным заменителем воспоминания о более позднем, неприемлемом мысленном образе. В качестве примера Фрейд говорил об анализе скрытой памяти предполагаемого пациента, которая, как убедительно показал Зигфрид Бернфельд, была слегка модифицированным автобиографическим отчетом:

Рассказчик говорит о том, что, когда ему было три года, его семья вынуждена была переменить счастливую жизнь в сельской местности на более суровое проживание в большом городе. Он вспоминал, как в возрасте двух с половиной лет играл на лугу, усыпанном одуванчиками, с мальчиком и девочкой, своими сверстниками и двоюродными братом и сестрой. Он и его кузен вырвали из рук девочки пучок одуванчиков, собранных ею, и крестьянка дала ей ломоть черного хлеба в качестве утешения. Мальчики также получили куски этого необыкновенно вкусного хлеба. Это воспоминание нахлынуло на него после того, как в семнадцатилетнем возрасте он оказался в маленьком городке, где родился, и очаровал пятнадцатилетнюю девочку в желтом платье. Когда ему было двадцать лет, он посетил своего богатого дядюшку, где снова встретился со своей кузиной из раннего детства; двое молодых людей не смогли влюбиться друг в друга и пожениться, что соответствовало желаниям их старших родственников, не выполнили замысла, который мог бы обеспечить экономическую независимость рассказчика. Значение скрытых воспоминаний, таким образом, состояло в том, чтобы предложить невинную детскую «дефлорацию» как замену взрослого желания и испробовать вкус хлеба как символ экономической независимости. Из этого примера можно понять, что отношение между более недавним событием юности и ранним воспоминанием из детства подобно отношению между «сухим остатком дня» и событиями детства в теории сновидений Фрейда319.

Большая часть «Психопатологии обыденной жизни» состоит из статей об оговорках, забываниях, описках и других подобных действиях, объединенных общим понятием парапраксии. Хотя источник этих исследований изначально находится в самоанализе Фрейда и наблюдениях, проводившихся им над своими пациентами, эта область не была совершенно новой. Шопенгауэр и фон Гартман уже указывали на такие факты как на

- 109-

Генри Ф. Элленбергер

проявление бессознательного320. Гете, привыкший диктовать свою работу, однажды проанализировал ошибки, допущенные его секретарями321. Он обнаружил, что некоторые из ошибок были его собственными, другие были вызваны незнанием секретарем написания трудных или иностранных слов. Но остальные определялись эмоциональным состоянием секретаря. Например, секретарю показалось, что он услышал имя женщины, в которую был влюблен, и он написал его вместо того слова, которое было произнесено в действительности. Во времена Фрейда психология начала исследовать эту проблему. В 1895 году Мерингер и Майер опубликовали материалы исследования оговорок, но обращали больше внимания на произношение, чем на смысловые значения322. Несколько других источников оказались ближе к подходу Фрейда: один из них - исследования Ганса Гросса, прославленного криминалиста из Граца и основателя судебной психологии323. В 1880-е годы Гросс систематически исследовал показания свидетелей, обвинял некоторых в намеренных оговорках и подобных им проявлениях и публиковал соответствующие результаты своих наблюдений в статьях и учебниках. Гросс рассказал о человеке, заменившем подлинного свидетеля для того, чтобы представить ложные показания, сначала устные, а затем - письменные. Он выдал сам себя в последний момент, непреднамеренно написав свое собственное имя под фальшивыми свидетельствами. Гросс обнаружил, что фальшивые свидетели неизменно выдают себя, даже хотя бы одним словом, а также своими позами, выражениями лиц или жестами. Существует юмористический роман Теодора Ви-шера, в котором он создал ставший популярным термин «коварство вещей» {Тпске des Objekts), чтобы описывать злоключения, постоянно происходящие с некоторыми людьми, как если бы маленький демон управлял вещами, пряча или подменяя их324.

Представление о парапраксиях, если не их теория, было хорошо известно некоторым современникам Фрейда. Карл Краус в своем журнале «Die Fackel» занимался коллекционированием забавных опечаток, показывавших, что наборщик догадывался и невольно предавал истинную мысль писателя. Некоторые писатели свободно пользовались па-рапраксией как приемом настолько очевидным, что не было необходимости объяснять его читателю.

В своем «Путешествии к центру Земли»325 Жюль Верн обрисовал старого немецкого профессора, пытающегося расшифровать криптограмму с помощью своего племянника, тайно влюбленного в дочь профессора, Грюбен. Молодой человек верит в то, что нашел ключ к разгадке, и, к его изумлению, ключ приводит его к такому тексту: «Я влюблен в Грюбен». В книге «Двад-

~ 110-

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ

цать тысяч лье под водой»326 тот же автор рассказывает, как профессор Арро-накс ищет гигантские жемчужины на дне моря. Он не информирует своих компаньонов о том, что это место кишит акулами, но, когда рассказывает им о гигантской устрице, говорит, что в ней заключено «не менее ста пятидесяти акул». Увидев изумление на лицах компаньонов, он немедленно воскликнул: «Я сказал, акул? Я имел в виду сто пятьдесят жемчужин! Акулы не имеют никакого отношения к этому делу».

«Психопатология обыденной жизни» была хорошо принята, часто заново редактировалась, увеличивалась в объеме и переводилась на множество языков, а психоаналитики начали публиковать собственные коллекции парапраксий327.

Четвертым огромным вкладом Фрейда в глубинную психологию стала его книга «Остроумие и его отношение к бессознательному», тема, над которой он начал работать в 1897 году328. Множество теорий возникло по поводу психологии шуток, комического и юмористического. К работе на эту тему Фрейда подтолкнуло появление книги Теодора Липпса «Комизм и юмор», но воистину отправной точкой стало его наблюдение над опре-деленными чертами сходства в механизмах шуток и сновидении^*.

Фрейд различал в шутках определенные технические приемы и определенную тенденцию (другими словами, элемент формы и элемент содержания). Он обнаружил методы уплотнения, вытеснения, выражения идеи через ее противоположность и т. д., подобные тем, которые применяются в работе сновидения. Что касается тенденций, Фрейд различал безобидные шутки, удовольствие от которых исходило только от используемого технического приема, и тенденциозные, побуждением для создания которых была или агрессивность, или непристойность, или и то и другое. Непристойные шутки подразумевают присутствие, по меньшей мере, трех персон - шутника, субъекта и наблюдателя. Они мысленно выражают желание сорвать одежду или совратить. Шутками наслаждаются, восхищаются как их техническими приемами, так и тенденциями. Тенденциозные шутки, кроме того, помогают нам переносить подавленные желания, позволяя дать им выход общественно приемлемым способом. Два главных различия между шутками и сновидениями Фрейд увидел в том, что сновидения выражают исполнение желания, а шутки удовлетворяют потребность в удовольствии от игры; сновидения - это регрессия от языкового уровня до мышления посредством картин, а в шутках регрессия направляется от логической речи к игровому языку (обращение к игровой функции языка, в которой малыши находят столько удовольствия).

- 111-

Книга Фрейда о шутках — одна из наиболее редко читаемых его работ. Она наполнена занимательными историями, но не поддается переводу из-за игры слов, а кроме того, предполагает знание читателем творчества таких немецких классиков, как Гейне и Лихтенберг. Ее «еврейские истории» доставляли читателям того времени больше радости, чем в наши дни. Это - работа человека, безмерно радовавшегося местным анекдотам и остроумию, но большинству этих историй в наше время требуются комментарии. Эта книга в большей степени, чем «Толкование сновидений», отражает современную венскую жизнь. Этой своей работой Фрейд воздвигнул маленький мемориал духу Вены в период двойной монархии330.

До сих пор мы подводили итоги исходных положений глубинной психологии, касающихся истерии, сновидений, парапраксий и шуток; теперь попытаемся определить две общие модели, лежащие в основе этих положений. Одна из этих задач проста, другая - более сложная.



Простую модель можно выразить графически двумя параллельными линиями, верхняя из которых обозначает уровень сознания и очевидных представлений, нижняя - уровень бессознательного и скрытых представлений, являющихся причиной сознательных представлений. Психологическая жизнь отражается одновременно на обоих уровнях, которые могут очень сильно отличаться друг от друга и вызывать конфликт. Эта модель была первоначально разработана Брейером и Фрейдом в их «Исследованиях истерии». На верхней линии мы расположили истерические симптомы (С), а на нижней - подсознательные мотивации (Т), которые Брейер и Фрейд, следуя примеру Шарко и Жане, сочли бессознательными представлениями (или на языке того времени - трав-

- 112-

матическими воспоминаниями). Предположим, что симптом «С» находится на верхней линии, а травматическое воспоминание «Т» - на нижней, ассоциация между «С» и «Т» утраивается. Здесь существует герменевтическое отношение; симптом «С» подобен коду на известном языке, помогающему личности расшифровать текст, написанный на неизвестном языке. Существует взаимоотношение между воздействием и причиной, а в-третьих, есть еще и терапевтическое отношение. «С» можно удалить, произведя определенное воздействие на «Т», как например, поместив его в сознание и познав его. Клиническая интерпретация, научное понимание и терапевтическое удаление симптома могут, таким образом, почти совпадать друг с другом.

Это - развитие эффекта, обнаруженного Жане и Брейером. Инновацией Фрейда явилась динамическая концепция взаимоотношений «С» и «Т». «Т» имеет тенденцию выражать себя в сознании, но «Т» задерживается и содержится в подсознательном посредством активного усилия, называемого repression (вытеснением). Этот внутренний конфликт поглощает психологическую энергию, которую можно высвободить, когда пациент излечивается от своего симптома.

Успешность вытеснения бывает различной. Если вытеснение оказывается исключительно сильным, травматические воспоминания остаются скрытыми, и «С» исчезает. Если вытеснение оказывается исключительно слабым, «Т» всплывает непосредственно на поверхность и выражает себя в явной форме; здесь «С» и «Т» настолько похожи, что исчезает потребность в расшифровке. Нам приходится иметь дело с симптоматическим действием. В промежуточных ситуациях, когда вытеснение неспособно удерживать «Т» полностью в бессознательном, существует некоторый вид равновесия или компромисса между обеими силами в форме некоего симптома. «С» выражает «Т» в замаскированном виде и нуждается в расшифровке.

Та же модель применима к психологии сновидений, с той лишь разницей, что вместо симптома «С» мы имеем проявляющееся содержание, вместо травмы «Т» - скрытое содержание, а между ними - силы вытеснения, называемые цензором и действующие в механизмах подавления и сжатия. Здесь мы также имеем три вида сновидений. Сновидения первого типа - невозвратимо утрачиваемые, как только сновидец пробуждается, сравнимые с теми скрытыми симптомами, которые имеют место, когда силы подавления оказываются настолько мощными, что ничто не возникает на поверхности. К противоположному типу относятся те понятные, ребяческие сновидения, сравнимые с симптомати-

- 113-

Генри Ф. Элленбергер

ческими воздействиями; вытеснение настолько несущественно, что скрытое представление показывается в незамаскированном виде в пред-ставимом содержании. Большинство сновидений относится к промежуточному типу, компромиссу между бессознательными силами, стремящимися выразиться в сознании, и силами подавления.

Та же схема применима для парапраксий. В случае симптоматической забывчивости, например, мы имеем в качестве «С» потерю памяти, вместо «Т» - волнующее скрытое представление, а между ними - силу вытеснения. Здесь мы также различаем три вида, определенных Далби-зом331. Первый вид представляют запрещенные воздействия, где действует полное и успешное вытеснение, как например, когда забыто нечто важное, что человек хорошо знает. Противоположными являются симптоматические воздействия, выполняемые под влиянием бессознательного импульса, когда индивид не знает, почему он действует именно таким образом. Между этими двумя видами находится группа тревожащих воздействий, когда имеет место неполное вытеснение. Большинство оговорок и описок принадлежит к этой группе.

В отношении шуток можно применять подобную модель глубинной психологии, но применима и более сложная модель, при условии, что сама игра словами занимает место «С», скрытая под ней мысль замещает «Т», а методика создания остроты заменяет вытеснение.

До сих пор мы описывали упрощенную модель глубинной психологии, но существует и более сложная модель, содержащая верхний и нижний уровни. При истерии мы обнаруживаем на верхнем уровне симптомы, связанные цепочками памяти с некоторыми травматическими воспоминаниями поры наступления половой зрелости, а оттуда - с воспоминаниями детства на нижнем уровне. В сновидении верхний уровень занимает представляемое содержимое, связанное через работу сновидения и цензора со скрытым содержимым. Последнее относится к нижнему уровню, к месту хранения подавленных детских желаний. В книге «Психопатология повседневной жизни» равная по сложности модель применяется для тех скрытых воспоминаний, в которых события отрочества, находящиеся между памятью о настоящем и воспоминаниями детства, дают ключ к разгадке. Наконец, двухуровневая модель применяется для тех шуток, в которых предварительное удовольствие обещано «техническими приемами» (сравнимыми с работой сновидения), но на нижнем уровне находит свое удовлетворение злобная или сексуальная шутка.

Но это еще не все, так как глубинная психология предлагает «зерно» третьей, более сложной модели. Подобно тому, как в разуме взрослого

- 114-

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ

индивида Фрейд обнаруживал влияние забытого мира детства, он представлял себе и более глубокий слой, присущий человечеству в целом, на котором находится множество универсальных сексуальных символов, обнаруживаемых в сновидениях. Это произошло незадолго до того, как Фрейд должен был вывести из универсального характера эдипова комплекса концепцию убийства исконного отца его сыновьями.

Все эти понятия глубинной психологии могут оказаться теоретическими и абстрактными, но они становятся живой реальностью, когда иллюстрируются клиническим случаем. Такова классическая история Доры, которую Фрейд лечил в 1900 году, хотя опубликовал ее историю только в 1905343. Этот рассказ отличается своей литературной ценностью и искусством, с которым автор выдерживает читателя в постоянном напряжении на протяжении всего чтения. Вначале Фрейд затратил большие усилия, чтобы объяснить, что, с научной точки зрения, нет ничего дурного в обсуждении половых вопросов (эта предосторожность кажется странной, когда наблюдаешь за потопом сексуально-патологической литературы, продолжающим затапливать всю Европу со времен Крафт-Эбинга). Историю Доры можно также рассматривать как принадлежащую к современной разоблачающей литературе. В истинно ибсеновской манере мы сталкиваемся сначала с ситуацией, кажущейся безобидной, но, по мере развития событий, нас приводят к открытию сложных взаимоотношений, и перед нами открываются тяжкие тайны.

Дора, юная восемнадцатилетняя девушка, страдающая от нескольких классических симптомов petite hysterie, живет со своим отцом, процветающим промышленником, матерью, полностью поглощенной домашними обязанностями, и старшим братом. Как и во множестве других семей, дочь привязана к отцу, а сын - к матери. Родители Доры тесно связаны дружескими узами с господином и госпожой К., с которыми часто проводят отдых, а Дора проявляет трогательную заботу об их двух малолетних детях.

Уже первое исследование показывает запутанность ситуации. За часто недомогающим отцом Доры ухаживает госпожа К., и Дора возмущается по этому поводу. К ее негодованию, господин К. осыпает Дору подарками и цветами. Негодуя, Дора признается матери в том, что господин К. делает ей гнусные предложения, в которые отец отказывается поверить. Господин К. все отрицает и в ответ сообщает, что узнал от жены, что Дора читает полупорнографические сочинения Мантегацци333. Постепенно Дора высказывает все более поразительные признания своему аналитику. Она совершенно убеждена в том, что ее отец и госпожа К. состоят в любовной связи. Четыре года тому назад господин К. поцеловал ее, и она испытала к нему сильное отвращение. Она сама ощущает себя предоставленной отцом господину К. в обмен на согласие того на любовные отношения отца с госпожой К. С другой стороны,

- 115-

становится очевидным, что Дора поощряет действия отца. Вслед за тем становится известно о гувернантке, посвятившей девушку в суть сексуальных вопросов и объяснившей ей природу отношений отца и госпожи К. Гувернантка, влюбленная в отца Доры, расточает свои заботы о молодой девушке. Но когда Дора осознает это, то заставляет родителей уволить гувернантку. В беседах с аналитиком выясняется, что, если Дора столь сильно привязана к маленьким детям К., стало быть, она страстно влюблена в К., вопреки ее заверениям в противоположном. Тем не менее, Дора весьма привязана к своему отцу, и, как оказалось, тайная цель ее истерических неврозов состоит в том, чтобы тронуть его сердце и отдалить его от госпожи К.

Но это еще не все. Посредством завуалированных намеков Дора дает понять, что она осведомлена о том, что ее отец - сексуальный импотент и, следовательно, его отношения с госпожой К. неизбежно должны носить ненормальный характер. В самом деле, кажется, что Дора гораздо лучше разбирается в сексуальных вопросах, чем казалось вначале. Именно в этом аналитик находит ключ к пониманию истерического кашля Доры. Но Дора не только влюблена в отца и господина К.; она испытывает романтическое влечение к госпоже К. Ранее Дора делила с ней комнату и до сих пор говорит о ее «восхитительном белом теле», и именно госпожа К., еще даже до гувернантки, посвящала ее в сексуальные вопросы и давала читать книги Мантегацци. Но с того момента, когда Дора поняла, что госпожа К. заботится о ней только потому, что любит ее отца, она отвергла ее точно так же, как впоследствии гувернантку.

В этот момент психоанализ показывает, что способен продвинуться куда дальше, чем любой шедевр «обнажающей литературы». Фрейд хочет продемонстрировать, как толкование снов будет в дальнейшем способствовать лечению, заполняя провалы в памяти и поставляя объяснение симптомов. Два сновидения Доры и их толкования слишком сложны для того, чтобы сделать здесь какие-либо выводы. Позволим себе только сказать, что первое сновидение выражает ее желание, чтобы отец помог ей избавиться от искушения господина К., что оно раскрывает ее старую кровосмесительную любовь к отцу, что в детстве она доставляла себе удовлетворение мастурбацией, что знала о том, что отец болен сифилисом и заразил им ее мать, и что она подслушала сексуальные подробности интимной жизни родителей. Второе сновидение ведет читателя еще дальше в сферу тайных сексуальных желаний Доры и к символизму некоего рода «сексуальной географии».

Этот краткий отчет не может передать полностью сложность истории Доры со всеми лабиринтами межличностных отношений и их отражений в виде невротических симптомов. Мы видим, что мать Доры регулярно заболевает накануне возвращения мужа, в то время как Дора болеет столь долго, сколь господин К. отсутствует, и поправляется, как только он возвращается. Мы узнаем также о том, что люди одалживают, как это случается, невротические симптомы друг у друга, как в других примерах соматические симптомы представляют собой выражения скрытых или бессознательных чувств, как отрицание может быть эквивалентно признанию и как обвинения других мо-

- 116-

гут представлять на самом деле самообвинения. Также выносится на обсуждение герменевтическая и терапевтическая значимость переноса.

Современный психоанализ счел бы трехмесячный курс лечения Доры слишком коротким, а использованные методы - неадекватными во многих отношениях. Но, отстранившись от присущего данному случаю интереса, можно сказать, что история Доры точно определяет стадию развития глубинной психологии в начале 1900-х. Фрейд лично провозгласил, что бессознательное не отличает факты от фантазий. Некоторые читатели нашли, что это различие в истории Доры было недостаточно острым, и остались при своем мнении. Именно в таком свете следует рассматривать ранние противоречия, возникшие в области психоанализа.

Работа Фрейда: f

V - Теория либидо

В 1905 году Фрейд опубликовал свои «Три очерка по теории сексуальности»334. Эта выразительная брошюра оставляет впечатление, что является в большей степени кратким резюме более пространной книги, чем оригинальной работой самостоятельного значения. Действительно, более поздние издания были значительно расширены, но для понимания первоначальной теории следует читать издание 1905 года.

Первый очерк классифицирует сексуальные отклонения в соответствии с объектом и целью. В первой упомянутой группе находится инверсия (гомосексуальность), при пояснении этиологии которой Фрейд указывает на присущую человеческим созданиям бисексуальность и отсутствие четкого разграничения между извращением и разнообразием форм нормальной сексуальности. В сексуальности невротиков Фрейд отмечает три характерные особенности: мощное вытеснение сильного сексуального порыва, сексуальность с признаками извращения (невроз - это отказ от извращения) и ее инфантильные свойства (как еще не объединенные, частичные желания, локализованные в эрогенных зонах).

Второй очерк имеет отношение к инфантильной сексуальности. «Почему это явление остается почти неизвестным?» - вопрошает Фрейд. Не только в силу обычных представлений о невинности ребенка, но и потому, что своеобразная амнезия, подобная той, которую вызывает вытеснение в невротиках, стирает из памяти первые шесть или восемь лет

- 117-

Генри Ф. Элленбергер

жизни человека. «Эта амнезия служит каждому индивиду в качестве его предыстории». «Латентный период», следующий за этими годами, зависит не только от культурных, но и от органических условий и способен возвысить сексуальные инстинкты во благо общества. Затем Фрейд последовательно описал фазы развития детской сексуальности. Первой выступает автоэротическая фаза, в которой любая часть тела может быть эрогенной зоной, но ее обычной областью является рот, с удовлетворением в форме сосания. После этой «оральной фазы» главной эрогенной зоной становится анус, а удерживание фекалий доставляет удовольствие. Эта зона замещается в третьей фазе гениталиями, отсюда - частота детских мастурбаций. На протяжении этих фаз ребенок представляет собой «полиморфного извращенца», что означает, что в нем присутствуют возможности для всех извращений, которые в определенных обстоятельствах могут развиться у многих взрослых. Фрейд также привел список источников сексуальной стимуляции (включающий ритмичные движения, мускульную активность, сильные эмоции и интенсивную интеллектуальную деятельность). Он указал при этом на структурный элемент в индивидуальных многообразиях сексуальности. В более поздних изданиях Фрейд добавил во втором очерке подробности инфантильных сексуальных теорий и эффекты воздействия на ребенка «самой ранней сцены» (наблюдения ребенка за родительскими сексуальными сношениями).

Третий очерк называется «Трансформации в пору половой зрелости». За биологическим переворотом при достижении половой зрелости следует сдвиг от автоэротизма к сексуальным объектам, от частичных желаний к их объединению при главенствующей роли генитальной зоны и от индивидуального удовольствия к услужению во имя деторождения. На этой стадии сексуальное удовольствие, каковое существует у ребенка, выживает в виде «предварительного удовольствия», стимулирующего более полное удовлетворение. Фрейд сравнивал этот механизм с механизмом тех шуток, в которых способ производит предварительное удовольствие и стимулирует более глубокое удовлетворение через высвобождение агрессивных или эротических чувств. Далее следует психосексуальное отличие мужчин от женщин. Либидо — говорил Фрейд — в своей основе представляет в природе мужское, независимо от того, случается оно у мужчины или женщины, и каковым является его объект; но в то же самое время Фрейд усваивает от Флисса фундаментальную бисексуальность человеческих существ. Затем Фрейд описывает развитие психосексуальности в мужчинах, в которых она проста, и в жен-

- 118-

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ

щинах, где она имеет более сложный характер, отсюда - большая предрасположенность женщины к истерии. Остальная часть очерка посвящена проблеме нахождения любовного объекта. Самым первым объектом детской сексуальности является собственное тело и материнская грудь; после отлучения от материнской груди сексуальность становится автоэротической, и лишь позже она должна переориентироваться на некий объект. Первый объект, мать, целуя и лаская младенца, пробуждает в нем инфантильную сексуальность, приводящую к эдиповой ситуации, тема которой получила значительное развитие в более поздней психоаналитической литературе. Фрейд указал на значимость этого раннего воспитания для будущего любовного выбора и для судьбы индивида. В своем резюме Фрейд подчеркнул роль структурного элемента, в которой он также ссылается на частоту наследственного сифилиса, встречающегося у невротиков.

Вопреки краткости изложения, «Три очерка...» содержат синтез значительной широты и пределов понимания, на основе которых сам Фрейд и целые поколения психоаналитиков должны были расширять свои исследования. Мы не станем подробно останавливаться на этих выкладках, которые были подробно истолкованы столь многими авторами. Попытаемся лишь поместить теории Фрейда в контекст современной сексуальной патологии.

Сексуальные теории Фрейда концентрируются вокруг нескольких тем. Первая - понятие либидо - касается сексуального инстинкта с его эмбриологией, последовательными фазами эволюции и метаморфозами. Вторая подчеркивает превратности выбора любовного объекта, особенно на фоне эдипова комплекса. Третья, основывающаяся на предыдущей, — интерпретация определенных характерных типов (особенно оральных и анальных) неврозов и сексуальных отклонений. Четвертая — система сексуального символизма. И, наконец, исследования ранних событий в сексуальной жизни, ранних сексуальных фантазий и их роли в последующей эмоциональной жизни.

Когда «Три очерка» появились в 1905 году, в духе времени был чрезвычайный интерес к сексуальным проблемам, и потому трудно различить границу между работами Фрейда и параллельными результатами, имевшими место в его окружении335. Сексуальные нравы в того времени сохранили слишком мало, если вообще что-либо, от установок, символизировавшихся словом «викторианство». Огюст Форель в своих мемуарах приводит яркое описание распущенности сексуальных нравов в Вене, добавляя, что в Париже дела обстояли ничуть не лучше336. Зил-

- 119-

Генри Ф. Элленбергер

бург упоминает, что «союзы свободной любви» процветали по всей царской империи среди студентов и подростков, и что это было «явлением социологического характера», никоим образом не ограниченного пределами России337. Проблемы венерических заболеваний, контрацепции и сексуального просвещения детей обсуждались открыто и повсеместно. Все возможные грани сексуальной жизни появлялись «с ослепляющей искренностью» (выражение Зилбурга) в работах Мопассана, Шниц-лера, Ведекинда и многих других; они также обсуждались в какой-то неистовой манере в журналах, таких, например, как «Die Fackel» Карла Крауса. Шопенгауэр уже отвел метафизике пола (Sexus) центральное место в своей философии; в наши времена Вейнингер поднял вопрос о доктрине сексуального мистицизма в книге, встреченной с необычайным успехом338. Далее схожие системы разрабатывались Розановым и Винтуисом339. Сверх перечисленного, новая наука - сексуальная патология, медленно развивавшаяся в течение девятнадцатого столетия, получила решительный толчок тридцатью годами раньше, в результате публикации Крафт-Эбингом его «Половой психопатии». Начиная с 1886 года поток литературы на эту тему постоянно возрастал, что породило трудности ее обозрения. В 1899 году Магнус Хиршфельд начал публикацию ежегодника, часть которого пыталась осветить текущую библиографию того времени340. В то время как первый том состоял из 282 страниц, четвертый (в 1902 году) насчитывал 980 страниц, пятый (в 1903 году) -1368 страниц, шестой (в 1904) - 744 страницы, а в 1905 - 1084 страницы. Неудивительно, что в «Трех очерках.:.» Фрейда есть мало чего такого, что невозможно было бы обнаружить среди фактов, теорий и размышлений, содержащихся в этом литературном потопе.

Источники теории либидо многочисленны. Позвольте напомнить, что терминами auto-erotism (автоэротизм), erogenous zones (эрогенные зоны) и libido (либидо) к тому времени уже пользовались341. Первые модели единого понятия сексуального инстинкта предлагались философами, начиная с Платона. Как Платон, так и Фрейд указывали на врожденную бисексуальность человеческого существа и сублимацию сексуального инстинкта. Георгиадис указывает на то, что Фрейд считал либидо свойством мужского пола, в то время как Платон оценивал гомосексуальную любовь как высшую в сравнении с гетеросексуальной и считал возвышенную гомосексуальную любовь источником всех высших чувств342. Уже упоминалось о глубоко развитых аналогиях между теорией либидо Фрейда и философией Шопенгауэра343, как и о расширенной концепции Арреа о сексуальном инстинкте344. Биологи продви-

-120-

7. Зигмунд Фрейд и психоанализ

гались по следам философов. Глей в 1884 году предположил, что врожденная анатомическая бисексуальность должна была оставить психологические следы в человеке, и что они, в свою очередь, могли стать отправной точкой гомосексуальности345. Подобные теории были разработаны и клиницистами. Дессуар346 в 1894 году и Молл347 в 1898 году описали две стадии эволюции сексуального инстинкта; за недифференцированной стадией следовала дифференцированная; некоторые индивиды, как они утверждали, остаются, по крайней мере частично, в недифференцированной стадии, вследствие чего случается гомосексуальность или другие перверсии. Две работы в 1903 году предложили теорию, основанную на концепции фундаментальной бисексуальности человека. На одну из них - известную работу «Пол и характер» - ссылка уже приводилась; другая, менее философская, но в большей степени соответствовавшая клинической точке зрения, - книга Хермана «Либидо и мания»348. Как утверждает Херман, все сексуальные отклонения происходят из-за комбинированного воздействия человеческой бисексуальности и нарушений душевного равновесия на стадиях развития либидо (в смысле, приданном этому термину Моллом). Сексуальные отклонения от нормы классифицируются в три группы: первая - различные формы «асексуальности» (сексуальный инфантилизм, автоэротизм и т. п.), ко второй относятся отклонения, идущие от бисексуальности, в третью входят те, в которых обнаруживается «супрасексуальность» (главным образом аномальная, сенильная сексуальность). Большинство сексуальных отклонений принадлежит ко второй группе, в которой Херман классифицирует их попарно (гомосексуализм-лесбиянство, садизм-мазохизм и т. д.). Будет ли недифференцированное либидо направлено на мужчину или женщину, в высшей степени зависит от случайности: в этом отношении приводим ссылку на Мейнерта349. С книгой Хермана «Либидо и мания» Фрейд определенно был ознакомлен, так как он упоминает о ней в «Трех очерках...».

Представления об инфантильной сексуальности и ранних фазах сексуального развития не были совершенно новыми. Идея о том, что удовольствие, испытываемое грудным ребенком у материнской груди, позже нашедшая выражение в эстетическом удовольствии, была обнаружена еще Эразмом Дарвином350. Первопроходцем-исследователем орального эротизма у детей был венгерский педиатр Линднер, описавший множество разнообразных вариантов сосания пальца, простых и комбинированных, и предположивший, что они являются выражениями инфантильного эротического удовлетворения351. Эта статья привлекла

- 121-
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   60

Похожие:

The discovery of the unconsciouns iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
На тему бизнес-модель познавательных каналов вгтрк и холдинга discovery. Сравнительный анализ



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница