Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол»




Скачать 12.34 Mb.
НазваниеКнига французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол»
страница3/69
Дата публикации15.06.2013
Размер12.34 Mb.
ТипКнига
www.lit-yaz.ru > История > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   69
^

Часть первая. Судьба

Глава 1 ДАННЫЕ БИОЛОГИИ


Женщина? Это же так просто, говорят любители простых формулировок, — матка да яичники, одним словом, самка. В устах мужчины слово «самка» звучит как оскорбление. В то же время своих животных качеств он не стыдится, наоборот, гордится, если про него скажут: «Ну и самец!» Термин «самка» звучит уничижительно не потому, что обозначает женщину в ее природной сущности, а потому, что он определяет ее исключительно по половой принадлежности. Если даже самки невинных животных кажутся мужчине чем-то презренным и враждебным, то причину этого, очевидно, следует искать в той тревожной неприязни, что внушают ему женщины. А оправдание этого чувства он хочет найти в биологии. При слове «самка» у него возникает целый калейдоскоп образов: огромная круглая яйцеклетка захватывает и оскопляет проворный сперматозоид; чудовищно раскормленная царица термитов повелевает порабощенными самцами; самка богомола или паучиха, пресытившись любовью, давят и пожирают своего партнера; сука в период течки рыщет по закоулкам, оставляя за собой шлейф непотребных запахов; обезьяна бесстыдно выставляет себя напоказ или прячется в приливе лицемерного кокетства; самые великолепные хищницы — тигрица, львица, пантера — раболепно стелются под царственными ласками самца. В женщине — инертной, нетерпеливой, хитрой, глупой, бесчувственной, похотливой, кровожадной, униженной — мужчина видит проекцию всех самок одновременно. Да она и в самом деле самка. Но если не сводить нашу мысль к общим положениям, то сразу же напрашиваются два вопроса: что представляет собой особь женского пола в животном мире и какое именно качество самки реализуется в женщине?

Самцы и самки — это два типа особей, которые внутри одного вида различаются с точки зрения размножения. Определить их можно, лишь соотнося друг с другом. Но следует сразу отметить, что смысл самого разделения видов на два пола не совсем ясен.

В природе это разделение не является универсальным. Если говорить только о животном мире, то известно, что у одноклеточных — инфузорий, амеб, бактерий и пр. — размножение в основе своей никак не связано с полом: клетки делятся сами по себе. Некоторые многоклеточные размножаются путем шизогонии, то есть множественного деления особи, чье происхождение также бесполо, или бластогенеза, то есть деления особи, порожденной половым путем; явления' почкования и дробления, наблюдаемые у пресноводной гидры, кишечнополостных, губок, червей, оболочников, — хорошо известные тому примеры. В явлениях партеногенеза неоплодотворенное яйцо развивается в зародыш без вмешательства самца, последний или вообще не участвует в процессе, или играет второстепенную роль: неоплодотворенные пчелиные яйца делятся, и из них выводятся трутни; у тли самцы в нескольких поколениях вообще отсутствуют, а из неоплодотворенных яиц выводятся самки. Искусственным путем партеногенез был получен у морских ежей, морских звезд и лягушек. Впрочем, и у простейших случается, что две клетки сливаются, образуя так называемую зиготу; оплодотворение необходимо, чтобы из пчелиных яиц вывелись самки, а из яиц тли — самцы. Некоторые биологи заключили из этого, что даже в видах, способных к однополому размножению, обновление зародышевой плазмы путем перераспределения хромосом якобы полезно для омоложения и укрепления жизнеспособности потомства. Тогда понятно, что в наиболее сложных формах жизни пол становится функцией необходимой. Якобы только простейшие организмы могут размножаться неполовым путем, да и те истощают при этом свою жизнеспособность. Но сегодня эта гипотеза признана ошибочной — наблюдения доказали, что неполовое размножение может длиться бесконечно и никакой дегенерации при этом не обнаружено. Особенно показателен в этом смысле пример бактерий. Опыты по партеногенезу становились все более многочисленными и все более смелыми и продемонстрировали, что для существования многих видов самцы вообще не нужны. Впрочем, даже если бы была выявлена полезность обмена между клетками, это было бы простой констатацией ничем не обоснованного факта. Биология констатирует разделение на два пола, но сколь бы ни была она проникнута финализмом, ей не удастся вывести это разделение ни из строения клетки, ни из законов ее деления, ни из какого-либо иного простейшего явления.

Существования гетерогенных гамет1 недостаточно, чтобы определить два различных пола; действительно, часто случается, что дифференциация производящих клеток не ведет к разделению вида на два типа особей — обе разновидности клеток могут принефлежать одной особи. Так бывает в случае гермафродитных видов, столь многочисленных у растений и встречающихся среди некоторых низших животных, например среди кольчатых червей и моллюсков. Тогда размножение происходит или путем самооплодотворения, или перекрестного оплодотворения. В связи с этим пунктом некоторые биологи попытались узаконить установленный порядок. Они рассматривали гонохоризм, то есть систему, при которой различные гонады2 принадлежат разным особям, как усовершенствованный вариант гермафродитизма, получившийся в результате эволюции. Другие же, напротив, считали гонохоризм первичным, а гермафродитизм его дегенерацией. Как бы то ни было, эти основанные на эволюции представления о превосходстве одной системы над другой влекут за собой более чем спорные теории. Единственное, что можно с уверенностью утверждать, — это что оба названных способа воспроизводства сосуществуют в природе, что оба они обеспечивают непрерывное продолжение вида и что гетерогенность организмов — носителей гамет, как и гетерогенность самих гамет, представляет собой явление необязательное. Итак, разделение особей на самцов и самок является ι фактом ни из чего не выводимым и случайным.

Большинство философий приняли это разделение как данность, не пытаясь объяснить его. Известен платоновский миф: вначале были мужчины, женщины и андрогины, у каждого индивида было два лица, четыре руки, четыре ноги и два сросшихся тела; однажды они были разбиты надвое, «как разбивают надвое яйцо», и с тех пор каждая половина стремится найти вторую, недостающую половину — впоследствии боги решили, что от совокупления двух несхожих половин будут появляться новые человеческие существа. Но эта история ставит своей задачей объяснить только любовь — разделение полов сразу принимается как данность. Не дает ему обоснования и Аристотель, ибо если любое действие требует взаимодействия материи и формы, необязательно, чтобы активное и пассивное начала распределялись по двум категориям гетерогенных индивидов. И таким образом, святой Фома Аквинский объявляет женщину существом «случайным» и тем самым утверждает — в мужской перспективе — случайный характер половой принадлежности. Гегель в свою очередь изменил бы своему исступленному рационализму, если бы не попытался логически ее обосновать. Пол, согласно его учению, представ-

1 Гаметами называются половые клетки, из слияния которых получается яйцеклетка.

2 Гонадами называются железы, производящие гаметы.

 

ляет собой опосредование, через которое субъект конкретно постигает себя как род. «Род в нем как напряжение, вызванное несоразмерностью его единичной действительности, становится стремлением достигнуть сочувствия в другом представителе того же рода, восполниться через соединение с ним и через это опосредствование сомкнуть род с собой и дать ему существование — это есть процесс совокупления»1. И немного ниже: «Процесс состоит в том, Что, будучи в себе единым родом, одной и той же субъективной жизненностью, они и полагают это единство как таковое». И затем Гегель заявляет, что для того, чтобы два пола могли сблизиться, предварительно необходима их дифференциация. Но доказательство его неубедительно; слишком чувствуется здесь стремление во что бы то ни стало найти в любой операции три составляющие силлогизма. Выход особи за пределы своего «я» к виду, в результате которого особь и вид достигают подлинной реализации своей сущности, мог бы осуществиться и без третьего элемента, через непосредственное отношение родителя и ребенка — способ воспроизводства при этом может быть и неполовым. Или же отношение одного к другому может представлять собой отношение двух сходных особей, а различие тогда будет возникать за счет своеобразия особей одного типа, как это бывает у гермафродитов. Описание Гегеля раскрывает одно очень важное значение половой принадлежности — но, как всегда, его ошибка в том, что из значения он делает объяснение.

Мужчины определяют пол и взаимоотношения полов в ходе половой деятельности подобно тому, как они придают смысл и значение всем исполняемым ими функциям, но все это совершенно необязательно свойственно человеческой природе. МерлоПонти в «Феноменологии восприятия» отмечает, что человеческое существование, или экзистенция, вынуждает нас пересмотреть понятия необходимости и случайности. «Существование, — пишет он, — не имеет случайных атрибутов, в нем нет содержания, от которого зависела бы его форма, оно не допускает в себе чистого факта, так как само является движением, которое несет в себе эти факты». Это верно. Но верно также и то, что существуют условия, без которых сам факт существования представляется невозможным. Присутствие в мире неминуемо подразумевает определенное положение тела, позволяющее ему быть одновременно частью этого мира и точкой зрения на него, но при этом не требуется, чтобы тело обладало тем или иным особенным строением. В работе «Бытие и ничто» Сартр спорит с утверждением Хайдеггера, что сам факт конечности обрекает реальность человеческого существования на смерть. Он устанавливает, что можно представить себе существование конечное и не ограниченное временем. Тем

не менее, если бы в жизни человеческой не коренилась смерть, отношение человека к миру и к себе самому было бы совершенно иным, и тогда определение «человек смертен» представляется вовсе не эмпирической истиной; будучи бессмертным, живущий уже не был бы тем, что мы именуем человеком. Одна из основных характеристик его судьбы заключается в том, что движение его временной жизни образует позади и впереди себя бесконечность прошлого и будущего, — и понятие увековечения вида сопрягается с индивидуальной ограниченностью. Таким образом, явление воспроизводства можно рассматривать как онтологически обоснованное. Но на этом следует остановиться, увековечение вида не влечет за собой дифференциации полов. Если эта дифференциация принимается существующими людьми — таким образом, что оказывает обратное действие и входит в конкретное определение существования, — пусть так оно и будет. Тем не менее сознание без тела, или бессмертный человек, — вещь абсолютно невообразимая, тогда как общество, размножающееся путем партеногенеза или состоящее из гермафродитов, можно себе представить.

Что касается взаимодействия полов, то по этому поводу существуют самые различные мнения. Вначале они были лишены какой бы то ни было научной основы и отражали лишь социальные мифы. Долгое время считалось, да и сейчас в некоторых примитивных обществах с материнской филиацией считается, что отец не имеет никакого отношения к зачатию ребенка, будто бы прародительские личинки в форме живых зародышей проникают в материнское чрево. С наступлением патриархата мужчина стал жестко отстаивать право на собственное потомство. И хотя приходилось все же признавать роль матери в процессе деторождения, подчеркивалось, что ее функции сводятся лишь к вынашиванию и вскармливанию семени жизни — созидательной силой стал считаться только отец. В представлении Аристотеля, зародыш является продуктом встречи спермы и менструаций — в этом симбиозе женщина дает лишь пассивную материю, а сила, активность, движение, жизнь исходят от мужского начала. Такова же доктрина Гиппократа, который выделяет два вида семени: слабое, или женское, и сильное, мужское. Теория Аристотеля утвердилась и просуществовала на протяжении всех средних веков и вплоть до современной эпохи. В конце XVII века Гарвей нашел в роге матки заколотых вскоре после совокупления ланей везикулы, которые принял за яйца и которые на самом деле были зародышами, Датчанин Стенон назвал яичниками женские детородные железы, которые до сих пор именовались «женскими семенниками», и обнаружил у них на поверхности пузырьки, которые Грааф в 1677 году ошибочно отождествил с яйцом и которым дал свое имя. Яичник продолжали рассматривать как аналог мужской железы, Впрочем, в том же самом году были открыты «сперматические существа» и стало известно, что они проникают в матку.

Однако считалось, что там они только питаются и что в них уже заложена будущая личность. Голландец Гартсакер в 1694 году рисовал гомункула, спрятанного в сперматозоиде, а в 1699-м другой ученый заявил, что видел, как сперматозоид откинул нечто вроде оболочки и под ней оказался маленький человечек, которого он тоже нарисовал. По всем этим гипотезам, женщина должна лишь только вскармливать активное и совершенно сложившееся живое начало. Теории эти были приняты не всеми, и дискуссии продолжались до XIX века. Изучение животного яйца стало возможным в результате изобретения микроскопа. В 18 2 7 году Баер идентифицировал яйцо млекопитающих — оно представляет собой элемент, содержащийся внутри граафова пузырька, и вскоре стало возможным изучение его дробления. В 1835 году были открыты саркорн, то есть протоплазма, а затем — клетка. В 1877 году было произведено наблюдение, показавшее, как сперматозоид проникает в яйцо морской звезды; с тех пор было установлено соответствие между ядрами обеих гамет; их слияние впервые было проанализировано в 1883 году бельгийским зоологом.

Однако идеи Аристотеля полностью не утратили своего влияния. Гегель считает, что два пола должны быть различными: один — активный, другой — пассивный, и само собой разумеется, что пассивность достается в удел женскому полу. «Вследствие дифференциации мужчина являет собой принцип активный, а женщина — принцип пассивный, ибо она остается в своем неразвернутом единстве»1. И даже после того, как яйцеклетка была признана активным принципом, мужчины попытались противопоставить ее инертность подвижности сперматозоида. Сегодня вырисовывается обратная тенденция; открытия в области партеногенеза побудили некоторых ученых свести роль самца к психохи(. мическому фактору. Выяснилось, что в некоторых видах воздействия кислоты или механического раздражителя может оказаться достаточно для того, чтобы вызвать дробление яйца и развитие зародыша. С этого момента было смело выдвинуто предположение, что мужская гамета не необходима для деторождения, самое большее — ей отводится роль катализатора. Может быть, однажды участие мужчины в зарождении жизни станет ненужным — кажется, об этом мечтает множество женщин. Но ничто не дает права так смело опережать события, как ничто не дает права придавать универсальный характер специфическим жизненным проΊ цессам. Явления бесполого размножения и партеногенеза не более и не менее фундаментальны, чем воспроизводство половым путем. Мы сказали, что у последнего нет никаких априорных преимуществ, но ничто не указывает на то, что его можно свести к более элементарному механизму.

Итак, отвергая любую априорную доктрину, любую слишком смелую теорию, мы оказываемся перед фактом, не имеющим ни онтологического основания, ни эмпирического оправдания, факта, априорное значение которого нам непонятно. Лишь рассматривая его в конкретных проявлениях, мы можем надеяться докопаться до его смысла — тогда, быть может, прояснится и содержание слова «самка».

Мы не собираемся предлагать здесь философию жизни и не хотим поспешно становиться на чью-либо сторону в споре между финализмом и механицизмом. В то же время примечательно, что все физиологи и биологи прибегают к словарю, более или менее заимствованному у финалистов, — по той простой причине, что им приходится осмыслять жизненные явления. Мы воспользуемся их лексикой. Не предрешая вопроса о соотношении между жизнью и сознанием, можно утверждать, что любой живой факт указывает на трансценденцию и что любая функция заключает в себе проект — ничего большего наши рассуждения не предполагают.

В подавляющем большинстве видов организмы мужского и женского пола производят на свет потомство путем совместного действия. В основе своей они определены вырабатываемыми ими гаметами. У некоторых водорослей и грибов клетки, от слияния которых получается яйцо, идентичны; эти случаи изогамии показательны, ибо демонстрируют, что гаметы по сути своей равноценны. Обычно они различаются — но поражает аналогичность их строения. Сперматозоиды и яйцеклетки образовались в процессе ^ эволюции из первоначально идентичных клеток — развитие женских примитивных клеток в ооциты отличается от происхождения сперматоцитов на уровне протоплазмы, процессы же, происходившие в ядре, практически не различаются. Мысль, высказанная в 1903 году биологом Анселем, и сегодня не утратила своего значения: «Недифференцированная зародышевая клетка становится мужской или женской в зависимости от условий, которые она встретит в детородной железе в момент своего возникновения, — условий, определяемых превращением некоторого числа клеток эпителия в особые клетки, вырабатывающие питательное вещество». Это изначальное родство находит выражение в структуре обеих гамет, которые в пределах каждого вида содержат одинаковое количество хромосом. В момент оплодотворения смешиваются субстанции обоих ядер, и количество хромосом в каждом из них сокращается вдвое по сравнению с первоначальным. Сокращение это в обоих случаях происходит аналогичным образом: два последних деления яйцеклетки, приводящие к образованию полярных телец, аналогичны последним делениям сперматозоида. Сегодня считается, что в зависимости от вида пол может определять как мужская, так и женская гамета. У млекопитающих носителем гетерогенной хромосомы, обладающей мужским или женским потенциалом, является сперматозоид. Что касается передачи наследственных признаков, то, по статистическим законам Менделя, она равно вероятна как от отца, так и от матери. Важно отметить, что в этой встрече гамет ни у одной из них нет преимущества перед другой — обе приносят в жертву свою индивидуальность, яйцо целиком поглощает их субстанцию. Итак, существуют два распространенных предрассудка, которые — по крайней мере на уровне фундаментальной биологии — в действительности γ оказываются ложными: первый — это пассивность самки. Искру жизни не несет в себе ни одна из двух гамет — она вспыхивает от их встречи; ядро яйцеклетки представляет собой жизненное начало, в точности соответствующее ядру сперматозоида. Второй предрассудок противоречит первому, что не мешает им зачастую существовать одновременно: принято считать, что постоянство вида обеспечивается самкой, а существование мужского начала носит характер мимолетной вспышки. В действительности зародыш получает зародышевую плазму как от отца, так и от матери и потом передает и то и другое вместе своему потомству то в мужской, то в женской форме. Можно сказать, что зародышевая плазма двупола и из поколения в поколение переживает различные индивидуальные соматические превращения.

Прояснив этот момент, следует отметить, что между яйцеклеткой и сперматозоидом существуют интереснейшие второстепенные различия. Основная особенность яйцеклетки заключается в том, что она содержит вещества, предназначенные для питания и защиты зародыша. В ней накапливаются запасы, из которых плод будет формировать свои ткани, — запасы, являющиеся не живой субстанцией, а инертной материей. Вот почему она представляет собой массивное образование, сферическое или эллипсоидальное, и объем ее относительно велик. Известно, каких размеров достигает птичье яйцо; женская яйцеклетка имеет 0,13 мм в диаметре, тогда как в человеческой сперме насчитывается 60 000 сперматозоидов на один кубический миллиметр. Масса сперматозоида ничтожно мала, он состоит из нитевидного хвоста и маленькой продолговатой головки, не отягощен никакой инородной субстанцией, он — сама жизнь. Такое строение предполагает подвижность. Тогда как яйцеклетка, где сложено на хранение будущее плода, является неподвижным элементом: скрытая в организме самки или находящаяся вне его, она пассивно ждет оплодотворения. Мужская гамета сама идет ей навстречу. Сперматозоид всегда представляет собой голую клетку, а яйцеклетка, в зависимости от вида, может иметь или не иметь защитную оболочку. Но в любом случае, как только сперматозоид вступает с ней в контакт, он толкает и колеблет ее и проникает внутрь: мужская гамета теряет хвост, головка раздувается и, ввинчиваясь, достигает ядра; тем временем у яйца тут же образуется оболочка, отгораживающая его от остальных сперматозоидов. У иглокожих, где оплодотворение происходит вне организма, легко наблюдать, как множество сперматозоидов устремляются к инертной яйцеклетке и ореолом располагаются вокруг нее. Такое состояние — тоже важное явление, встречающееся в большинстве видов. Будучи гораздо меньше яйцеклетки, сперматозоиды обычно производятся в значительно большем количестве, и у каждой яйцеклетки образуется множество претендентов.

Итак, яйцеклетка, активная по своей принципиальной сущности — имеется в виду ядро, — внешне представляется пассивной. Ее замкнутая в себе, вскормленная внутри самое себя масса напоминает густоту ночной мглы и покой «в-себе-бытия»: именно в форме сферы представляли себе древние замкнутый мир, непрозрачный атом. Яйцеклетка неподвижна и всегда в ожидании, И на- · оборот, открытый, крошечный, проворный сперматозоид воплощает нетерпение и беспокойство экзистенции. Однако аллегории могут завести далеко; иногда яйцеклетку ассоциировали с имманентностью, а сперматозоид — с трансцендентностью. Лишь отказавшись от своей трансцендентности, от подвижности, проникает он в женский элемент: его захватывает и оскопляет инертная масса, которая впитывает его в себя, лишая при этом хвоста. Это — магическое действие, волнующее, как всякое пассивное действие. Активность же мужской гаметы — рациональна, это движение, измеримое в категориях времени и пространства. В действительности практически все это — чистые бредни. Мужская и женская гаметы сплавляются воедино в яйце; обе они полностью уничтожают самих себя. Было бы ошибкой утверждать, будто яйцеклетка хищно пожирает мужскую гамету, и не менее ошибочно считать, будто сперматозоид победно овладевает резервами женской клетки, поскольку в объединяющем их акте индивидуальность каждого в отдельности теряется.

Наверное, для механистического мышления движение представляется явлением по преимуществу рациональным; но для современной физики совершенно очевидна идея действия на расстоянии. Впрочем, подробности физико-химических процессов, приводящих к встрече гамет и оплодотворению, пока неизвестны. Однако из этого сопоставления взглядов можно вывести одно ценное наблюдение. В жизни сосуществуют два типа движения; для поддержания жизни необходимо ее превзойти, а превзойти ее можно только при условии ее поддержания. Оба момента всегда осуществляются вместе, пытаться разделить их — чистейшая абстракция; в то же время то один, то другой из них могут в определенный момент оказаться доминирующим. Объединяясь, обе гаметы одновременно превосходят самих себя и продлевают свое существование; но яйцеклетка по своему строению предвосхища-
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   69

Похожие:

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconЭлегантность ежика (L’elegance du herisson)
Элегантность ежика”, второй роман французской писательницы Мюриель Барбери, прославил ее имя не только во Франции, но и во многих...

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconПол Стретерн Декарт за 90 минут Просто о сложном
В книге «Декарт за 90 минут», Пол Стретерн предлагает краткий профессиональный обзор жизни и трудов Декарта и показывает влияние...

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconКнига «Года далёкие-2», являющаяся второй частью дилогии. Первая книга «Года далёкие»
Первая книга «Года далёкие» выпущена в свет самим Джемсом Саврасовым в 2003 году в новосибирском издательстве «Сибтехнорезерв». Рассказы...

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconКнига польского философа и писателя Владислава Татаркевича «О счастье и совершенстве человека»
Составление, предисловие и перевод на русский язык с сокращениями «Прогресс», 1981

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconКнига польского философа и писателя Владислава Татаркевича «О счастье и совершенстве человека»
Составление, предисловие и перевод на русский язык с сокращениями «Прогресс», 1981

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconВопросы к экзамену по курсу «История французской литературы. Средние века и Возрождение»
Периодизация средневековой французской литературы, характеристика ее основных этапов

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconТиппельскирх История Второй мировой войны. Блицкриг «История Второй...
Второй мировой войны. Этот капитальный труд увидел свет в 1954 году и до сих пор не потерял актуальности. Данная книга представляет...

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconКнига была написана Беряевым за восемь лет до смерти. Черновик ее...
Кламаре и Пиле. Работа над рукописью продолжалась фактически до последних лет жизни философа. Книга вышла уже после смерти Бердяева,...

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconКнига была написана Беряевым за восемь лет до смерти. Черновик ее...
Кламаре и Пиле. Работа над рукописью продолжалась фактически до последних лет жизни философа. Книга вышла уже после смерти Бердяева,...

Книга французской писательницы и философа Симоны де Бовуар «Второй пол» iconПоложение о совещании при директоре 16-17 Пол о внутришкольном контроле (вшк) 18
Пол о порядке инструктажа, обучения и проверки знаний по охране труда стр. 75-76



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница