К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии




НазваниеК 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии
страница5/11
Дата публикации15.06.2013
Размер1.66 Mb.
ТипКнига
www.lit-yaz.ru > История > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Примечания


1. См. Бартошек М. Римское право. М., 1990. С.332.

 

^ 7. Сталин знакомится с русским народом. Успехи в партийной карьере И.В. Джугашвили

 

Год 1912 - решающий в жизни Сталина, в его биографии, и, можно сказать, в карьере профессионального революционера, к которой он всегда относился чрезвычайно серьезно, не в пример некоторым другим. Нельзя забывать, что Сталин был убежденным марксистом, глубоко верившим в непобедимость учения Карла Маркса, в победу революции. Но в отличие от Ленина, с которым его тесно связывали именно эти принципиальные, теоретические установки, Сталин не был чужд соображений карьеры. И он последовательно, шаг за шагом, сознательно делал свою карьеру в революционном движении. И в этом состояло его основное отличие от тех соратников Ленина, которые стояли гораздо ближе к Ленину по образованию, условиям среды, привычкам, социальному статусу и сословной принадлежности, и боролись в революционном движении без всяких карьерных соображений, так сказать, безотносительно своей собственной личности. Именно примером подобных революционеров были Бухарин, Коллонтай, Кржижановский, Крупская, Свердлов, - если говорить о непосредственном ленинском окружении. Троцкий же был явным карьеристом, и именно это обстоятельство обостряло его борьбу со Сталиным, когда они оказались в одной партии после 1917 г. Можно смело сказать, что если бы Троцкий остался после Октября вне партии большевиков, как он был до этого все время, то, вполне возможно, и не было бы всей "борьбы" в партии, не было бы "сталинизма". Троцкий буквально "отравил" собой все отношения внутри партии, внес в нее брожение, как некий "грибок" - это совершенно несомненно для любого историка, объективно и внимательно изучающего историю партии большевиков на фоне всего российского революционного движения. И понимал по-настоящему это обстоятельство только Ленин - вот почему он решительно говорит в "Завещании" о небольшевизме Троцкого, и лишь о грубости Сталина. Никогда, ни в какой степени сомнений в глубине и остроте понимания марксизма, в преданности ему со стороны Сталина - у Ленина не возникало, не было. А именно это и было главное. Но вернемся к Иосифу Джугашвили накануне 1912 г. и к его тогдашним соображениям о своей будущей жизни, деятельности и ... о карьере в партии.

С осени 1911 г. Сталин впервые ведет руководящую работу в питерском, столичном подполье, куда попадает после удачного побега из Вологды, удачного не только в чисто техническом отношении, но и с точки зрения того импульса, который он дает Сталину. Тот по-настоящему начинает верить в себя, в свою счастливую звезду и в то, что все его будущее должно быть отныне связано не с Кавказом, не с тамошним местным революционным движением и тамошней крайне тяжелой борьбой с местными меньшевиками и анархистами, а с Россией, с центром русского революционного движения, с Петербургом, и вообще с северо-западным регионом Российской Империи, а не с окраинным Закавказьем.

Дело в том, что попав впервые на Север России, в Сольвычегодск в марте 1908 г., а затем после скорого побега, вновь высланный туда же в марте 1910 г. и пробыв там до осени 1911 г., т.е. в общей сложности прожив на Севере России 2 года и 9 месяцев, Сталин открыл для себя Россию, настоящий русский народ, близко узнав его лучшую, чистейшую часть - вологжан, вычегжан. т.е. потомков древних новгородцев, не затронутых тлетворным влиянием ни "московитской татарщины", ни ростово-суздальской религиозной исступленностью, ни воздействием московско-нижегородского "чумазого капитализма", ни, наконец, питерско-ярославской трактирно-лакейской средой, т.е. лишенного всех тех исторически сложившихся пороков быта и социальных отношений, которые были характерны для Срединной и Южной России и которые создавали основные трудности и для развития русского народа, русского рабочего движения и для успешного осуществления пролетарской революции.

Здесь, на Севере, оторвавшись, наконец, от закавказской среды и интриг, Сталин впервые чувствует, что собою представляет Россия, какой огромный морально-политический потенциал для революции составляют здешние русские люди, глубоко чистые душой, кристально честные, искренне чуждые всяким капиталистическим соблазнам, готовые к самопожертвованию и беспредельному терпению.

Сталин впервые таким образом сталкивается с русским коренным народом и осознает, что симпатии этого народа ему будет довольно легко завоевать, ибо народ этот доверчив, открыт, и готов жертвовать собой ради светлой идеи и ради того, кто кажется ему умнее, сильнее и решительнее его самого. А это открывает совершенно новые перспективы и в революционной работе, и в революционной карьере самого Кобы.

Окончательно к этим наблюдениям приводит Сталина его знакомство с П.А.Чижиковым и П.Г.Онуфриевой в Вологде. Онуфриева, невеста Чижикова, уговаривает жениха отдать свои документы Иосифу Джугашвили, с которыми тот бежит в Петербург 6 сентября 1911 г. Правда, уже 9 сентября его арестовывают, поскольку у первого же городового возникает подозрение, как это истый русак Чижиков (по паспорту) говорит с таким явным "капказским" акцентом? В таких случаях даже подлинность паспорта ничего уже не значит. Сталина вновь препровождают в ту же Вологду: проваливается лишь Чижиков. Но буквально спустя две-три недели, т.е. в конце октября - начале ноября 1911 г. (если верить биографии, составленной И.Товстухой со слов Сталина в 1925 г.) Коба бежит снова, и снова в Петербург, а не на Кавказ. Однако по версии официальной биографии, составленной ИМЭЛ в 1947 г. (второе издание) этот второй побег из Вологды происходит лишь в конце февраля 1912 г., что, по-видимому, более соответствует действительности. Дело в том, что в начале февраля 1912 г. в Вологду приезжает Г.К.Орджоникидзе с поручением В.И.Ленина информировать Сталина об избрании его в январе 1912 г. на Пражской конференции в Русское бюро ЦК РСДРП(б) и в ЦК в целом. Сталин оказывался таким образом в числе семи основных руководителей партии (7 членов ЦК и 4 кандидата в члены ЦК - Калинин, Бубнов, Стасова, Смирнов). Это целиком совпадало с его собственными желаниями и прогнозами. И потому было, так сказать, вдвойне для него приятно. Это крупнейшее событие в жизни партии, как оно квалифицируется в биографии И.В. Сталина (М., 1947 г., стр.49) рассматривается таковым и самим Сталиным уже в 1912 г., и конечно, как крупнейшее событие в его собственной политической жизни. Надо сказать, что эта оценка - исторически полностью объективна. А.С.Бубнов в своей "Истории ВКП(б)", написанной задолго до "культа личности" (1928-1929 гг.) подчеркивал, что Пражская конференция "сыграла громаднейшую роль" в жизни партии. "Пражская конференция, - писал Бубнов, - окончательно выводила партию из полосы идейно-организационного разброда и являлась последним звеном в процессе организационной кристаллизации большевизма как самостоятельной, революционно-последовательно-марксистской партии пролетариата" (стр.392).

В.И. Ленин писал сразу после конференции А.М.Горькому: "Дорогой А.М. В скором времени пришлем Вам решения конференции. Наконец, удалось вопреки ликвидаторской сволочи - возродить партию и ее ЦК". (Ленинский сборник, III, стр.523).

С точки зрения понимания состояния и настроений Сталина в связи с конференцией, важно подчеркнуть, что ее организация, ее решения, помимо всего прочего означали полный идейный разгром двух его личных антипатий в российском революционном движении - Тройного и Плеханова и отметание их от всякого участия и будущих претензий на такое участие в жизни революционной рабочей организации. Отныне Сталин оказывался в руководстве партией, причем отнюдь не на второстепенных ролях. Ибо из числа его товарищей - членов ЦК, лишь двое - Ленин и Зиновьев - относились к числу тех, кто был явно на голову выше его, как по опыту партийной работы, так и по общим теоретическим знаниям, в то время как остальные четверо членов ЦК - Г.К.Орджоникидзе, С.С.Спандарьян, Ф.И.Голошекин, Д.Шварцман, а также четверо кандидатов в члены ЦК (М.И.Калинин, А.С.Бубнов, Е.Д.Стасова и А.П.Смирнов) по партстажу, опыту и масштабам работы, а также по потенциальным возможностям и амбициям были уже тогда гораздо "слабее" Сталина.

Сталин был кооптирован в ЦК по настоянию В.И.Ленина на ставшее неожиданно вакантным место, когда был разоблачен как провокатор уже избранный в ЦК Р.В.Малиновский. Ленин же, наряду со Сталиным, настоял на кооптировании в ЦК (сразу после ареста прибывшего в Москву Голощекина) Я.М.Свердлова, который в тот момент оказался после В.И.Ленина - самым крепким организационным звеном в ЦК, и, следовательно, был единственным в партии человеком, который пользовался большим авторитетом чем Сталин. Но все равно, так или иначе Сталин уже в 1912-14 гг., за три года до революции фактически мог считаться третьим-четвертым человеком в руководстве большевиков, и только вливание в РСДРП(б) после Февральской революции (на VI съезде) массы бывших меньшевиков, эсеров, межрайонцев и троцкистов - на время отодвинуло, как бы Сталина, "оттерло" его на некий "второй план", причем не по существу, а, так сказать, чисто внешне, вследствие особой "шумливости" бывших оппозиционеров. Вот почему еще с дореволюционных времен Сталин имел все основания считать разных фракционеров в партии - буквально своими личными противниками.

Пражская конференция была близка ему и политически, и психологически потому, что ее главным постановлением был строжайший запрет всякой фракционности в партии. Это было именно то, за что всегда боролся Сталин, и что особенно сближало его с Лениным политически. Вот почему все решения Пражской конференции, вызвали огромный энтузиазм у Сталина, слив воедино его политические и личные устремления, как никогда прежде.

Открывающиеся перед ним после решений конференции политические перспективы не могли не воодушевить Сталина еще и в связи с некоторыми особенностями его личной психологии, а также в связи с кое-какими фактами его биографии.

Дело в том, что в декабре 1912 г. Сталину должно было исполниться 33 года. Он уже накануне этого события, в конце 1911 г. считал для себя этот период ключевым, вследствие чего и решил во что бы то ни стало осуществить осенью 1911 года побег из ссылки. Неудача, связанная с арестом 9 сентября его не обескуражила, учитывая, что решения Пражской конференции лишь подтверждали его уверенность в своей счастливой звезде и в необходимости быть кузнецом своего счастья именно в решающий момент 33-летия - возраста великих свершений. Вот почему вновь оказавшись в Петербурге с конца февраля 1912 г. Сталин развивает кипучую деятельность по подготовке к выпуску первого номера "Правды", что и происходит 22 апреля 1912 г. В тот же день Сталина арестовывают и ссылают подальше от Петербурга, в самую глушь - в Нарымский край. Но Сталин бежит и из Нарымской ссылки, причем в том же самом 1912, важнейшем и решающем для него году. Этот побег сам Сталин считал настолько блестящим и классическим, что, вопреки своим правилам, рассказывал о нем подробности после революции некоторым иностранным интервьюерам. Так, например, наблюдательный Анри Барбюс, отмечал, что основной причиной удачи этого побега было отличное знание Сталиным психологии простого русского народа. (Барбюс не знал только, что это знание было приобретено Сталиным буквально накануне Нарымской ссылки, в Вологодской губернии).

Сталина не выдали (несмотря на его акцент и внешность) именно самые простые и "тертые" русские люди - ямщики, крестьяне, прислуга постоялых дворов, без содействия которых никакой побег через всю Россию не удался бы. Другие русские революционеры, особенно из числа интеллигенции, часто не могли найти общий язык с простыми людьми, или настолько выделялись из массы своими "барскими" привычками или поведением, что вызывали подозрение у простолюдинов, которые, будучи строго приучены к российской государственной дисциплине, немедленно доносили о "странных барах" по начальству. Как известно, именно благодаря таким доносам ямщиков, горничных, дворников и других "подневольных людей" были сорваны, провалены самые искусно подготовленные побеги декабристов, Чернышевского и массы народовольцев-дворян из Витимских, Олекминских, Нерчинских и тому подобных сибирских ссылок.

Сталин же, используя интуитивно, и сознательно некоторые черты русского характера, умел располагать к себе ямщиков на сибирских трактах. Он не старался их упрашивать скрыть его от полиции обещаниями дать деньги или как барин не предлагал им "дать на водку", т.е. всячески избегал того, чтобы люди воспринимали его как человека, хотевшего их "подкупить", сделать что-то недозволенное за взятку, ибо хорошо понимал, как оскорбляли такие предложения открытых, наивных, честных, простых русских провинциальных людей. Вместо этого, он "честно" говорил ямщикам, что денег у него на оплату поездки нет, но вот пара штофов водки, к счастью, имеется и он предлагает платить по "аршину водки" за каждый прогон между населенными пунктами, насколько хватит этих штофов. Ямщик, конечно, со смехом начинал уверять тогда этого явно нерусского инородца, что водку меряют ведрами, а не аршинами. И тогда Сталин, вытаскивал из-за голенища деревянный аршин - досочку длиной 71 см, доставал из мешочка несколько металлических чарочек, плотно уставлял ими аршин, наливал в них водку и показывал на практике, как он понимал "аршин водки". Это вызывало всеобщий смех, веселье, поскольку все это было как-то ново, необычно, и приятно "тормошило" русского человека в обстановке серости и обыденности провинциальной жизни. Главное же - такой подход превращал взятку из "подачки" и "подкупа" в товарищескую игру, лишал всю эту сделку ее смущавшего людей неприличия, ибо создавал ситуацию товарищеской шутки, азарта, и дружеского взаимодействия, так как нередко уже второй или третий "аршин водки" распивался совместно. "И откуда ты взялся, такой веселый парень! - говорили ямщики, не без сожаления расставаясь с необычным пассажиром. - "Приезжай к нам еще!", - поскольку он слезал через три-четыре станции, откуда уже с другими ямщиками продолжал ту же игру, - всегда проезжая небольшой отрезок пути и никогда не говоря конечного пункта своего следования, и вообще не упоминая ни одной станции, которые он не знал и в названии которых не хотел ошибиться. Он ехал - покуда хватит "аршина водки" или нескольких аршинов, - и так неуклонно и надежно продвигался из Сибири в европейскую Россию, избегая всяких встреч с полицией.

Так, несмотря на весь свой грузинский, "капказский" вид и вопреки явно нерусскому акценту и речи, Сталину удавались его дерзкие побеги из самых отдаленных углов Российской империи. Он знал народ, и народ, чувствуя это, был на его стороне, разумеется, и не подозревая, с кем в действительности имеет дело.

Прибыв в Петербург в середине сентября 1912 г., Сталин с головой уходит в революционную работу. Он готовит по указаниям Ленина выборы от рабочей курии Петербурга в IV Государственную Думу, в октябре пишет "Наказ депутату", одобренный Лениным, а в ноябре и декабре не только ведет интенсивную переписку с Лениным, но и дважды выезжает к нему на встречи в Австро-Венгрию, в Краков и начинает работать над статьей "Марксизм и национальный вопрос", чрезвычайно серьезно отнесясь к прямому заданию Ленина.

Вторая, декабрьская встреча Сталина с Лениным происходит накануне дня рождения Сталина и Рождества.

Сталин прибывает вместе с депутатами Думы - его 33-х летие приобретает торжественный характер, он может, таким образом, подвести буквально рекордно-победные итоги своего решающего в жизни года:

1) Трижды удачные побеги;

2) Избрание в руководство партии;

3) Активная, увенчавшаяся победой работа в Петербурге по выборам большевиков-депутатов в Государственную Думу;

4) Успешный и расширяющийся выход "Правды", формирование вокруг нее широкого большевистского ядра среди рабочего класса и в революционном движении, и, наконец

5) Явно открытое одобрение и благожелательное отношение самого В.И.Ленина к сталинской работе в области марксистской теории (Ленин неоднократно высоко оценивает работу Сталина в письмах А.М.Горькому, Л.Б.Каменеву, и А.А.Трояновскому, говорит о ней многим другим товарищам). Для Сталина ленинская оценка в этой области была крайне важна, имела гигантское значение как чисто личное, так и для поднятия авторитета Сталина в партии.

Все эти факты вместе взятые вызывают у Сталина, уже ранее складывавшееся решение - посвятить свою деятельность исключительно работе в России, уйти, оторваться от своего закавказского региона, выйти на широкую дорогу общероссийской политической деятельности.

Поездки за границу, в Австро-Венгрию, столь сходную своими общими условиями национальных взаимоотношений и национальной борьбы с Российской империей и даже с Закавказьем, - впервые оставляют у Сталина иное впечатление от заграницы, чем отпугивающе действовавшая на всех кавказцев обстановка в Скандинавии и Великобритании, где ему ранее приходилось бывать (Таммерфорс, 1905; Стокгольм 1906; Лондон, 1907). Оказывается, не так страшен черт! Оказывается, не страшно в перспективе участвовать в решении не только сугубо внутренних партийных проблем и национальных проблем российского рабочего движения, но и в такой сфере, как международные проблемы рабочего движения, т.е. в той области, которая все еще оставалась прерогативой таких рафинированных представителей, высокообразованной интеллигенции в партии как Ганецкий, Луначарский, Красин, Коллонтай, Литвинов, Арманд, Боровский, составлявших, так сказать, передовой отряд ленинской дипломатической когорты, имевших и соответствующее воспитание и научный уровень и опыт светского общения и, не в последнюю очередь, - обладавших знанием трех-четырех европейских языков.

Сталин, разумеется, и не мог в то время мечтать войти тесно в эту когорту, но сознавать себя разбирающимся в "заграничных проблемах" он все же после посещения Кракова и Вены в конце 1912 г. уже мог. Он стал усиленно изучать немецкий язык, не надеясь суметь говорить на нем, но по крайней мере, начав довольно сносно читать и понимать немецкую политическую литературу.

 
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconО проведении краевого (заочного) конкурса детского и юношеского
«Дети и книги» (далее – Конкурс) посвящен 265-летию со дня рождения писателя, философа А. Н. Радищева, 200-летию со дня рождения...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconМоу «сош с. Учебного» к юбилею поэтов Кабардино-Балкарии
В рамках месячника посвященного памяти поэтов-писателей: Бекмурзы Пачева (к 155-летию со дня рождения); Кязима Мечиева (к 150-летию...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconКонкурс мы начнем с
Сегодняшняя встреча посвящается памяти Сергея Васильевича Рахманинова – 140-летию со дня рождения великого композитора, пианиста...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconКто на все вопросы мне ответит?
С 26 по 29 марта в Центральной библиотеке №239 проходили мероприятия, посвященные Неделе Детской книги и 130 –летию со дня рождения...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии icon130- летию со дня рождения К. И. Чуковского. Вед
В посёлке Переделкино под Москвой, среди берёз и сосен, в небольшом доме много лет жил высокий седой человек, которого

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconПлан мероприятий на 2013 2014 учебный год сентябрь
Мероприятие к 185 -летию со дня рождения писателя Льва Николаевича Толстого 5-11кл; к 95-летию со дня рождения русского поэта и переводчика...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconДиплом за активное участие Шергина М. Почетная грамота лауреата Всероссийского...
Республиканская краеведческая интернет-викторина, посвященная 160-летию со дня рождения Верещагина Г. Е и 120-летию со дня рождения...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconШкольный этап фестиваля, посвящённого 85-летию со дня рождения С. К. Никитина
В сентябре октябре 2011 года состоялось проведение школьного этапа городского фестиваля, посвящённого 85-летию со дня рождения владимирского...

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconПлан юбилейных мероприятий Шамильского руо, посвященных 90-летию...
В каждой школе 8 сентября провести торжественную общешкольную линейку, посвященную 90-летию со дня рождения Расула Гамзатова

К 130-летию со дня рождения И. В. Сталина Книга историка Вильяма Васильевича Похлёбкина, в которой рассказывается о малоизвестных фактах сталинской биографии iconПоложение о конкурсе творческих работ, посвященном 130-летию образования...
Белгородский государственный университет в связи с празднованием 130-летия со дня образования объявляет открытый конкурс творческих...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница