Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией,




НазваниеКнига православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией,
страница2/24
Дата публикации14.06.2013
Размер3.67 Mb.
ТипКнига
www.lit-yaz.ru > История > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
^

Предисловие ко второму изданию


Первое издание настоящей книги и появившееся одновременно с ним издание нашего перевода новооткрытых текстов преподобного Исаака Сирина вызвали большой резонанс как среди отечественных, так и среди зарубежных читателей. За прошедшие два года книга вышла в свет на английском и на французском языках; готовится итальянский перевод; получены многочисленные отзывы и рецензии как специалистов в области сирологии, так и рядовых читателей. Все это, а также и то обстоятельство, что весь тираж первого издания книги давно распродан, заставило нас вернуться к ней и подготовить ее второе, дополненное издание.

Настоящее издание отличается от первого прежде всего объемом введения, который увеличен более чем вдвое. Мы постарались ответить на многочисленные вопросы, возникшие у отечественных читателей после выхода книги в свет, касательно истории Церкви Востока, ее христологии, места, занимаемого в ней преподобным Исааком Сириным, подлинности новооткрытых текстов Исаака, соотношения между 1-м и 2-м томом его творений и т. д. Многие детали, которые при подготовке первого издания мы считали необязательными для широкой публики, ныне включены в текст вводной главы. Тем, кому весь этот вспомогательный материал представляется ненужным и кого интересует исключительно духовный мир преподобного Исаака и его богословское, аскетическое и мистическое учение, мы рекомендуем опустить вводную главу и начать чтение сразу с Главы I.

Другое отличие настоящего издания от предыдущего заключается в том, что в него включено несколько отрывков из «Послания к мар Ишозека» и около семидесяти цитат из «Глав о знании» Исаака Сирина, оригинальный текст которых до сих пор не опубликован. При написании первого варианта книги текст «Глав о знании» был нам недоступен, однако в декабре 1997 года нам удалось скопировать рукопись XIX века, содержащую полный текст «Глав», в библиотеке халдейского архиепископа Тегерана мар Юханнана Иссайи. Позже мы познакомились с рукописью 2-го тома Исаака Сирина, датируемой X веком и находящейся в Бодлеанской библиотеке в Оксфорде. Это позволило нам сделать перевод некоторых наиболее значимых отрывков и включить их в настоящую книгу.

В остальном же книга не претерпела существенных изменений. Знакомство с «Главами о знании» не изменило наших выводов относительно основных аспектов учения Исаака, так как в «Главах» он последовательно проводит те же идеи, что содержатся в других его сочинениях из 1-го и 2-го тома.

Мы глубоко признательны д-ру Себастиану Броку за неоценимую помощь в работе над переводом текстов Исаака Сирина. Выражаем благодарность В. М. Лурье за ценные замечания, Е. Н. Мещерской за частичную сверку наших переводов с оригиналом, архиепископу мар Юханнану Иссайи за разрешение воспользоваться в работе рукописью из его коллекции, Бодлеанской библиотеке Оксфордского Университета за разрешение на публикацию фотографий с рукописи Bodleian syr. e. 7. Выражаем признательность всем тем читателям книги, без чьей помощи и поддержки настоящее издание не увидело бы свет.

Игумен Иларион (Алфеев)

Пятидесятница 2000

 
^

Введение. Исаак Ниневийский как духовный писатель церкви Востока


Мар Исаак говорит языком небесных существ...

Юханна ибн-Барси, Католикос Востока

Глубоко проник он в божественные тайны

и составил книги о жизни в Боге и об отшельничестве.

^ Ишоденах, епископ Басры

Преподобный Исаак Ниневийский, или Исаак Сирин, принадлежал к Церкви Востока, канонические границы которой в его время приблизительно совпадали с границами прежней Персидской империи Сасанидов (ныне Ирак и Иран). Эта Церковь признавала только первые два Вселенских Собора — Никейский 325 года и Константинопольский 381 года. Последующие Вселенские Соборы (в частности, Ефесский 431 года, Халкидонский 451 года и Константинопольский 553 года) Церковь Востока отвергала, считая, что их христологическая доктрина противоречит традиционной для нее христологии. В настоящей вводной главе мы скажем несколько слов об этой Церкви, об особенностях ее исторического развития, а также о ее христологии, которую впоследствии отождествили с несторианством. Затем мы рассмотрим сведения о жизни Исаака Сирина и о его писаниях, после чего укажем на сирийских и греческих авторов, оказавших на него прямое или косвенное влияние.
^ 1. Ранняя история Церкви Востока

История Церкви Востока восходит к апостольским временам [1] . По преданию, апостолы Фома и Фаддей проповедовали в Персии, где христианство распространялось сначала среди иудеев, а затем и среди самих персов, последователей зороастрийской религии. В III—IV столетиях христиане Персии страдали от жестоких гонений: особенно тяжелыми были гонения Вахрама II (276—292) и Шапура II (310—379) [2] .

В течение нескольких столетий Церковь Востока имела лишь спорадические контакты с христианами «страны ромеев» (Восточной Римской империи). На Поместном Соборе 410 года в Селевкии­Ктесифоне Церковь Востока, ранее входившая в состав Антиохийской Церкви, провозгласила самостоятельность, и епископ Селевкии-Ктесифона стал главой всех христиан Персии. Решение Собора утвердил шах Ездегерд I (399—420), лояльно относившийся к христианам. На Соборе в Маркабте в 424 году полномочия епископа Селевкие-Ктесифонского как главы Персидской Церкви были подтверждены и расширены. Впоследствии глава персидских христиан стал именоваться Католикосом-Патриархом Востока [3] . Изолированная позиция Церкви Востока в значительной степени обусловила своеобразие ее исторического развития: в ней складывались свои литургические традиции, возникали свои богословские школы, вырабатывался самостоятельный богословский язык. Другим, не менее важным фактором, повлиявшим на своеобразие развития христианства в Персии, было противостояние между Церковью и синагогой, сохранявшееся там гораздо дольше, чем в Византии или на латинском Западе. Это хорошо видно из сочинений Афраата, «персидского мудреца», писавшего по-сирийски в первой половине IV века: его двадцать три «Слова», характеризующиеся отсутствием какого бы то ни было влияния грекоязычной богословской мысли, наполнены ссылками на учение и обычаи иудеев, которые автор постоянно оспаривает [4].

Следует также отметить, что сирийский язык, на котором говорили и писали в Персии, принадлежит к семье семитских языков и является диалектом арамейского — языка Иисуса Христа и апостолов. Первый сирийский перевод Евангелия, датируемый II—III веками, в этом смысле отражает семитские корни христианства полнее, чем греческий оригинал. И сирийская богословская традиция сохраняет близость к библейскому типу языка и изложения гораздо дольше, чем византийская грекоязычная традиция, подвергшаяся сильному влиянию платонизма, неоплатонизма и вообще греческой философской мысли. Большое влияние на развитие сирийского христианства оказало движение так называемых «сынов завета» (bnay qyama), расцвет которого приходится на IV век [5] . «Сыны завета» давали обет безбрачия и вели аскетический образ жизни; нередко они объединялись в небольшие общины для совместного проживания. Впоследствии основные идеи «сынов завета» легли в основу сирийской монашеской духовности. Важным богословским центром всего восточно-сирийского христианства была так называемая «школа персов» (т. е. персидских беженцев), основанная в IV веке в Эдессе. Главным предметом преподавания было Священное Писание: ученики слушали и записывали толкования своего наставника [6] . Школу посещала сироязычная молодежь Эдессы и окрестностей, а также эмигранты из Персии [7] . Комментарии святого Ефрема Сирина, который истолковал некоторые библейские книги, использовались в качестве образца интерпретации Писания до середины V века. Однако в V веке было принято решение осуществить полный перевод с греческого на сирийский экзегетических сочинений Феодора Мопсуестийского. Причиной такого решения являлось то, что Феодор последовательно истолковал почти все книги Библии, пользуясь антиохийским буквальным экзегетическим методом: его толкования преследовали единственную цель изъяснения текста, потому он избегал аллегорических интерпретаций. После того, как перевод был закончен, Феодор Мопсуестийский стал главным библейским комментатором восточно-сирийской традиции: последующие духовные писатели этой традиции ссылались на него как на «Блаженного Толкователя». Перевод сочинений Феодора имел исключительное значение для сирийского христианства: вместе с библейскими толкованиями Феодора в сирийскую традицию вошли его христологические воззрения. Феодор Мопсуестийский говорил, в частности, о том, что Бог Слово «воспринял» человека Иисуса; безначальное Слово Божие «вселилось» в рожденного от Девы человека Иисуса; Слово жило во Христе, как в храме; Оно облеклось в человеческое естество, как в одежду; человек Иисус благодаря Своему искупительному подвигу и крестной смерти соединился со Словом и воспринял божественное достоинство. Феодор по сути говорил о Боге Слове и человеке Иисусе как о двух субъектах, чье соединение в одном Лице воплощенного Сына Божия является не столько онтологическим, сущностным, сколько условным, существующим в нашем восприятии: поклоняясь Христу, мы объединяем два естества и исповедуем не «двух сынов», но одного Христа — Бога и Человека [8] . В 20-е годы V столетия именно это учение легло в основу христологической доктрины Нестория, Патриарха Константинопольского, против которого выступил Кирилл Александрийский. Последний в своей полемике с несторианством настаивал на единстве Ипостаси Бога Слова: безначальное Слово есть то же самое Лицо, что и Иисус, родившийся от Девы; поэтому нельзя говорить о Слове и Иисусе как двух разных субъектах [9] . Христология Кирилла была подтверждена III Вселенским Собором, осудившим Нестория. Впоследствии, на V Вселенском Соборе, был осужден и сам «отец несторианства» — Феодор Мопсуестийский. Однако для восточно-сирийских христиан он навсегда остался непререкаемым авторитетом в области богословия. Этим в значительной степени объясняется тот факт, что Церковь Персии и всю восточно-сирийскую богословскую традицию стали называть «несторианской» — название, которое сама эта Церковь никогда к себе не применяла. Ответить на вопрос, насколько «несторианской» в действительности была и остается Церковь Востока, достаточно непросто. Большинство современных сирологов, а также сами представители Ассирийской Церкви Востока согласны в том, что эта Церковь никогда не была несторианской в том смысле, в каком несторианство осудил III Вселенский Собор. Во всяком случае, она не имела никакой исторической связи с Несторием.

Хотя эта Церковь почитает Нестория святым, она не является Церковью, основанной Несторием, — пишет современный богослов Ассирийской Церкви Востока Мар Апрем. — Несторий не знал сирийского, а сирийская Церковь Востока, находившаяся в Персидской империи, не знала греческого... Только после смерти Нестория сирийскую Церковь Востока, которая не принимала никакого участия в христологическом конфликте между Несторием и Кириллом и вообще не знала ничего об этих спорах при их жизни, стали, к сожалению, воспринимать как основанную Несторием [10] .

Инкриминированное Несторию учение о «двух сынах» никогда не было официальной доктриной этой Церкви. Последнее подтверждается исповеданием веры Церкви Востока, сформулированным Католикосом Акакием в 486 году:

Что касается воплощения Христова, наша вера должна состоять в исповедании двух естеств: Божества и человечества. Но Божество, пребывающее с его свойствами, и человечество — с его, мы объединяем в одном прославлении. И единое поклонение подобает различию естеств, по причине совершенной их связи и нераздельности Божества и человечества. А кто думает или учит других, что страдание или изменение приражается Божеству нашего Господа, или не соблюдает относительно единства лица нашего Спасителя исповедания Бога совершенного и человека совершенного, да будет анафема [11] .

Настаивая на «единстве лица» в Иисусе Христе, богословы Церкви Востока в своей полемике с «монофизитами» (к которым они причисляли Кирилла Александрийского) подчеркивали важность четкого различения между двумя естествами во Христе — божественным и человеческим. Делая акцент на двух естествах, восточно-сирийские богословы говорили и о двух qnome-ипостасях в Иисусе Христе. Термин qnoma означал индивидуальное проявление общего естества (kyana) и в этом смысле использовался для перевода греческого слова «ипостась». Хотя сам термин «ипостась» употреблялся в разных значениях грекоязычными авторами, тем не менее после III Вселенского Собора о двух «ипостасях» во Христе никто из греческих богословов не говорил. IV Вселенский Собор (Халкидонский) принял формулу «одна ипостась в двух естествах», после чего восточно­сирийское выражение «две qnome» стало восприниматься как прямой вызов Халкидону. Необходимо отметить, что Халкидонский Собор был отвергнут не только Церковью Востока, но и сирийскими «монофизитами», последователями Севира Антиохийского. Это было не в последнюю очередь связано с трудностью перевода халкидонской «одной ипостаси в двух естествах» на сирийский язык. Сирийские богословы говорили о естествах и их qnome: поэтому Севир считал, что одна qnoma-ипостась предполагает одно kyana-естество, тогда как диофизитские авторы говорили о двух kyane-естествах и их двух qnome-ипостасях [12] . В соответствии с этим словоупотреблением восточно-сирийский Католикос Ишояб II (628—646) объяснял, почему его Церковь отвергла халкидонское вероопределение:

Несмотря на то, что собравшиеся на Собор в Халкидоне, были облечены полномочиями восстановить веру, они, однако, отошли весьма далеко от правой веры. Из-за их слабой фразеологии они поставили для многих камень преткновения. Тем не менее на свой лад они сохранили правую веру исповеданием двух естеств, но своей формулой об одной qnoma (ипостаси) они, похоже, соблазнили слабые умы. В результате такого поворота событий возникло противоречие, ибо формулой «одна qnoma» они повредили исповедание «двух естеств», в то время как «двумя естествами» они опровергли и отвергли «одну qnoma». Таким образом они оказались на перепутье, поколебались и отвернулись от блаженных рядов православных, хотя и не примкнули к сонмищу еретиков... Я не знаю, на чьей стороне должны мы их числить, ибо их терминология не может быть принята, и об этом свидетельствуют и само естество, и Писание. Ведь в этих формулах многие qnome могут быть в одном естестве (kyana), но невозможное и неслыханное дело, чтобы, многие естества были в одной qnoma [13].

Эти слова ясно показывают, почему халкидонское вероопределение было неприемлемо для сирийского уха: оно казалось нелогичным. Интересно, что слова Ишояба не содержат прямого обвинения халкидонских Отцов в ереси: восточно-сирийский Католикос признает их благое намерение, однако считает, что в деле примирения антиохийской традиции с александрийской они не преуспели, так как своей компромиссной терминологией повредили истине. Нежелание причислить халкидонских Отцов ни к православным, ни к еретикам, показывает, кроме всего прочего, что для персидского Католикоса Халкидонский Собор был достаточно безразличен, так как не был Собором, в котором участвовала его Церковь. Говоря о принятии или непринятии тех или иных Соборов на Востоке за пределами Римской империи, следует помнить, что «Вселенские» Соборы IV—V столетий включали в себя не всю «вселенную», а только экумену Римской (Византийской) империи: Церкви запредельных территорий редко принимали в них участие. Церковь Востока, территориально ограниченная пределами Персидской империи Сасанидов, не имела прямого отношения к византийским Соборам. Если какие-то Соборы признавались на не-византийском Востоке, то это происходило намного позже, чем они имели место: например, I Вселенский Собор (Никейский, 325) был признан Церковью Востока только в 410 году на упомянутом уже Поместном Соборе в Селевкии­Ктесифоне, то есть 85 лет спустя после его окончания [14] .

Отвегнув Халкидон, сирийские богословы — как диофизиты («несториане»), так и монофизиты («севириане») — оказались в оппозиции к официальной Церкви Византии. Во 2-й половине V века участились случаи давления на богословские центры Церкви Востока со стороны византийских императоров. Так в 489 году по приказу императора Зенона была закрыта эдесская «школа персов». За несколько лет до этого ее руководитель Нарсай вместе с учениками переселился в Нисибин, что было важным событием для будущего развития Персидской Церкви. К концу V века Нисибийская школа становится одним из главных духовных и богословских центров сиро-персидской Церкви. В конце VI века Энана, возглавивший эту школу в 572 году, предпринял попытку заменить библейские толкования Феодора на свои собственные, в которых использовался аллегорический метод Оригена. Эта попытка не увенчалась успехом: Собор 585 года подтвердил незыблемый авторитет Феодора, запретив кому-либо «явно или скрыто порицать этого Учителя Церкви или отвергать его святые книги». Впоследствии два Собора, в 596 и 605 годах, осудили толкования Энаны и повторили анафемы против «отвергающих комментарии, толкования и учения верного учителя, блаженного Феодора-Толкователя, и пытающихся ввести новые и странные толкования, исполненные безумия и злохуления» [15] . Вероучение Церкви Персии стало «верой Феодора», или «верой Феодора и Диодора»: имя Диодора Тарсийского в восточно-сирийской традиции было также окружено ореолом святости и непререкаемого богословского авторитета. Рубеж VI и VII веков ознаменован богословской деятельностью Бабая Великого, который много писал на христологические темы. Его христология является продолжением и своего рода синтезом христологий Феодора Мопсуестийского и Диодора Тарсийского [16] . Будучи лидером консервативной партии, ратовавшей за строгое следование учению Феодора, Бабай возглавил оппозицию Халкидонскому Собору. Развивая христологические воззрения Феодора, Бабай пользовался «Книгой Гераклида», написанной Несторием в качестве апологии после его осуждения III Вселенским Собором и переведенной на сирийский язык в середине VI века [17] . К середине VII века в диптихах Церкви Востока поминались уже «три учителя» — Диодор, Феодор и Несторий [18] . Политические обстоятельства VII века не способствовали сближению Персии с Византией. Напротив, первые десятилетия этого века ознаменовались серией вооруженных конфликтов между двумя великими империями. В конце 627 года византийский император Ираклий одержал победу над персидскими войсками у Ниневии. Впрочем, византийское присутствие в Персии было недолгим. Уже в 30-х годах VII века началось массовое вторжение в Персию арабских мусульманских полчищ. В 637 году пала столица империи Сасанидов Ктесифон, и последний шах Ездегерд III бежал в Загрос. К середине VII века Персия была в руках арабов. Окончательная утрата политических связей с византийской экуменой и начавшаяся с приходом арабов постепенная исламизация Персии и Сирии не привели в VII и VIII веках к кризису христианства в этих регионах, упадку в богословии и церковной жизни. Совсем напротив, именно эти два столетия являются периодом наивысшего расцвета сироязычного богословия: в это время жили и творили выдающиеся писатели, такие как Мартирий-Сахдона (ставший на сторону Халкидонского Собора), Дадишо Катрайе, Симеон д-Тайбуте (Милостивый), Иосиф Хаззайа (Прозорливый) и Иоанн Дальятский. Все они были писателями по преимуществу мистического направления. Мало известные за пределами восточно-сирийской традиции, они, тем не менее, ознаменовали собой «золотой век сирийской христианской литературы». Единственным представителем этого золотого века, которому суждено было приобрести мировую известность, стал преподобный Исаак Сирин.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Похожие:

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconПравославного Гуманитарного Университета Православие и современность....
Русская духовная журналистика и подготовка общественного мнения к восприятию церковной реформы

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconВиктор Николаевич Тростников Понимаем ли мы Евангелие?
Виктор Николаевич Тростников (род. 1928 г.), писатель, ученый, философ. Профессор Российского Православного Университета им св. Иоанна...

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconУчебное пособие ордена. Том I r m. a o. «Orion». 2009
С 1993 года возглавляет Центр священнно-мученика Иринея Лионского. В настоящее является профессором Российского Православного университета....

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconПрограмма православного военно-патриотического клуба «пересвет»
Отечества. Детские православные военно-патриотические коллективы являются действенной системой православного и гражданского воспитания...

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconБелое и черное кривой крючник
Перевод с немецкого доктора Ральфа с добавлениями, которые были найдены в кармане у доктора, когда он скончался в Миндепа в лето...

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconБелое и черное кривой крючник
Перевод с немецкого доктора Ральфа с добавлениями, которые были найдены в кармане у доктора, когда он скончался в Миндепа в лето...

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconИнтервью журналу "sos!"
Свято-Тихоновского Богословского института, диакон Андрей Кураев. Его лекции и выступления вызвали огромный интерес не только священнослужителей...

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconКнига посвящена 250-летию Московского университета
Подготовлена к изданию рукопись книги … ведущего научного сотрудника кафедры гидробиологии биологического факультета мгу, доктора...

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconПравила дыхания при выполнении упражнений
В поликлинике Доктора Пипеткина нет ни уколов, ни порошков, ни горьких микстур. Только рецепты. Волшебные рецепты Доктора Пипеткина....

Книга православного богослова и патролога, доктора философии Оксфордского Университета, доктора богословия Свято-Сергиевского Православного Богословского Института в Париже епископа Илариона (Алфеева) является первой в современной богословской науке монографией, iconПредисловие к книге доктора Роксаны Эдрингтон. Мнения врачей о Системе Управления Весом CieAura
Окончил с отличием и получил степень доктора медицины в государственном университете в Дейтоне, штат Огайо. В настоящее время Доктор...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница