Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси




Скачать 387.86 Kb.
НазваниеЖенский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси
страница1/5
Дата публикации11.01.2015
Размер387.86 Kb.
ТипЗадача
www.lit-yaz.ru > История > Задача
  1   2   3   4   5





МЕЖДУ ВОЙНАМИ:

ЖЕНСКИЙ ВОПРОС И НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОЕКТЫ В СОВЕТСКОЙ БЕЛОЛРУССИ И ЗАПАДНОЙ БЕЛАРУСИ
Елена Гапова
Постановка проблемы

Задача этого текста - рассмотреть, из каких понятий складывался “женский вопрос” в межвоенное двадцатилетие (1921-1939) в процессе формирования национальных субъектов в Советской Белоруссии и в Западной Беларуси (входившей в то время в состав Польши). Сформулированная таким образом проблема выделяет «национальное» в качестве основания для сравнения двух разных стран - одной буржуазной, другой находящейся в периоде построения социализма и деконструкции традиционного гендерного порядка. Речь, однако, не идет о сравнении ситуаций единой нации, политически разделенной в результате “исторической несправедливости”, потому что тогда мы столкнулись бы с серией вопросов. Считали ли эти люди себя в то время единой нацией? Или мы видим их таковыми, глядя из “сегодня”? Когда они начали рассматриваться в качестве единой нации? Кто “придумал” этот проект? Каковы были его цели? Речь идет о созидании нации как политическом проекте, и поставленные проблемы создают контекст для дальнейшего обсуждения женского вопроса как его необходимой составляющей.
Исторический контекст

Когда около ста лет назад политизированные интеллектуалы заговорили о легитимизации беларусской нации и ее присутствии в европейской цивилизации, они рассматривали белорусско-литовскую языковую территорию как “арену политической, национальной, религиозной и культурной борьбы”(1) между Польшей и Россией. Точка зрения, что корень белорусского национального комплекса в географии и истории (2) - во-первых, в расположении этих земель между империями и культурными мирами западного и восточного христианства, во-вторых, в отсутствии отдельного национального государства в течение нескольких последних столетий – действительно, популярна. Даже в начале нынешнего века, после нескольких десятилетий государственности (в рамках СССР) представление, что белорусы являются нацией, многим кажется противоречивым. Развернувшаяся в конце 1980-х дискуссия о независимости более всего вращалась вокруг вопросов о том, является ли белорусский самостоятельным языком и можно ли выражать современные понятия на этом крестьянском наречии, имели ли белорусы досоветскую историю, какова быль роль Советской власти - созидательной или разрушающей, и т.п. Газеты того периода предоставляют богатый материал на эту тему. Когда идея независимого белорусского государства начала проговариваться впервые, вопросы были в целом те же, а потому “авторы проекта” были озабочены поиском материальных доказательств существования того, что теперь назвается Беларусью.

Многие сторронники политической независимости, как современные, так и жившие ранее, считают, что Беларусь как нечто вполне определенное существовала по крайней мере в течение писаной истории, но под разными названиями. В 1517г. Франциск Скорина перевел на белорусский язык и напечатал Библию. В 1588г. канцлер Лев Сапега издал по-белорусски Статут (свод законов) Великого Княжества Литовского. Историки, ищущие отправную точку для современной белорусской державности, склонны рассматривать это самое большое государство средневековой Европы как золотой век белорусской государственности (эта точка зрения оспаривается многими участниками дискурса, но на разных основаниях). Радикальные литераторы видят “белорусом”, вернее, литвином, осознававшим свои белорусские корни, Адама Мицкевича, считающегося создателем польского литературного канона. Его главное произведение “Пан Тадеуш” начинается словами “O, Литва, моя отчизна” ("O Litwa, oiczyzno moje"); написанные по-польски, они обращены к землям, на которых он вырос и которые назывались Литвой. Местные крестьяне говорили по-белорусски и считались литвинами. С 1939 г. земли Мицкевича входят в состав Беларуси, но город Вильнюс (древняя Вильня), который белорусские интеллектуалы считали своим духовным центром (там печаталась когда-то первая национальная газета и, более четырехсот лет назад, первые книги) стала столицей Литвы. Здесь же находится основанный иезуитами один из известнейших польских университетов. Очевидно, Шломо Авинери прав, говоря, что границы республик бывшего СССР, ставших независимыми государствами после 1991г., “отражают прихоти бывших правителей и весьма мало связаны с исторической реальностью или языковыми ареалами”(3). Неясно, однако, как такие границы вообще могут быть проведены “правильно”, учитывая тот факт, что государства, народы и этнические группы меняли свои очертания, мифы о происхождении и исторической непрерывности. Еще менее ясна сама идея соотнесения народа (как определить народ?) с некоторой территорией (и соответствующего «распределения» территорий).

Очевидно, что разговор об исторически определенной и неоспоримой Беларуси невозможен (если представить, что он возможен вообще в отношении какого бы то ни было национального государства); более продуктивными представляются теории, рассматривающие нацию как результат социального конструирования, связанного с модернизационными процессами. Вероятно, в то время, когда в XIXв. формировалась первая волна национального возрождения, белорусская ситуация весьма напоминала Руританию Эрнеста Геллнера:

Руратане были крестьянским населением, говорившим на нескольких более или менее взаимопонятных диалектах и населявшим… несколько ареалов Мегаломанской Империи. Руританский язык или, вернее, диалекты, из которых он мог бы быть создан, не использовался более никем, кроме этих крестьян. Аристократия и чиновничество говорили на языке мегаломанского двора, принадлежавшего к иной группе, чем тот, от которого отпочковались руританские диалеты.

^ Большинство, но не все, руританские крестьяне принадлежали

церкви, чья служба происходила на языке еще одной лингвистической

группы… Мелкие торговцы городков и местечек, обслуживавшие руританскую сельскую местность, входили в еще одну этническую группу и исповедавали еще одну религию, и были презираемы руританскими крестьянами. (4)

Это описание (возможно, не применимое целиком ни к одному народу Восточной Европы и вместе с тем очень точно характеризующее многие) включает как минимум два момента. Во-первых, оно отмечает наличие некоторого культурного “сырья”, которое может служить основой для последующего национального строительства. Во-вторых, явное классовое неравенство в качестве еще одного ресурса. Что, в таком случае, необходимо для возникновения нации как “воображаемого сообщества” (используя классическое определение Бенедикта Андерсона)? Очевидно, деятельность, в рамках модернизационного процесса, определенных групповых элит, испытывающих неравенство, которое они обозначают как «национальное угнетение» (и интересно было бы рассмотреть переплетение их культурных и политических инициатив).

В 1897г. правительство Российской Империи, стремясь модернизировать управление огромной державой, осуществило Первую всеобщую перепись населения. Цель метрополии состояла в научной классификации имперских субъектов. Основой для категоризации племен и народностей стал «родной язык» – следствие пришедшей из Германии идеи идентификации нации с языком. Согласно результатам переписи, большинство (от 70 до 95%) тех, кто назвал своим родным языком белорусский, жили в сельской местности; городские же жители Северо-Западного края были евреями, не имевшими права владеть землей (до 60% в некоторых городах и местечках), русскоязычными либо поляками. Очевидно, такое самоопределение в какой-то степени является следствием имперской политики после восстаний 1830г. и особенно 1863г., в частности, запрета на национальное образование: получившие русское или польское образование «становятся» русскими или поляками.

Подобно тому, как это происходило с другими крестьянскими угнетенными сообществами, национальная идея возникла как средство для достижения политической власти. Главная цель была обозначена в терминах признания родного языка и национальной культуры в государственных институтах и образовании, в освобождении от невежества, отсталости, нищеты и присоединении к европейскому цивилизационному процессу. Возникшее на рубеже веков национальное движение предполагало “разбудить народ”, создать национальное государство и вернуть его в Европу, которой оно якобы когда-то принадлежало.

Ниже будут приведены самые основные факты, относящиеся к истории оформления современной белорусской государственности и необходимые для исторической контекстуализации проблемы. При этом полностью опущена та интрига, в которой в 1917-1921гг. участвовали российское Временное правительство, большевики, сторонники национальной независимости, немцы, которые временно оккупировали территорию, наступавшие и отступавшие поляки, а также правительства западных стран, стремившиеся после окончания Первой мировой войны установить в регионе, в соответствии с идеями Вудро Вильсона (и Ленина) о праве на национальное самоопределение, “истинные” границы согласно распространению этнических общностей.

В марте 1918г. во время немецкой оккурации сторонники независимости провозгласили Белорусскую Народную Республику; она просуществовала несколько месяцев, а в 1919 была образована Белорусская Советская Социалистическая Республика. В ее конституции Россия даже не упоминалась, и по приказу из Москвы она была объединена с Литвой в государство под названием Литбел, при этом к России отошли значительные восточные территории. Когда в марте 1919г. польская армия начала наступление на Литву, Беларусь и Украину, польское правительство объявило, что будущее страны будет решаться “свободным волеизъявлением народа, чье право на самоопределение ни в коем случае не может быть ограничено” (5), и генерал Пилсудский выступал в Минске с речью на белорусском языке. Затем, однако, процесс развивался в сторону польских притязаний на белорусскоязычные территории (основанием для чего служила общая среневековая государственность): польский язык был объявлен в качестве единственного официального. Польша видела свою миссию в том, чтобы быть “апостолом свободы и форпостом западной цивилизации… на границе варваского востока” (6), в то время как Россия рассматривала оспариваемые земли в качестве буфера между собой и враждебным западом. В 1921 г. в тот момент, когда Польша не имела сил для дальнейшего продвижения на восток, а Россия опасалась, что ее продвижение на запад может поставить под угрозу собственную пролетарскую революцию, в Риге был подписан договор о разделе оспариваемых территорий, на который белорусские представители не были приглашены. Западные земли отошли к Польше, восточные были включены в состав РСФСР (позднее перешли к БССР), а центр был закреплен за Белорусской ССР.

Далее я предполагаю рассмотреть, как белорусские национальные проекты по разные стороны польско-советской границы структурировали формы женской коллективной идентичности в соответствии со своими политическими целями.
«^ Героические труженицы Советской Белоруссии»
  1   2   3   4   5

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconРезультаты
Национальные, региональные проекты, целевые комплексные программы, в которых система образования Краснокамского муниципального района...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconНормативно-правовое обеспечение процесса информатизации в школе
Приоритетные национальные проекты: сайт Совета при Президенте Россиийской Федерации по реализации приоритетных национальных проектов...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconНормативно-правовое обеспечение процесса информатизации в школе
Приоритетные национальные проекты: сайт Совета при Президенте Россиийской Федерации по реализации приоритетных национальных проектов...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси icon# Федеральная служба по надзору в сфере образования и науки (Рособрнадзор)
Приоритетные национальные проекты: сайт Совета при Президенте Россиийской Федерации по реализации приоритетных национальных проектов...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси icon8 марта "Международный женский день"
Все мы ждем этот праздник, радуемся ему когда он наступает, но редко кто вникает в первоначальный его смысл. С течением времени,...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconИнформация о работе библиотек в помощь реализации приоритетных национальных программ
Приоритетные национальные проекты не остались без внимания библиотек Мариинско Посадского района. В течение года осуществлялась информационная...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconРекомендации по празднованию Международного женского дня в образовательном...
Международный женский день — праздник, отмечаемый ежегодно 8 марта в ряде стран как «женский день»

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconПольское общественно-политическое движение в Беларуси 2-ой половины
I. Особенности польского общественно-политического движения на Беларуси второй половины XIX – начала XX веков

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconАлгоритм
Щих события: Брест, Версаль, Мюнхен, которые в конечном итоге имели трагические последствия для Западной Европы и для России. Запад...

Женский вопрос и национальные проекты в советской белолрусси и западной беларуси iconИнститут истории национальной академии наук беларуси информационное сообщение
Приглашаем Вас принять участие в работе VІII международной научной конференции “История Могилёва: прошлое и современность”, посвящённой...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница