Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция




НазваниеАлексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция
страница1/24
Дата публикации24.06.2013
Размер2.92 Mb.
ТипДокументы
www.lit-yaz.ru > Философия > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
Алексей Александрович Маслов

Тайный код Конфуция
Аннотация
Конфуция (551–479 до н.э.) называют «учителем учителей» и «символом китайской

нации». О нем написаны сотни книг, но чаще всего китайская традиция настойчиво

скрывает самое потаенное в жизни великого наставника. Уже через много веков его

слова и события жизни получили новую «официальную» интерпретацию, а истина оказалась

глубоко запрятана.
Чему и у кого обучался сам Конфуций? Почему он столь настойчиво стремился получить

официальную должность, но чаще всего был гоним? Какую тайную традицию он нес в

себе и пытался передать своим ученикам? Перед нами предстает человек, который,

получив тайную традицию, решил принести тайные знания людям и на основе этого

учения установить гармонию в Поднебесной. Но тайное не должно было оказаться

раскрытым. Конфуция отвергли и сами представители мистической традиции, которые

подвергли его остракизму за раскрытие тайн, и правители царств, считавшие его

учение слишком отвлеченным. Его пытались убить во время странствий, его покинули

многие ученики, а многие оставшиеся последователи оказались недостойны его

наставлений. Так какое же тайное учение он пытался передать последующим

поколениям?
Новый бестселлер профессора Алексея Маслова приоткрывает завесу тайны над одной

из загадок мистической истории Древнего Китая.
Алексей Маслов
Предисловие. Последний из посвященных
Конфуцианство и Конфуций
Человек и миф
Время великих наставников
Начало пути Учителя
Тайна обучения Учителя
Лао-цзы: загадочный наставник Конфуция
Служитель Неба
Странствия в поисках службы
Непонятая миссия Учителя
Гонимая мудрость
«Наставлял он в ритуалах и музыке»
Тайное знание
Ритуал – метод связи с Небом
Вдохновляйся песнопениями и совершенствуйся музыкой
Раскрытие тайного
Падший Феникс
Радости Конфуция
«Учитель не рассуждал о духах»
Цзюньцзы: идеал мистического знания
«Редко говорил о человеколюбии»
Суровая добродетель
«Размышлять и не учиться – губительно»
Радостный и безмятежный
Древний ритуал и новая этика жизни
Мистерия государственного служения
Учитель, что стал Колоколом
Учение, что умирает в учениках
Заключение
Переводы Конфуция и цитируемая литература
Примечания
1
2
Самое главное не увидеть глазами, только сердце зорко

А. Сент-Экзюпери «Маленький принц»
Предисловие. Последний из посвященных
Его называют «Символом китайской нации» и «Учителем учителей». Наверняка, именно

его образ придет на память любому при упоминании культуры или философии Китая.

Ему возведены памятники во многих странах Восточной Азии, где как считается,

сложилась уникальная культурная общность – конфуцианский культурный регион,

формировавшийся под влиянием идей Великого Учителя. Он превратился в «визитную

карточку» Китая – обложки многих книг о Китае украшены изображениями великого

наставника, он растиражирован на календарях, плакатах и рекламах. Культ Конфуция

был объявлен императорским, правители совершали моления в храмах Конфуция, на

его родине в местечке Цюйфу в провинции Шаньдун возведен огромный храмовый

комплекс, ныне превращенный в роскошный музей, куда съезжаются туристы из всех

стран мира.
Тот торжественно-величественный Конфуций, который известен нам сегодня, чей образ

вошел во все книги о Китае и который стал символом всей цивилизации Восточной

Азии, очень далек от действительной личности живого Конфуция. В традиции он

предстает пред нами как символ наставничества и духовной мудрости, как носитель

идеи государственного служения и заботы о народе. Но этот Конфуций – продукт

тысячелетнего подправления образа скромного наставника Кун Цю по имени Чжунни.
Сегодня мы знаем Конфуция таким, каким его захотели представить комментаторы и

исследователи, таким, каким его хотела видеть официальная китайская историография,

начиная с V–VI вв. Именно из их усилий перед нами предстает величественный облик

Учителя Учителей, непоколебимого в своей мудрости и нравственности.
...
Конфуций – «учитель учителей», унесший с собой тайну своего знания
На первый взгляд, в этом нет ничего удивительного – сколько известно случаев,

когда реальные исторические персонажи были буквально погребены под напластованиями

мифов, легенд и преданий. Каждый, кто внес вклад в духовное развитие человечества,

сегодня предстает перед нами как совокупность образов и преданий – именно таковы

сегодня и Иисус Христос, и Будда, и Мухаммед. И, конечно же, Конфуций.
Но в личности Конфуция есть своя тайна – тайна, которую тщательно оберегает вся

китайская традиция, а ей чаще всего следуют и все западные исследователи и комментаторы.

Это – загадка самой личности Конфуция, загадка его Учения, его посвящения и его

школы. Это – загадка его становления и воспитания, тайна сокрытого смысла его проповеди.

И этот истинный Конфуций не был лишь одним из философов или служивых мужей из

обедневших аристократических семей эпохи Чжоу. Он вообще не был «философом» в

том западном смысле этого понятия, которое в него обычно вкладывается. Не был он

и проповедником неких морально-этических норм и государственных доктрин, хотя

при желании такие мысли можно отыскать в его высказываниях. В период своей жизни

он особенно ничем не прославился и был чаще гоним, чем привечаем. Он не сумел воплотить

в жизнь практически ни одной своей идеи по поводу «человеколюбивого управления»

царствами, а его статус духовного наставника и проповедника вызывал у многих

скепсис или даже резкое отторжение.
Чтобы «разгадать» Конфуция, чтобы понять коды его слова, надо прежде понять,

чему он сам обучался и что хотел передать. И для этого на время придется забыть

о многих традиционных версиях восприятия Конфуция: Конфуция – философ, Конфуций

– символ китайской нации, Конфуций – обожествленный мудрец.
Так кем же был тот – настоящий Конфуций? Каким был этот человек без последующих

наносов канонизации, обожествления и превращения в абсолютный символ восточной

мудрости?
Конфуций был одним из посвященных священнослужителей, близких по духу к древним

медиумам и шаманам. Он – живой пример умирающей архаической традиции магов и

медиумов, часть из которых, как и сам Конфуций, решили служить правителям царств

и открыто проповедовать свое учение. Он стал тем, кто решил вынести мистические

и магические знания на люди, поставить эти знания на службу государству и при их

помощи восстановить нарушившуюся гармонию в Поднебесной. Он был носителем очень

древнего Учения, связанного с архаическими магическими культами, которые он

постарался представить в виде концепции Ритуала или Правил. Он стремился дать

своим ученикам методы восстановления связи с Небом и поддержания постоянного

соприкосновения с духами предков и первых мудрых правителей Китая, откуда и

следует черпать высшее Знание.
Но эти его черты китайская традиция постаралась скрыть, превратив Конфуция в

одного из крупнейших духовных учителей и проповедников честного служения в виде

образа «Благородного мужа». Именно такой – «окультуренный» и вписанный в нормы

государственной доктрины – Конфуций был необходим для китайской традиции. Но это

повествование – рассказ не столько о триумфе учения Конфуция, сколько о личной

драме духовного проповедника и мистика по имени Кун Цю.
Конфуцианство и Конфуций
Сегодня во всём мире вряд ли найдется человек, не слышавший о конфуцианстве и

его знаменитом основателе Конфуции (551–479 до н. э.), имя которого по-китайски

звучит как Кун-цзы или Кун-фу-цзы (Мудрец Кун). В традиционных трактатах чаще

всего Конфуций упоминается не под именем собственным, а обозначается просто

иероглифом «цзы» – «Учитель», выступая тем самым как фигура скорее знаковая,

нежели как индивидуальный человек. Но читателю сразу становится ясно, что речь

идёт о великом наставнике, который стал нравственным идеалом сотен миллионов

людей. На высказывания Конфуция ссылаются философы, политики и учёные всего мира,

а фразы из «Лунь юя» сегодня можно услышать даже от малограмотного китайского крестьянина.
Более того, все нравственное развитие китайцев всегда представлялось как

изучение и воплощение наследия, завещанного Конфуцием: тем его бесед с учениками,

наставлений правителям, стремлением к идеалу «благородного мужа».
В отличие от многих полулегендарных наставников Китая, например, Лао-цзы и Хуан-ди,

он является абсолютно реальным персонажем – персонажем вполне «живым»,

переживающим, нередко сомневающимся, плачущим и торжествующим, наставляющим и

негодующим. Но во всем этом многообразии чувств и эмоций он удивительно целостен.

«Мой Путь – все пронзать Единым», – говорит он своему ученику (XV, 4) [1].
Самый сложный вопрос – почему именно он стал «Учителем учителей» и превратился в

символ Китая? Что он сказал или сделал такого, чего не удавалось никому ни до,

ни после него?
В эпоху Чжоу, когда жил Конфуций, существовало немало подобных ему честных

служивых мужей (ши), в том числе и вышедшими из мистических школ, которые своими

знаниями пытались послужить правителям царств. Многие из них делали это в надежде

на достойное жалование и должность, другие старались сочетать это с идеалом

установления гармонии в Поднебесной. Но из той плеяды в истории остался лишь

один Конфуций. Так может быть сохранения образа Конфуция в истории – это всего

лишь случайность? В тот период в Китае проповедовало сотни учителей, а тысячи

жили и до него и после. Может быть, просто о других проповедниках не сохранилось

достаточного количества сведений, например, их ученики не были столь старательны

в своих записях, как последователи Конфуция, который тщательно зафиксировали каждый

шаг и каждую фразу своего любимого учителя? И так он вошел в историю – не потому

что был самым великим, а потому что оказался самым «описанным»?
Тайна влияния личности Конфуция, если смотреть на него просто как на философа и

служивого мужа, вряд ли может быть разгадана. Безусловно, записи его учеников,

обобщенные в «Лунь юе» сыграли немалую роль для формирования его образа как национального

символа, однако этого было бы вряд ли достаточно.
На первый взгляд, он вполне повседневен – и именно в этой повседневной житейской

мудрости проступает его трансцендентное величие. Он не отстранен от мира чувств

и эмоций, как буддист, не чудесен в своих историях как Чжуан-цзы, не обладает сверхъестественными

способностям, как даосские маги. Он – такой как все. И все же он значительно

более мистичен, чем десятки других духовных наставников древнего Китая.
Понять его очень просто – он никогда не говорит о вещах трансцендентных,

потаенных, мистических. С учениками и правителями, с аристократами и простолюдинами

он в равной степени говорит просто и доступно. И поэтому в его речах даже сегодня

любой человек может найти источник как житейски советов, так и духовных

откровений.
Понять его нелегко. За кажущейся простотой скрывается такая глубина традиции,

аллюзий и полунамеков, что не всякий китайский знаток сможет уловить эти

тонкости.
...


По всему Китаю были основаны конфуцианские академии для обучения будущих ученых

мужей. Одна из самых больших академия Сунъян в горах Суншань была построена в

484 г. и целиком перестроена в 1035 г.
Прочтение образа Конфуция зависит от того, на какой точке зрения мы изначально

стоим – про Конфуция и традиционное конфуцианство сегодня известно столько, что

весьма затруднительно подходить к этому образу непредвзято. Понимание самого

Конфуция – как дословно-текстовое, так и постижение глубинной драмы его образа,

зависит чаще всего от изначального подхода к его личности. Если мы допускаем,

что в древнем Китае существовала развития «философия» – то перед нами образ чрезвычайно

педантичного, тщательного философа. Но стоит нам лишь допустить, что Конфуций

являлся посвященным духовным наставником, соприкасающимся с самими глубинными

мистическими традициями древнего Китая, то приходит иное понимание его образа.

Перед нами предстает духовный учитель, перенявший древнейшие магические ритуалы

и образы, и ныне стремящийся при помощи этих знаний установить гармоничное

правление в царствах на Центральной равнине Китая. Но он не только носитель этой

духовной традиции – он ее десакрализатор. Он сообщает о ней открыто, позволяет

записывать за собой и – самое главное – видит свою миссию в служении правителям

и образовании людей, а не в уединенном отшельническом подвижничестве.
Конфуцианство считают величайшим китайским философским и духовным наследием, что

отчасти верно. И все же суть конфуцианства лежит глубже, это даже не национальная

идея – это национальная психология. И описывать ее функционирование следует

скорее в терминах этнологии и этнопсихологии, нежели философии.
Конфуцианство в Китае – это абсолютно всё. Все что бы не делал древний или

современный китаец, его манера поведения, его особенности политической культуры,

его способы ведения бизнеса и установления отношений с партнерами, – все это

автоматически будет названо конфуцианством. По сути, то, что в науке называется

«традиционным психотипом китайцев» или «особенностями политической культуры

Китая», в обиходе именуется конфуцианством. Это – просто обобщающее слово для

чего-то того, что явно отличает Китай от многих других стран или культур, но

чему сложно дать краткое объяснение. И вот тогда, чтобы не вдаваться во все

тонкости объяснений формирования своеобразия китайской цивилизации, это и именуют

«конфуцианством». И все это нередко, увы, очень далеко от того, что проповедовал

сам Конфуций.
Существует несколько слоев конфуцианства. Есть официальная традиция восприятия

конфуцианства, которая в основном навеяна неоконфуцианскими трактовками, развивавшимися

в XI–XIII вв. Тогда же и было дано основное толкование всех ключевых терминов,

которые использовал Конфуций и его великий последователь Мэн-цзы (III в. до н. э.)

в своих проповедях: «ритуал» (ли), «человеколюбие» (жэнь), «справедливость» (и),

«почитание старших» (сяо), «искренность» (синь), «преданность» (чжун) и многих

других.
...
Народное представление о сферах Неба и о «единстве трех учений» На верхнем уровне

сидят обожествленные Лао-цзы, Будда и Конфуций
Несмотря на всю свою морально-этическую терминологию, происхождением которой мы

обязаны в основном попыткам «преобразовать» китайские реалии в христианизированный

лексикон Запада, конфуцианство, равно как и вся китайская традиция, не-морально,

она – прагматична. Именно это и составляет ядро китайской цивилизации, и это

открывается и в политической культуре, и поведенческих стереотипах и в особенностях

мышления.
Конфуцианство, в отличие от индивидуального учения самого Конфуция, не целостное

учение, не стройная система взглядов, представлений, политический доктрин и морально-этических

установок. Это политическая идея, объединяющая Китай. Это и абсолютный слепок

национального характера китайской нации. Зачастую в китайской экзегетике

представляется, что конфуцианство повлияло на весь облик современного Китая, на

психологию и поведение всего населения Поднебесной, начиная от императора и

заканчивая простолюдином. Но, кажется, в реальности дело обстояло абсолютно

противоположным образом: конфуцианство само явилось лишь слепком с уже

сложившегося стереотипа поведения и мышления. И здесь оно удивительным образом

из «матрицы идеального китайца» и благородного мужа превращается лишь в

констатацию уже существующего стереотипа.
В конце концов оказалось, что конфуцианство – гносеологическая абстракция,

абсолютный объем, который может быть наполнен практически любым содержанием.

Нередко китаец, как бы сканируя свои мысли, стереотипы и особенности поведения,

говорит: «Вот это и есть конфуцианство». Итак, конфуцианство не то, что должно

быть, а то, что уже сложилось, уже живет и развивается. Оно не корректирует

поведение, а оправдывает его. Так выглядит некая великая символическая идея,

вмещающая все что угодно.
Символизм «слова Конфуциева» прослеживается практически во всех высказываниях

учителя. Следует заметить, что еще никем не доказано, что записи слов Учителя

велись сходу, т. е. записывались в момент его наставлений или незадолго после

этого. Возможно это воспоминания, впечатления, записанные (и, разумеется,

додуманные) через весьма продолжительный период времени. И писали уже не столько

слова Конфуция или о Конфуции, сколько в анналы вносились слова Идеального

Учителя, который становился символом наставничества и правильного поведения в

соответствии с ритуалом.
Стало привычным именовать Конфуция «величайшим мудрецом», но в действительности

очень сложно объяснить, почему история выделила именно его из созвездия блестящих

философов и значительно более удачливых администраторов, которые жили на одном

временном отрезке с ним. Кажется, в отличие от многих своих современников

Конфуций оказался как раз не возвышен, а максимально приземлен, практичен, он

рассуждал о вещах «посюсторонних», удивительным образом сводя всякое священное

ритуальное начало к каждодневной деятельности, например, об урожае, о болезнях,

о приеме пищи, о правильном сне.
О Конфуции написано, пожалуй, слишком много, и сегодня уже вряд ли возможно

отделить реальный образ этого мудрого старца от многочисленных агиографий, «выправление»

образа Конфуция под нужны государственной доктрины в разные периоды. Само же

учение Конфуция настолько оказалось скрыто за многочисленными комментариями

последующих эпох, что многие ученые абсолютно разумно решили разделять само ученик

Конфуция от последующего конфуцианства – социально-политической теории и государственной

доктрины Китая. К последней Конфуций имел весьма косвенное отношение и никакого

«государственного учения» не создавал.
Конфуцианство, в отличие от вполне конкретного учения Конфуция, – скорее лозунг

нежели учение, гибкий и трансформирующийся тезис о том, что должно считаться «сделанным

по ритуалу» от отношений с соседями до приема пищи и управления уездом. Само же

конфуцианство – совершенно особое мировосприятие, поэтому не стоит ждать

однозначного ответа на вопрос: стало ли оно религией Китая или просто этическим

учением? Но очевидно, что конфуцианство выполняло в Китае практически все

функции религии и, таким образом, превратилось в национальную квазирелигию. Во

всяком случае, другого типа религиозного сознания Дальний Восток не знал.
Мы же будем говорить здесь не о конфуцианстве, а о самом Конфуции.
Человек и миф
В отличие от многих других мудрецов и духовных наставников древнего Китая о

Конфуции, на первый взгляд, известно очень многое. Прежде всего, он обладает настоящей

биографией – хроники донесли до нас и даты его жизни и описания странствий по

Китаю от двора одного правителя к другому, по записям его учеников можно увидеть

и характер Конфуция – строго ментора и тонкого наставника, человека страдающего

и твердого, чувствительного и непоколебимого. И именно за счет этой кажущейся

противоречивости и драматичности жизни этот человек, живший две с половиной

тысячи лет назад, оказывается чрезвычайно обаятелен.
Не меньший драматизм образу Конфуция добавляет сама история его жизни, которая

на первый взгляд, кажется абсолютно тривиальной для книжных людей того времени.

В сущности, он был одним из многих служивых людей – ши, происходивших в основном

из числа «малых домов» – разорившихся аристократических семей, некогда славных,

но ныне не обладавших ни особой властью, ни тем более богатством. Знаком их жизни

становится само служение, причем смена господина, переезд от одного двора одного

правителя к другому считалось нормой этого служения.
О себе Конфуций не любил рассказывать, а свой жизненный путь сумел описать в

нескольких строках: «В пятнадцать лет я обратил свои помыслы к учёбе. В тридцать

лет я обрёл самостоятельность. В сорок – сумел освободиться от сомнений. В

пятьдесят лет я познал волю Неба. В шестьдесят лет научился отличать правду от

лжи. В семьдесят лет я стал следовать желаниям моего сердца и не нарушал ритуала»

(II, 4).
...
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconШи Децянь Алексей Александрович Маслов Гимнастика Бодхидхармы
«Гимнастика Бодхидхармы / Ши Децянь, А. А. Маслов; худож. – оформ. А. Киричёк»: Феникс; Ростов н/Д; 2006

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconАлексей Александрович Маслов Путь воина. Секреты боевых искусств Японии
«А. А. Маслов. Путь воина. Секреты боевых искусств Японии»: Феникс; Ростов-на-Дону; 2004

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconАлексей Александрович Маслов Классические тексты дзэн
Тексты древнейших мудрецов, вошедшие в сокровищницу мировой культуры. Использование принципов, изложенных в публикуемых трудах повлияло...

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconАлексей Александрович Маслов Дзэн самурая
Автор и ведущий нескольких телевизионных передач, в том числе «Тайны тибетских мастеров» на канале «Рамблер-тв». Много лет ведет...

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconВладимир Вячеславович Малявин Конфуций
Конфуция и, во-вторых, решительно все высказываемые в ней суждения о китайской культуре в целом и учении Конфуция в частности могут...

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция icon-
Брошюра «Язычество как волшебство» автор Доброслав (Добровольский Алексей Александрович), издание второе, исправленное, издательство...

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconКод Марии Магдалины Сенсационная версия возникновения христианства...
П 32 Код Марии Магдалины / Линн Пикнетт; [пер с англ. М. Зво нарева; под ред к ф н. В. П. Пазиловой]. — М. Эксмо, 2007. — 352 с.:...

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция icon00. 48 документальный фильм «Обводный канал». Режиссер: Алексей Учитель....
Алексей Учитель. Сценаристы: Владимир Ивченко, Алексей Учитель. Оператор: Юрий Александров. Композиторы: Михаил Малин, Андрей Отряскин....

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconМеняйлов Алексей Александрович Катарсис: подноготная любви Психоаналитическая эпопея
Почему так мало известно об интимной жизни Сталина? Какие стороны своей жизни во все века скрывают экстрасенсы-целители, скажем,...

Алексей Александрович Маслов Тайный код Конфуция iconПлатформенно-ориентированный код
Говорят, что процессор a совместим с процессором B, если процессор a полностью «понимает» машинный код процессора B. Если процессор...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница