Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой




НазваниеЭстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой
страница6/10
Дата публикации23.11.2013
Размер1.1 Mb.
ТипРеферат
www.lit-yaz.ru > Философия > Реферат
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
     “ – Землеотпущение. Третий воздух – пуст. ... Таков от клиник Путь: сперва не тянет Персть, потом не примет Ног. Без дна, а твёрже Льдов! Закон отсутствий Всех: сперва не держит Твердь, потом не пустит в вес” (Соч., с.443). Характеристики “третьего воздуха”: “редок”, “резок”, “резче ножниц... Как жальцем в боль – уже на убыль”, “цедок..., цедче сита Творческого...А не цедче Разве только часа Судного...” (Соч., с.444). Но есть ли это “испытание”, знание второй смерти, которую человек должен перенести после физической?, “...которая состоит в освобождении от нечистых элементов астрального тела...; тогда как вполне возрождённый человек, образовавший уже в здешней жизни своё духовное тело, несёт своё небо в себе самом и беспрепятственно устремляется в ту высшую область, куда его притягивает внутреннее сродство” (21, с. 377). Сравните с цветаевским: “Без компаса Ввысь! Дитя – в отца! Час, когда потомственность Ска-зы-ва-ет-ся” (Соч., с.447).
“ – Землеотлучение:
Пятый воздух – звук” (Соч., с.446).
“Старая потеря Тела через ухо. Ухом – чистым духом Быть. Оставьте буквы – Веку” (Соч., 446). Гармония (основа движения: “Чистым слухом или чистым звуком Движемся? (Соч., с.446)) у Цветаевой отождествляется с Духом, единым и неделимым Духом. Но можно ли сказать, что это только седьмое небо: “Преднота сна. Предзноб блаженства”, только ещё чередованье “лучшего Из мановений божеских: Воздуха с – лучше – воздуха!”? Если так и следует понимать поэта, то Бог цветаевской теологии вступает в противоречие с традиционно-церковным Богом, который есть абсолютно духовное Существо. А может быть, это только одна необходимая ипостась Бога – Святого Духа? Тогда это не столько противоречие, сколько прозрение поэтом дальнего центрального смысла: Бог – это Абсолютная Мысль – абсолютное творческое движение и развитие.
“ – Землеотсечение.
Кончен воздух. Твердь” (Соч., с.446).
“Полное и точное Чувство головы с крыльями ... Так, пространством всосанный, Шпиль роняет храм – Дням” (Соч., с. 447) (ср.: “Оставьте буквы – Веку”).
     “Не в царство душ – В полное владычество Лба” (Соч., с. 447) – ибо жизнь духовная – жизнь мысли – “есть деятельность без участия чувств” (по выражению отца Церкви святого Исаака Сирина). Итак, царство Бога – не царство душ (ибо душа – “низшее небо духа”, связь тела и духа), а царство духовной мысли или духоразумения.
     Ещё один знаковый момент: “Дитя – в отца!” Не сын в Отца как понятие Троицы. “Дитя” – с заглавной буквы, потому что начало предложения. “Дитя” - что значит Посвящённый в эзотерической традиции. Значит понятия “Дитя – в отца!” уравнены, но уравнены в занебесьи, в Источнике – а значит, изначально. Здесь не традиционно христианское недопущение тождества своего “я” с Богом, а эзотерическое: “отец” – “твоё “я” в прошлом и твоё “я” в будущем по отношению к твоему “я” сегодняшнему, а вместе – твой учитель, но и твоё “я” сегодняшнее по отношению к твоему “я” завтрашнему. “Сын” – твоё “я” сегодняшнее по отношению к твоему “я” вчерашнему и твоему “я” будущему, но и твоё “я” завтрашнее по отношению к твоему “я” сегодняшнему. Так было, есть, будет – не по родственному рождению в среде структуры..., но по творению – по воплощению духа в творческом многообразии” (2, с. 96).
     По мнению М.Л. Гаспарова “...возносящаяся мысль оказывается отождествлена, неожиданно, но недвусмысленно, с возносящимся богом-сыном, Христом” (22, с.139).  Думается, что “возносящаяся мысль” и есть духовное “я” поэта, его “я” сегодняшнее (как сумма опыта, форм и уровней бытия прошедшего, настоящего и будущего развития личности) и потому “дитя” есть “отец”;  “дитя” - внутреннее экзистенциальное “я” поэта, его трансцендентное “я”. В словаре языческих мистерий термин Христос рассматривался как синоним высшего Я человека.
     В этом соотношении “Дитя – в отца!” и  есть один из законов развития космического Разума. Выбиваясь из одноплоскостного многовариантного понимания Бога в различных религиях и философских системах  (“...плоское понимание географии древними, естественно, не могло не отложить отпечаток на восприятие законов Космоса в единой плоскости” (2, с.189)), М.И. Цветаева, по нашему мнению, приближается к единому варианту Бога, объёмному в своём многообразии: Бог-Мысль – космический Разум, вбирающий в себя и возрождающий себя через различные виды цивилизаций (виды мыслящих систем, систем разного вида бытия).
     Всё свидетельствует о том, что у М. Цветаевой обращение души было целенаправленным, целомудренно невыраженное вслух, цельное объёмное понимание, что есть Господь, Христос, космический Разум – единый источник света, познания, совершенства, любви  - творящий центр. Она “растила  душу в вере” не посредством обращения к Господу вслух, а внутри самой себя, апофатически. Не только концентрировала своё “я” на духовных аспектах развития, но и направляла его к Единому источнику света, познания, любви. Растила себя не только для себя сегодняшнего, но и во имя Отца своего  - себя завтрашнего. “Безличное обращение, способное растить душу, но в обращении к себе самому, как к единому Господу и в себе и вне себя” (2, с.195). В строгой иерархии, исключающей грех самости: “Господь и я”, позволяющей себе подняться до Него. Следовательно, судьба каждого – в нём самом, в развитии его главных жизненных сил.
     Время и пространство в цветаевской теологии трактуется следующим образом: пространство в ней не является понятием мерности и расстояний, а время – абстрактно – оно в самом “я”, осознающем себя в какой-либо форме проявления. Пространство для Цветаевой есть эволюция, уровень бытия: “ – Землеотсечение...”... “Так, пространством  всосанный, Шпиль роняет храм – Дням” (Соч., с. 447).
     И конец поэмы: “В час, когда готический Шпиль нагонит смысл Собственный...”(Соч., с.447) – возвращение Домой: к себе самому, себе всему, как единому, бессмертному, в своё истинное состояние духа – духовную смысловую бесконечность. Воссоединение с Духовным Разумом как ядром Души.
     Храм в душе был зафиксирован. В основе поэмы – мыслеощущение. Вся поэма построена на изображении саморазвивающейся идеи, неотделимой от личности. Центр поэмы – Мыслевоплощение. Только конец даёт связь с началом – христианский постулат цветаевской теологии. Мысль для Цветаевой и есть бесконечная свобода – полнота реальности, явленная по ту сторону тверди. Что это, как не индивидуальное проникновение в эзотерический план Писания?
     К проблеме “гостя” в “Поэме Воздуха”, являющегося двойником лирического “я” поэта в контексте поэтического мира Цветаевой. Двойник Цветаевой отдалённо перекликается с гностическим мифом: божественное откровение передаётся гностику через посланника, который приходит “извне”. От гностического мифа структурный принцип поэмы: выражение содержания с высокой степенью неопределённости, складывающееся от противного. Но совершенно очевидно, что у Цветаевой не создание гностического мифа и не реализация гностической метафоры, а создание собственной “поэтической теологии”.
     Как доминирующую тему в поэме (“кончено! Отстрадано...”) можно выделить тему отсутствия страха (как выхода из земной невидимости). Воплощение и развоплощение у Цветаевой меняются местами: жизнь земная – развоплощение (потеря многих свойств первоисточника), смерть – воплощение (выход из земной недостаточности, скованной грубой материей).
(Здесь, конечно, Цветаева исходит из орфической традиции: тело – тюрьма души (см. стихотворение “Жив, а не умер...”).
     Двойник и разминовение с ним – к Богу идут поодиночке. Героиня поэмы выбирает не самоутверждение, а самоотречение. “Возносящаяся мысль” – та ещё другая действительность, уже иная природа, но сохраняющая за собой право быть в настоящем – “уходя, остаться” (7-ой закон Космоса).
     В “Поэме Воздуха” ясновидение Цветаевой в ментальной сфере совпадает с древней эзотерической психологией, выделяющей в сложном составе человека 7 начал: 1.физическое тело; 2.эфирное тело; 3.астральное тело, проводник страстей и желаний; 4.ментальное тело, тело мысли. Это низшие, преходящие начала человека. Высшая, бессмертная Триада человека состоит из: 5.чистого разума, или интуиции (Manas высший). 6. Духовного начала (Budhi). 7. Божественного начала, бессмертного Я (Atma).  Все эти начала человека представляют полную аналогию с различными сферами Космоса, которым, в свою очередь, соответствуют различные состояния сознания (2, с.8).
     Таким образом, не разминовение с двойником (на уровне подтекста), а переход двойника в ментального проводника – мыслительное начало самого поэта (“Мы, а шаг – один. И не парный, слаженный, Тот, сиротство двух. Одиночный – каждого Шаг – пока не дух: Мой” (Соч., с.441).
     “Душа без прослойки чувств”, ибо пока не будет побеждено астральное начало (низшая эгоистическая природа человека), желание будет господином над волей человека. Всё страстное, корыстное уничтожается вместе с личностью, сохраняется лишь содержание сверхличного сознания. Тем самым, лирическое сознание героини становится тем, на что оно направлено. “По мере освобождения своего от страстного начала, ментальный проводник становится господином над смертной природой человека, его истинным руководителем и органом его свободной воли” (25, с.20). “... Когда это претворение совершилось и весь результат пережитой жизни проник в бессмертную душу, передался Мыслителю (высшему, не умирающему сознанию человека), тогда и ментальное тело в свою очередь разрушается, и человек сбрасывает свою четвёртую, и последнюю оболочку” (там же). Вот когда происходит “разминовение” с двойником – ментальным проводником.  Не разминовение, а сбрасывание.
     Итак, освобождение от души как от страстного начала, и  поднятие к Manasu (Мыслителю) – “человеческой душе, вмещающей в себя чистый разум без примеси страстного начала и результаты всех опытов на протяжении всей эволюции человека (Христос)” (25, с.21). В Триаде “тело, душа, дух” Цветаева понятие духа заменяет понятием ума (приходит к дуализму души и ума). Божественное и тварное соединимо и по сущности, и по энергии – в финале “Поэмы Воздуха” доминируют элементы исихазма и синергизма. Не перекликается ли финал поэмы с высказыванием Фомы Аквинского: человеческое “блаженство”, т.е. высшая реализация человеческих возможностей, предельная цель жизни состоят в акте интеллекта, в который лишь подчинённым образом включается  воля.
     И выводится судьба поэта: “...Старая потеря тела через ухо. Ухом – чистым духом Быть. Оставьте буквы – Веку” (Соч., с.446).
     И совсем гениальное прозрение: “Не в день, а исподволь Бог сквозь  дичь и глушь чувств” (Соч., с.447).  “... Не в царство душ – в полное владычество Лба” (Там же). К смыслу через бесстрастие.  Смысл (мудрость) есть знание и любовь. Знание Любви. Поэтическое познание Цветаевой смыкается с оккультным (метафизическим, теософским). М. Цветаева  утверждает гениальную мысль: любовь в высшей своей точке есть бесстрастие, как гармония есть отсутствие разделения. Любовь как бесстрастие не ищет “своего”, очищена от страстей и желаний, самоотверженна в воли своей.  Марина Цветаева поражает нас своим трансцендентным опытом понимания жизни за пределами видимого. Несомненно, она обладала тончайшей оккультной интуицией или чувствознанием (прямым видением поверх очевидности), не взращенной специально на теософской литературе, но очевидно, принесённой из прошлых жизней.
    “Поэма Воздуха” явилась вершиной творческого трансцензуса поэта. Возносящаяся мысль в поэме, переходящая в звуковую вибрацию, есть тончайшая энергия, равная Огненному Принципу Жизни.
      Мир Огня есть цель человеческого странствования. Мир Огня – обиталище чистой мысли, эйдоса, абстрактной идеи – есть Ментальная структура земных воплощений.
     Недаром поэтическое воображение есть реализация человеческой функции стремления к Абсолютному. Всё художественное творчество М. Цветаевой фундировано Абсолютом. Средствами поэзии (ассоциативная образность у Цветаевой обладает повышенной метафоричностью и субъективностью) она создаёт сложный, мы бы даже сказали, напряжённый вариант глубинной космологии. И именно творческая субъективность, в пространстве собственной интуитивности, не сбивающаяся на абсолютизирование, целомудренно предполагает относительность метафизической истины в категориях человеческого сознания. Метапоэтический план поэмы Цветаевой собственными путями выходит на один из постулатов “Евангельского эзотеризма” Е.П. Блаватской: “...Христос был путь, тогда как Хрестос обозначал одинокого путника, который идёт по этапу пути к далёкой цели, указуемой ему Христом, преображённым духом истины, по достижении которой душа (сын) соединится с духом (отцом)” (26, с.18).
     “Поэма Воздуха”, очевидно, самая мистическая, полная трансцендентных откровений поэма XX века. Основная черта поэмы – вариативность, многомерность её смысла и пространства, едино-объёмного и многослойного. Система выстраивающих мир символов в поэме: символ качественного предела; символ понятия духа единого и неделимого; символ сознания “я” в понимании центра Вселенной; символ понятия полярности; символ понятия единства мысли и духа; символ объёмности и перспективы. Художественные символы Цветаевой воплощают действие семи законов Космоса.
     “Поэма Воздуха” – акт ясновидения, выхода “я” поэта в другие формы и виды бытия, из поля времени и пространства нашей цивилизации и установление контакта со своим “я” других уровней развития. Прозрение личной судьбы на высших этапах жизни, выраженное в саморазвивающейся художественной форме. И вся разорванность, прерывистость поэмы (не только композиционный принцип) есть тот зазор, когда трансцендентное завоёвывало художественное пространство, не переплавленное в земные понятия, не передаваемое ими, ибо “Достойно, но всё же поэтически проживает человек на этой земле” (Ф. Гёльдерлин).  Развитие мысли поэта выходило за пределы данного круга поля времени цивилизации.
    Поэма написана в 1927 году. Ещё 14 лет предстояло прожить М. Цветаевой – каким титаническим усилием духа и требованием свободного творческого движения нужно было обладать поэту, проделавшему путь к центру штопора (поля) времени своей цивилизации.
     Итак, третье проявление эзотеризма Цветаевой: “Уверенность в слухе и в сроке. Припав к стене, Уверенность в ухе ответном. (Твоя – во мне). Заведомость входа” (Соч., с.439).
     Экзистенция для М. Цветаевой есть промежуточное звено, соединяющее потустороннее бытие с миром. Экзистенциальная модель мира Цветаевой предвосхищает категориальную структуру позднего экзистенциализма: “мир – бытие – в – мире – бытие”.
     Цветаева экзистенциально сочетала свои впечатления с внутренним религиозным чувством. Религиозный (эзотерический) путь познания у Цветаевой преобладал над художественным постижением мира. Тяга к “трансценденции” открывала поэту “подлинное существование”.
      В основе философской концепции мира Цветаевой – религиозный экзистенциализм, ведущий от мира к Богу, к самоуглублению, позволяющему обрести новое, трансцендентное измерение бытия.
      Серебряный век русской поэзии и экзистенциализм Запада явились предтечами целенаправленного объединения различных типов мышления в мощный энергетический заряд объединённой материи мысли нашей цивилизации.
      Сверхчувственное восприятие Цветаевой, воплотившееся в художественном творчестве, - колоссальный энерго-вклад в накопление энергетического заряда массового проявления сверхчувственного сознания на рубеже веков, сигнализирующее начало нового круга поля времени в развитии цивилизации. Материя мысли Цветаевой требует завершения в наше время – как мост в новую эпоху, где наука, художества и религия сольются на почве эзотеризма (21 век). Это – мысль-подмога в наш пограничный день.
      Вывод: эзотерическая лирика М. Цветаевой (“Берегись”, “Бог”, “Сивилла”, “Когда же, Господин...”, “Новогоднее”, “С Моря”, “На Красном коне”, “Эвридика – Орфею” и многое-многое другое) имеет две “жанровых” разновидности: “Воспоминание о прошлом” и “воспоминание будущего” (“... я родилась уведённой!” “И домой: В неземной – Да мой”). О будущем как о дальнем круге развития поля времени цивилизации и что самое важное, о личном будущем – как выходе из данной планетарной системы в иные формы существования (чисто духовные сферы?) – и знание последнего преобладает. Каким образом это происходит? – ясновидящая личность совершает произвольный переход на уровне материи мысли из одного круга поля времени в другой или в другое измерение и с полученной информацией обратно, при доминирующем образном типе восприятия информации по лучам контакта из Космоса.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой icon«…Звали меня Мариной…» о личности, судьбе и творчестве Марины Ивановны Цветаевой
Цель: познакомить учащихся с личностью, непростой судьбой и творчеством М. Цветаевой

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconПоэтический мир Марины Цветаевой Урок-новелла
Учитель. На прошлом уроке мы познакомились с биографией Марины Ивановны Цветаевой, проверим качество усвоения материала. Вопросы...

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconБиография и творчество М. И. Цветаевой и Э. Дикинсон
Именно поэтому темой нашего исследования стали сходства и различия в биографии и творчестве русского поэта Марины Ивановны Цветаевой...

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconТема: Лирика Марины Цветаевой «Красно кистью рябина зажглась »
...

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconСценарий поэтической гостиной «Памяти Марины Цветаевой»
Сценарий поэтической гостиной, посвященной 120-летию со дня рождения Марины Цветаевой

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconГермания марины цветаевой
Вся лирика М. Цветаевой ‒ это непрерывное объяснение в любви к людям, к миру и к конкретному человеку. Живость, внимательность, способность...

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconВиктория швейцер «Быт и бытие Марины Цветаевой»
Цветаевой-Эфрона. В тексте появилось не­сколько новых главок, дополнить книгу которыми я посчитала необходимым

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconПоэтика границы в лирике марины цветаевой
...

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconУрок литературы в 9 классе на тему: «Обычное женское счастье мое!»
Марины Ивановны Цветаевой, проанализировать отдельные стихотворения ее любовной лирики; повторить биографию Цветаевой

Эстетика трансцендентного в творчестве марины цветаевой iconУрок литературы. Тема. Поэтический мир Марины Цветаевой
Цель урока: рассказать об основных темах и мотивах цветаевской лирики, особенностях лирической героини стихотворений, дать ключ в...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница