П. С. Гуревич философия человека часть вторая




НазваниеП. С. Гуревич философия человека часть вторая
страница1/11
Дата публикации16.06.2013
Размер2.24 Mb.
ТипМонография
www.lit-yaz.ru > Философия > Монография
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Российская Академия Наук Институт философии

П.С.Гуревич

ФИЛОСОФИЯ ЧЕЛОВЕКА

Часть вторая
Москва 2001

УДК 300.37 ББК-15.56 Г 95

В авторской редакции
Рецензенты:

доктор филос. наук В.С.Барулин доктор филос. тук. Л.П.Буева

Г—95 Г^ревич П.С. Философия человека. Ч. 2. —

М., 2001. - 209 с.
Монография представляет собой вторую часть труда (первая часть вышла в 1999 г.), в кото­ром автор прослеживает философско-антропологи-ческую традицию от древней философии Востока до эпохи Возрождения (в части 1-й), а в части второй — ее развитие от протестантской этики до XX века включительно. Какая тайна скрыта в человеке? Дей­ствительно ли он занимает особое место в природ­ном царстве? Что в нем уникального? В монографии раскрываются различные стороны антропологичес­кого бума, который разворачивается на наших гла­зах. Антропологический ренессанс — один из фе­номенов всей современной философской мысли.

ISBN 5-201-02062-3 © П.С.Гуревич, 2001

© ИФРАН, 2001
Оглавление

^ ГЛАВА ПЕРВАЯ

РЫЦАРЬ ПРОТЕСТАНТСКОЙ ЭТИКИ ..............................................3

Преображение духовных установок.................................................4

Отношение к труду как ценность.....................................................6

Свобода и бессилие человека..........................................................12

Культ добродетелей.........................................................................19

^ ГЛАВА ВТОРАЯ

«МЫСЛЯЩИЙ ТРОСТНИК»..............................................................23

Паскаль: опыт трагического бытия.................................................24

Человек во вселенной......................................................................34

Счастье человека..............................................................................37

^ ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ: ОТКРЫТИЕ СУБЪЕКТА......................45

Верховенство разума........................................................................48

Человеческая природа......................................................................52

Человеческое вожделение...............................................................57

Человек-машина..............................................................................61

Соотношение ума и души................................................................64

Человек и история............................................................................65

^ ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ ПРОБЛЕМЫ СВОБОДЫ И ДУХА

В НЕМЕЦКОЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ.........................74

И.Кант о философской антропологии...........................................75

Отношение сознательного и бессознательного.............................84

Антропология и панлогизм.............................................................86

«Я» и «Ты».........................................................................................90

^ ГЛАВА ПЯТАЯ

РОМАНТИЧЕСКИЙ ИДЕАЛ ЧЕЛОВЕКА.........................................96

Человеческое бытие.........................................................................97

Романтизирование восточного человека.....................................100

Свобода как феномен.....................................................................105

Человек как макрокосм.................................................................108

Религия как ценность....................................................................112

Природа как тайна..........................................................................j$$

^ ГЛАВА ШЕСТАЯ

НАУКА И ЧЕЛОВЕК В ПОЗИТИВИЗМЕ.........................................118

Эмпирическая база антропологии................................................119

Конт о человеческой природе.......................................................127

Концепция счастья Джона С.Милля............................................137

Свобода воли у Спенсера...............................................................139

^ ГЛАВА СЕДЬМАЯ

КОНЦЕПЦИЯ ЧЕЛОВЕКА В ФИЛОСОФИИ ЖИЗНИ................142

«Жизнь» как философская категория...........................................143

Антропологизм Шопенгауэра.......................................................148

Проблема свободы и морали.........................................................154

Обретение сущности человека......................................................164

Идея становления человека...........................................................165

Интуиция и интеллект...................................................................167

ГЛАВАВОСЬМАЯ

ЧЕЛОВЕК В РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ..........................................171

Общие черты русского антропологизма.......................................171

Эволюция антропологической мысли..........................................174

Понятие аскезы..............................................................................177

Цельность духа................................................................................179

Понятие свободной воли...............................................................185

Субъективизм и индивидуализм в народничестве......................186

Идея активности человека.............................................................187

Идея универсальности всеединства.............................................189

Антропологическое мышление Льва Толстого............................192

Спектр антропологических воззрений.........................................194

Заключение...........................................................................................196

Примечания..........................................................................................203

^ ГЛАВА ПЕРВАЯ

РЫЦАРЬ ПРОТЕСТАНТСКОЙ ЭТИКИ

В отечественной историографии эпоха Реформации за последние годы стала рассматривать как самостоятель­ный и крайне значимый период в истории Европы. При­вычное следование Нового времени за эпохой Возрож­дения сменилось более внимательным отношением к ге­незису капиталистической эпохи. Российские философы подчеркивают, что Реформация осуществила радикаль­ную перестройку духовных, общекультурных и цивили-зационных установок.

Период Реформации (от лат. reformatia — преобразо­вание, исправление) — разнородное социально-полити­ческое и духовное движение XVI-XVII вв., которое ох­ватило многие страны Западной и Центральной Европы. Движение, как известно, началось в Германии с выступ­ления Лютера. В его тезисах оспаривалась власть като­лической церкви с ее иерархией, отвергалась власть ду­ховенства вообще (тезис об «оправдании одной верой» без посреднической роли духовенства в спасении веру­ющего). Сторонники Реформации провозгласили един­ственным источником религиозной истины Священное Писание, отвергнув католическое Священное Предание. Они требовали «дешевой церкви», отрицали права церк­ви на земные богатства.

В эпоху Реформации складывался радикально иной образ человека, нежели в средневековье или Возрожде­нии. Произошла решительная ломка ценностных ори-

ентаций. Это отразилось на мировосприятии индивида Реформации, на его поведении. Не случайно многие со­временные философские антропологи, в частности Э.Ф­ромм, при осмыслении человеческой природы нередко обращаются к данной эпохе.
^ Преображение духовных установок

История Европы и Америки с конца средних веков — это летопись полного освобождения человека. В фео­дальном средневековье индивид был неразрывно связан с общиной. Вся жизнь человека, от рождения до смерти, была регламентирована. «Он почти никогда не покидал места своего рождения. Жизненный мир большинства людей той эпохи был ограничен рамками общины и со­словной принадлежности. Как бы ни складывались об­стоятельства, дворянин всегда оставался дворянином, а ремесленник — ремесленником. Социальное положение для индивида было так же органично и естественно, как собственное тело; каждому сословию соответствовала своя система добродетелей, и каждый индивид должен был знать свое место»1.

Процесс же освобождения индивида от диктата об­щины начался в эпоху Возрождения. Потребовалось бо­лее четырехсот лет, чтобы разрушить средневековый мир и освободить людей от самых явных ограничений. Во многих отношениях индивид вырос, развился ум­ственно и эмоционально. Степень его участия в куль­туре приобрела неслыханные прежде масштабы. Но в то же время, по словам Э.Фромма, диспропорция между свободой от каких-либо связей и ограниченными воз­можностями для позитивной реализации свободы и ин­дивидуальности привела в Европе к паническому бег­ству от свободы в новые узы или по меньшей мере к по­зиции полного безразличия2.

В период Реформации экономический базис запад­ного общества претерпел радикальные перемены, кото­рые сопровождались столь же значительными изменени­ями в психике человека. Тогда же возникла и новая кон­цепция свободы, получившая наиболее яркое выражение в новых религиозных доктринах Реформации. В эту эпо­ху закладывались основы современной культуры.

Современный индивидуализм, как уже отмечалось, зародился в эпоху Возрождения. Человек выходил из до-индивидуального существования и осознавал себя в ка­честве отдельного существа. Но хотя идеи Возрождения и оказали значительное влияние на дальнейшее разви­тие европейской мысли, основные корни современного капитализма, его экономической структуры и его духа обнаруживаются не в итальянской культуре позднего средневековья, а в экономической и общественной си­туации Центральной и Западной Европы и в выросших из нее доктринах Лютера и Кальвина.

В чем же состоит основное различие этих двух куль­тур? Культура Возрождения представляла общество срав­нительно высокоразвитого торгового и промышленного капитализма. Небольшая группа богатых и обладавших властью индивидов управляла этим обществом, состав­ляя социальную базу для философов и художников, вы­ражавших дух этой культуры.

Реформация же была главным образом религией кре­стьянства и низших слоев городского общества. По мне­нию Макса Вебера, основой современного капиталисти­ческого развития в западном мире стал городской сред­ний класс. Освобождение индивида от прежних уз повлияло на склад характера представителей городского среднего класса. Протестантство и кальвинизм, выражая новое чувство свободы, в то же время представляли со­бой бегство от бремени этой свободы.

В средневековом обществе экономическая органи­зация городов была сравнительно статичной. Торговля в ту эпоху осуществлялась в основном множеством мел-

ких предприятий. Еще не было условий для возникнове­ния организаций слишком большого масштаба по отно­шению к отдельному человеку. Люди, следовательно, не были настроены на экономическую эффективность.

Протестантизм, как уже отмечалось, радикально из­менил ценностные установки людей. Возникшая система норм и святынь стала по-иному регламентировать чело­веческие отношения и общественное поведение. Возник­ли новые социально-этические оценки. Качественный сдвиг в структуре сознания закономерно привел к пере­вороту во всей системе духовных представлений и интел­лектуально-мировоззренческих характеристик общества.

Люди всегда пытались соединить разрозненные представления, формируемые их социальным опытом. Сколь разорванным ни казалось бы сознание индивида, оно тем не менее образует собой некую целостность. В истории философии нередки попытки ее обмирщения, приближения к живому человеку, его переживаниям, непосредственным жизненным ощущениям, внутрен­ним состояниям.

Культура действительно во многом архетипна, ибо она постоянно воспроизводит определенные жизненные ситуации, с которыми человек встречается во все време­на. Речь идет о проблемах долга, любви, жертвы, траге­дии, героизма, смерти. Протестантская этика в отличие от декалога и евангельских заповедей отражала не столько канонические предписания, сколько мироощущение че­ловека новой эпохи, который избрал для себя новые цен­ностные установки. Эти ценности были закреплены в учениях идеологов Реформации. Отдельные заповеди вошли в конкретные исповедания веры.
^ Отношение к труду как ценность

Разные эпохи демонстрировали различное ценност­ное отношение к труду. Варвары, например, показывали презрение к созидательной активности. «Искусство вой-

ны проникает в среду варваров быстрее и глубже, чем лю­бая другая отрасль техники»3. К производительному тру­ду в целом варварское общество относилось крайне про­тиворечиво. «Свободный соплеменник, воин, участник народного собрания был вместе с тем и домохозяином, скотоводом и земледельцем. Лишь владевшие значитель­ным количеством рабов были вовсе избавлены от труда и могли вести праздную жизнь, какую описывал Тацит, по­вествуя о древнегерманских дружинниках и их вождях. Однако вряд ли оценка труда свободным дружинником была высокой. Естественно, что в обществе, которое в немалой степени жило войной, захватами и грабежами, вырабатывались героические идеалы поведения, и наибо­лее достойным свободного человека занятием, принося­щим ему славу и добычу, считалось военное дело. По­скольку же к нему так или иначе были причастны все со­племенники, то, вероятно, рядовые свободные, которым приходилось делить свое время между походами и обра­боткой полей, не могли одинаково высоко ставить оба эти занятия. Свободный труд в собственном владении нико­го не унижал, но мог ли он идти в сравнение с дружинны­ми подвигами?»4.

Трудолюбие не считалось добродетелью и в антично­сти, где политические качества человека ценились выше. Эпоха эллинизма не признавала высокого нравственного достоинства физического труда. К концу античной эпохи и земледелие не относили к числу достойных занятий, как это было в более патриархальный период, во времена Цин-цинната. В период Римской империи стало расхожим в кругах господ представление о прирожденной низости людей, занятых физическим трудом. Правда, стоики, Се­нека, Эпиктет и некоторые другие мыслители пытались преодолеть отрицательную оценку труда.

В христианстве произошла переоценка рабовладель­ческой морали. «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (Г.Солун. 3,10). Этот принцип раннего христиан-

ства перевертывал сложившиеся приоритеты. Отныне тяг­чайшим грехом объявлялась праздность. «Христианское учение оценивало земные установления с точки зрения их пригодности как средства приближения к Богу, и в этом смысле определялось и отношение к труду. Трактовка тру­да, собственности, бедности, богатства в раннехристиан­ской литературе — а эти сюжеты занимают в ней немалое место — может быть правильно понята, только если при­нять во внимание, что все эти вопросы ставились в плане религиозно-этическом, неизменно спиритуализирова-лись, отнюдь не составляя некоей системы «экономичес­ких взглядов». Собственно экономическая проблематика чужда сознанию евангелистов и отцов церкви, а равно и средневековых теоретиков, — она поставлена здесь в со­вершенно иные понятийные связи и приобретает значе­ние лишь в более широких мировоззренческих рамках»5.

Если сопоставить эти ценностные ориентации с от­ношением к труду в протестантской этике, то можно уви­деть существенное отличие. Здесь не просто признается достоинство труда, низость праздности. Труд рассматри­вается как судьба, как призвание человека. Он возвели­чивается как главное дело жизни человека, как его пред­назначение. Декларируется богоугодность трудового призвания. Высшее существо, как выясняется, вовсе не против деловой сметки, не против богатства. Более того, Лютер учил, что человек получил прибыль небольшую, хотя имел возможность увеличить доход, — это означает, что он совершил грех перед Богом.

Протестантская этика освятила труд. Более того, она открыла в нем неисчерпаемую поэзию. Мир хозяйства традиционно считался мертвым, косным. Предполага­лось, что сфера экономики с ее заботами о насущном ог­раничивает и стирает вдохновение души. В предшеству­ющей культуре гений выглядел противостоянием ремес­ленника, поэт — торговца, рыцарь — ростовщика. В эпоху

Реформации возвышенность укоренилась в области са­мого хозяйства. Всякий труд, сопряженный с преобра­зованием жизни, оказывался поэтичным.

Одновременно была осуждена праздность. В ряде стран приняли законы против бродяг. Хозяйственная профессия оценивалась как ответ на призыв Бога. Сле­довательно, готовность перестраивать, украшать жизнь воспринималась как моральный долг. Этим же диктова­лось желание совершенствовать свое мастерство, свой хозяйственный навык. Однако понимание труда как цен­ности еще не выражало целиком внутренний мир чело­века эпохи Реформации.

Труд был соотнесен с аскетизмом, с высокой целью. Иначе говоря, вовсе не предполагалось, что полученная прибыль должна немедленно обслужить гедонистичес­кие потребности человека. Напротив, смысл труда усмат­ривался в том, чтобы произвести некое накопление, пре­одолев искушение всяческих удовольствий. Если като­лицизм считал заботу о нищих святым и добрым поступком, то протестантизм отверг этот предрассудок. Милосердие понималось только как готовность помочь обездоленному освоить профессию и позволить ему про­дуктивно работать.

Одной из самых высших добродетелей считалась бе­режливость. Но речь шла вовсе не о накоплении как та­ковом. Полученную прибыль человек новой эпохи пус­кал в оборот. Приращение не оседало мертвым грузом. Напротив, оно требовало от агента хозяйственной жиз­ни еще большего напряжения. Важно было выйти за пре­делы повседневного наличного опыта и отыскать сферу малоизвестного, область риска. Эпоха Реформации от­крыла запредельность там, где она менее всего предпо­лагалась, — в экономическом укладе, в мире хозяйства. Прибыль, следовательно, всегда больше того, что она приносит своему владельцу. Приращение богатства — это выход за пределы нужного, насущного, потребляемого, это чистый прирост бытия. Это прыжок в неизвестность, это стихия творчества.

«Прежние системы хозяйства были построены на потреблении того, что производилось, на некоем балан­се вложения и отдачи. Подход к хозяйству был утилитар­ный: рабовладелец получал от рабов, а феодал от своих крестьян и вассалов все, что ему нужно было для роскош­ной жизни. Капитализм стал производить для расшире­ния самого производства. Баланс уступил место авансу: капитализм — это искусство вложения средств, гениаль­ная растрата. Раньше практические люди были заняты в основном извлечением средств себе на пользу и в удо­вольствие, а капитализм стал их влагать, разбрасывать, тратить, как в бурной любовной игре»6.

Не случайно, по мнению некоторых исследователей, ускоренное развитие капитализма в Европе совпало с эпохой романтизма. Романтизм, стало быть, вовсе не протест против капитализма, против духа чистогана, как это традиционно осмысливалось в марксизме. У капита­лизма и романтизма — общая метафизическая установ­ка: стремление в бесконечность. По мнению М.Эпштей-на, все античные, «наивные» формы хозяйствования, с их установкой на конечный, потребляемый продукт, были устранены капитализмом, так же как романтизм отбросил все наивные, классицистические формы по­эзии, с их установкой на наглядный, воплощенный, со­зерцаемый идеал. Идеал оказался отброшенным в буду­щее, в прошлое, в невозможное, в никуда. Поэзия стала томлением по недосягаемому идеалу и насмешкой, иро­нией над всеми конечными формами его воплощения.

Таким образом, протестантская этика не просто опо­этизировала труд. Она придала ему новое, неведомое из­мерение, позволяющее переосмыслить человеческую природу, обрести новые грани безмерного бытия. Мож­но сказать, в эпоху Реформации стал вырабатываться человек — носитель другого характера, нежели в предше­ствующие эпохи. Он видел свое предназначение в сво­боде, в дерзновенности.

Здесь пролегает глубинное отличие собственно пред­принимательского труда от труда машинного, который иде­ализировался позже в марксизме. Пролетарий, или разно­рабочий, тоже относятся к труду как к благу. Однако это занятие выглядит поэтически окрашенным только в сочи­нениях идеологов коммунизма. На самом деле рутинный, механистический труд не открывает в человеке ни особого достоинства, ни величия, ни творческих граней.

Предпринимательство же провоцирует в человеке новые, малоизвестные стороны его натуры. Деловой рас­чет немыслим без напряжения риска, конкретная выго­да — без страха перед банкротством. Понимание труда как божественного призвания — это приглашение к иному существованию, к бесконечной игре возможностей. Че­ловек отыскивает в наличном мире не себя самого, а ино­го, некий собственный идеал, именно то, кем он может стать, если довериться зову трансцендентального. В че­ловеке просыпается множество новых «Я», которые он стремится воплотить в дерзновенном замысле.

Когда Макс Вебер поставил вопрос, какое сцепление обстоятельств привело к тому, что именно на Западе, и толь­ко здесь, возникли определенные явления культуры, кото­рые приобрели затем универсальное значение, он имел в виду прежде всего новые ценностные ориентации. Капи­талистические авантюристы существовали во всем мире. Однако именно в Европе эпохи Реформации сложился принципиально новый комплекс жизненных ориентации. Экономический рационализм, по мнению Вебера, зависит от предрасположенности людей к определенным видам практически-рационального жизненного поведения7.

Капитализм, подчеркивает Вебер, существовал в Китае, Индии, Вавилоне в древности и в средние века. Однако ему недоставало именно своеобразного этоса. У человека эпохи Реформации часто обнаруживается из­вестная сдержанность и скромность. Индивиду докапи­талистической эпохи накопления материальных благ благодаря личному аскетизму казалось непонятным и таинственным, грязным и достойным презрения.

Протестантская этика регламентировала образ жиз­ни человека едва ли не во всем. Ее предписания касались не только производственной, но и социальной практи­ки. Она требовала качества труда и дисциплины. Эта эти­ка осуждала также пьянство и разврат, требовала крепить семью, приобщать детей к труду и обучать религиозной вере, т.е. умению читать и понимать Библию.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconП. С. Гуревич философия человека
Какова природа человека? Что определяет суверенность его духа? В чем драма человеческих отношений и человеческого существования?...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconФилософия человека часть вторая Москва 2001 удк 300. 37 Ббк–15. 56...
Действительно ли он занимает особое место в природном царстве? Что в нем уникального? В монографии раскрываются различные стороны...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconЭтот многолетний и выстраданный труд посвящается мною всем людям бесплатно
Первая часть – это лечебное водное голодание, которая сейчас и предлагается вашему вниманию; и вторая часть будет излагать вопросы...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconТематика рефератов
Философия и частные науки. Философия и математика. Философия и психология. Философия и экономика. Философия и право

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconПредлагаемое пособие является второй частью учебного пособия “История...
Вторая часть пособия включает следующие разделы: литература XVIII в и литература XIX в. К европейской литературе добавлены обзоры...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconОсновы философской герменевтики
...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconА. Л. Доброхотов Введение в философию
Но и здесь его союзник философия. Он наивен, и философия, в сущности, наивна; он непрактичен, но и философия отвлекается от непосредственной...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconДействующие лица золушка принц кот в сапогах заяц дед мороз
Первая часть представления проводится под Новогодней елкой. Вторая часть играется на сцене

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconV. Требования к содержанию и оформлению материалов участников Конференции
Работа обучающихся должна состоять из следующих частей: введение, первая часть (реферативная), вторая часть (исследовательская),...

П. С. Гуревич философия человека часть вторая iconМир вам дорогие слушатели. Продолжаем нашу тему под названием «Отец...
«Отец светов». Сегодня вторая, заключительная часть. «Отец светов», так о Нём говорит Святой Дух в Иак. 1,17. И этот стих мы возьмём...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница