Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год




НазваниеДипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год
страница1/5
Дата публикации24.01.2015
Размер0.93 Mb.
ТипДиплом
www.lit-yaz.ru > Философия > Диплом
  1   2   3   4   5
Уход и смерть Льва Толстого

Дипломная работа студентки заочного отделения А.В. Быковской

2010 год

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВАI. ЛЕВ ТОЛСТОЙ — ПИСАТЕЛЬ, МЫСЛИТЕЛЬ,ПУБЛИЦИСТ

      1. Духовный перелом, второе «духовное рождение»

2. Завещание

ГЛАВА 2. УХОД И СМЕРТЬ ТОЛСТОГО

1. Уход и Смерть Л. Толстого

2. Гражданские похороны «отлученного» от церкви Л. Толстого

ГЛАВА 3. ОТКЛИКИ современников НА УХОД И СМЕРТЬ ТОЛСТОГО

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ

Год 2010 – год памяти Льва Толстого — столетие ухода великого писателя, мыслителя, публициста. Без Льва Толстого мир осиротел.

Это значимый год для многих наших современников - исследователей творчества Толстого, да и всех тех людей, кому не безразличны история русской литературы, духовная жизнь России: вчера и сегодня.

В начале ноября 2010 года исполняется 100 лет со дня ухода и смерти Льва Николаевича Толстого.

К этой дате наши современники-журналисты начинают публикации, посвященные Толстому. Одна из них меня до глубины души поразила и заставила о многом задуматься. Писатель Андрей Битов опубликовал статью «Мой Толстой»1, где размышляя о приближающейся памятной дате, рассказал о своем ВОСПРИЯТИИ, видении Льва Николаевича. И действительно получается, для каждого Толстой – свой, у каждого – своя уникальная точка зрения на Льва Николаевича.

«... слава Богу, что я писал в школе сочинения на тему «Наташа и Андрей» или «Наполеон или Кутузов», ни разу не раскрывая неподъемную книгу. … Я лишь завидовал своему дядюшке, который с наслаждением перечитывал СВОЕГО Толстого, только что отвоевав СВОЮ войну», - признание А. Битова.

«Да и мне пришлось для начала окончить школу, пройти стройбат и угодить в шахтеры, чтобы на Кольском полуострове, от первой до последней буквы, добыть для себя золото войны и мира. Преодолеть этот текст было не легче работы в забое, но какой же это был восторг для тайком уже пописывающего автора!» И далее: «Прошло уже полвека, а я все еще надеюсь успеть перечитать эту книгу. И именно тогда меня восхитило не только богатство, но и необычайная художественная жадность Толстого. Например, княжна Марья, благословляя брата Андрея на войну, надевает ему на шею простенький серебряный крестик, а мародер-француз сдирает с него, убитого, тот же крестик, уже золотой.

И это был уже МОЙ Толстой»2.

В свою очередь признаюсь и я: действительно, перечитывая «Войну и мир» в 20 лет, мне она уже казалась совершенно другой, производила совершенно иное впечатление, представлялась более глубоким философским произведением. Перечитав Толстого через еще 20 лет, уверена, только тогда у меня появится свое неповторимое видение творчества графа, рассмотренное сквозь призму своей жизни.

Х х х

Сто лет назад не стало Льва Толстого. Его имя известно всему миру, его помнят и чтут не только в России, но и во всем мире. Он - один из самых ярких и необычных писателей и мыслителей русской литературы.

В год столетия со дня смерти писателя тема ухода и смерти графа звучит еще более актуально, ведь на данный момент еще очень мало написано всесторонних исследований, посвященных этой теме.

Чтобы понять удивительную личность и творчество Толстого, стоит еще раз взглянуть на события последнего года его жизни.

Толстой будто знал, что этот год - последний. В марте месяце Софья Андреевна, говоря о чем-то, начала свою фразу со слов: «В следующем году…», он прервал ее и сказал тихо и строго: «Следующего года больше не будет. Совсем…» Он был хорошим пророком и в отношении себя.

Природа была щедра к нему: она подарила ему полных 82 года жизни. «Как страшно сказал Монтень, столь любимый Толстым, - отмечал писатель Юрий Олеша, - что если вы прожили год и видели смену времен - зимы, весны, лета и осени, - то вы уже все видели. Ничего нового вы уже не увидите». Толстой же сумел увидеть все по-новому, так как никогда до этого. Это были его последние, неповторимые: зима, весна, лето, осень - 10 месяцев и 7 дней3.

Сто лет – это мало или много, чтобы понять великого Толстого, чтобы приблизиться к нему? Много всего написано, много продолжают писать и сейчас...

Столетие со дня смерти Льва Николаевича – огромное событие для всего мира. В начале 2010 года вышел в прокат фильм «The Last Station» («Последнее воскресенье»), посвященный уходу и смерти Толстого.

«Лев Толстой представлен в фильме не только как мировая знаменитость, за которой охотятся толпы репортеров, но и как человек с внутренними противоречиями, слабостями, неисполнимым желанием постичь истину и добиться абсолютной гармонии с собой и миром»4. Именно таким и представляется нам Лев Николаевич сейчас. Не писатель-отшельник, а философ со своими поисками смысла бытия. И именно с этой стороны будет рассматриваться Толстой и в этой дипломной работе.

Куба и Мексика организовали мероприятия, посвященные памятной ноябрьской дате. В Германии публикуются новые переводы произведений графа.

В России сейчас витает в облаках идея о постановке «Памятника последнему произведению Толстого».

«Идея «Памятника последнему произведению», приуроченного к столетию со дня смерти Льва Толстого, восхитила меня: редкое в мировой литературе описание прихода замысла прежде самого текста – еще одно подтверждение уже «постмодернизма» Л.Н.Толстого. Исподволь я расспросил правнука, можно ли установить место, где Льва Николаевича посетил замысел «Хаджи-Мурата», ведь оно с такой выпуклостью описано на первых страницах повести.

Владимир Ильич согласился со мною.

Памятник, в моем представлении, должен был бы представлять стоящий на стеле кованый сломанный репейник, эскиз которого так точно выписан Толстым. К этому можно было бы приурочить факсимильное издание посмертного тома 1911 года»5.

Наряду с этим, «в России пока не планируется масштабных мероприятий, приуроченных к столетию со дня смерти Льва Толстого, пишет британская газета Daily Telegraph. Режиссер Сергей Соловьев не может найти прокатчиков для своей новой картины «Анна Каренина» и совершено напрасно надеется на этот юбилей, считает издание.
Газета приводит слова известного кинорежиссера Сергея Соловьева, который не может договориться о прокате своего фильма "Анна Каренина", о том, что, по словам прокатчиков, "никто из молодых людей, которые ходят в кинотеатры, не знают, кто такая Анна Каренина". Соловьев надеется, что ему может повезти в этом отношении осенью, когда исполнится сто лет со дня смерти писателя.

Между тем, по данным Daily Telegraph, широко отмечать годовщину в России не намерены, а Кремль пока молчит на этот счет. Праправнук писателя, директор международного фонда «Наследие Льва Толстого» Владимир Толстой намерен провести научную конференцию в Ясной Поляне, пишет газета. Также, по ее сведениям, планируется неформальная встреча потомков писателя.

В мире этот юбилей отмечается намного более пышно, фестивали памяти Толстого намечены даже на Кубе и в Мексике.
«Люди больше всего читают трэш, в основном западный трэш,— заявила газете основатель издательства «Глас» Наталья Перова.— Толстого почитают в России, однако сейчас подобные даты больше не становятся общенациональными праздниками, как это было в те времена, когда мы были отрезаны от Запада и не имели доступа к такому многообразию форм досуга». По мнению Перовой, проблема заключается в коммерциализации культуры России»6.

Мысль Натальи Перовой совершенно не понятна. Почему из-за коммерциализации культуры Россия откажется от празднования юбилея Толстого? Почему же тогда юбилеи Чехова и Гоголя были так широко отпразднованы?

Вместе с тем совсем недавно в России были опубликованы книги, дневники, мемуары и воспоминания самой близкой, духовной, дочери Льва Николаевича – Александры Львовны Толстой. Ее воспоминания позволяют нам совершенно с другой стороны увидеть все трагические события последних месяцев и дней жизни Льва Николаевича.

В дипломной работе сделана попытка взглянуть на уход и смерть Льва Толстого с учетом новых публикаций за последнее десятилетие. И в первую очередь глазами Александры Львовны, Саши, и, возможно, открыть новые грани семейной трагедии писателя, ставшей известной всей России, всему миру.

Книги Александры Толстой «Дочь» и «Жизнь с отцом» – воспоминания любимой дочери Льва Николаевича – стали очень ценными произведениями, которые помогли взглянуть на проблему ухода графа с другой стороны, другими глазами, где Софья Андреевна предстала уже не в образе безутешной вдовы, а в образе жены, отчаянно бившейся за наследство.

В книге «Жизнь с отцом» достоверно изображен быт семьи Толстых, показаны сложные внутрисемейные отношения. Все последние годы жизни писателя младшая дочь была его доверенным лицом, ей единственной он открыл тайну своего ухода из Ясной Поляны, на ее руках умирал7.

Книга «Дочь» продолжает рассказ о судьбе этой удивительной женщины: три года на фронтах Первой мировой войны, чин полковника медицинской службы, два Георгия, а потом - революция, Лубянка, один из первых советских концлагерей, освобождение благодаря ходатайству яснополянских крестьян, эмиграция, жизнь в Японии, в США, работа по организации «Толстовского фонда»… В книге много запоминающихся характеров: изображены и крупные фигуры российской эмиграции, и зарубежные политические и общественные деятели, и партийная элита советского государства8.

Именно Александра знала о предстоящем уходе писателя, именно она написала по его просьбе последние его слова, именно ей Толстой доверял более всех на свете...

В дипломной работе мы опирались прежде всего на дневники Льва Николаевича. Это – бесценные документы, благодаря которым мы можем приблизиться, попытаться понять внутренний мир писателя, заглянуть ему в душу... Дневники Льва Николаевича и Александры Львовны – это, на мой взгляд, самые правдивые источники, которые могут пролить свет на реальные события, реальные мотивы, побудившие писателя к уходу и последующей смерти. Именно эти дневниковые записи и будут составлять основную часть моей работы.

Цель данной дипломной работы – собрать и проанализировать наиболее важный материал, дневниковые записи, записки, посвященные уходу и смерти Льва Николаевича, показать мотивы писателя, вынудившие Толстого покинуть любимое родовое гнездо.

Дипломная работа разбита на 3 основные главы и подглавы. Глава «Лев Толстой – писатель, мыслитель, публицист» - напоминание того, что Толстой – не только великий писатель, но и великий философ, с его поисками истины, с его уникальным осмыслением веры.

В первой главе представлена личность и творчество позднего Толстого, проанализировано его духовное рождение, о котором на весь мир он открыто заявил в своей «Исповеди».

В центре внимания исследования - творчество «позднего» Толстого — художника, мыслителя, публициста, его «духовный перелом», который бесповоротно изменил его жизнь. Книга «Исповедь», написанная Толстым как раз во время его глубокого духовного перелома – основа этой главы.

В подглаве-параграфе «Завещание», третьей в этой дипломной работе, исследуется история завещательных распоряжений Толстого, что очень важно для понимания причин ухода Льва Николаевича.

Заветным желанием Толстого было завещание всего своего наследия — безвозмездно.

<…>Заявляю, что желаю, чтобы все мои сочинения, литературные произведения и писания всякого рода, как уже где-либо напечатанные, так еще и неизданные, написанные или впервые напечатанные с 1 января 1881 года, а равно и все написанные мною до этого срока, но еще не напечатанные, - не составляли бы после моей смерти ничьей частной собственности, а могли бы быть безвозмездно издаваемы и перепечатываемы всеми, кто этого захочет <…> Это - фрагмент из завещательного распоряжения 18 сентября 1909 г., который Толстой подписал в имении В.Г. Черткова на ст. Крекшино.

Именно завещания Л. Толстого стало одной из причин ухода. «... я со своими поделился или, как у вас это говорят<...> - кажется, отошел от семьи. Теперь я здесь лишний, как и ваши старики, когда они доживают до моих годов, а потому совершенно свободен»9 – поделился Толстой неадолго до своего ухода в беседе с крестьянином М.П. Новиковым.

О том, как писалось завещание, каковы причины его изменений, редакций, тайны его составления - вот главные вопросы этой главы.

Вторая глава – «Уход и смерть Толстого». В ней – предыстория ухода – события, повлекшие и подтолкнувшие графа к этому поступку, а также подробное описание самого ухода и приготовления к нему. Глава построена на дневниковых записях, а также воспоминаниях некоторых современников Толстого.

Основа данного раздела - анализ ситуации, связанной с кончиной и похоронами «отлученного от церкви» всемирно известного писателя, властителя дум русского общества: как реагировали на происходящее власти, как восприняло русская и зарубежная печать, русское общество, как вели себя простые граждане?

Последняя глава диломной работы посвящена исследованию откликов, которые незамедлительно стали появляться в печати после ухода и смерти Толстого. Версии причин ухода, которые были самыми часто встречающимися в печати, осуждение или восхищение уходом Толстого, которое проявили общественные деятели, – все это представлено в этой главе.

В основу дипломной работы положено изучение прежде всего дневников Л.Н Толстого, приближенных к нему в последние годы и месяцы жизни (книги А.Л. Толстой, воспоминания близких Толстого: секретарей, словом, всех незаинтересованных во лжи людей), а также новые работы о графе, начавшие выходить в последнее десятилетие.

^ ГЛАВА 1. ЛЕВ ТОЛСТОЙ — ПИСАТЕЛЬ, МЫСЛИТЕЛЬ, ПУБЛИЦИСТ

1.1. Обращение к философии

Лев Николаевич Толстой - великий писатель, но он не менее знаменит во всем мире, как мыслитель, как оригинальный русский философ. Религиозно-философские произведения Толстого в послереволюционной России XX века издавались мало и небольшим тиражом. Так, было издано полное собрание сочинений Толстого в 90 томах очень маленьким тиражом. Работы «В чем моя вера», «Царство Божие внутри нас» весь XX век были практически неизвестны.

Толстой, художественные произведения которого изучали в школе, как философ и публицист в России оставлся практически неизвестным. Только в 1982 году философское произведение Толстого «В чем моя вера» выходит тиражом, доступным читателю, и сейчас Толстой возвращается к нам не только как великий писатель, но и как великий мыслитель.

С приходом Интернета ситуация значительно улучшилась. Появились электронные библиотеки и сайты, посвященные Льву Николаевичу. Теперь огромное количество информации о Толстом, его философские и литературные произведения, дневники можно найти, например, на сайтах музея Л Толстого, В.Б. Ремизова, Ясной Поляны, И.В. Петровицкой, в электронной библиотеке Мошкова…

Жизнь Толстого можно условно разделить на две части. В первой из них то, что нам хорошо известно. Детство, ранняя смерть матери, Казанский университете, служба на Кавказе, путешествие по Европе, первые опыты в литературе, яснополянская школа и журнал Ясная Поляна, становление Толстого как писателя, его широкое признание — женитьба, яснополянская идиллия, «Война и мир», «Анна Каренина»...

Первую часть своей жизни, где-то лет до пятидесяти, Толстой прожил очень бурно, в ней было все: война, литературная слава, любовь, семья, дети. И жизнь его была очень разнообразна...

А в пятьдесят лет происходит резкий перелом. Всегда волновавший писателя вопрос «В чем смысл жизни?» становится еще более острым. Оказалось, что все что было (а всего было очень много), все уже не имеет значения, все потеряло свой смысл. Главное - понять смысл жизни, зачем все это. Новое миросозерцание Толстой позже выразит в произведении «Исповедь» (1879 – 1882 гг.), где расскажет о перевороте в своих взглядах, смысл которых он видел в разрыве с идеологией дворянского класса и переходе на сторону «простого трудового народа».

В этот период Толстой приходит к полному отрицанию своей предшествующей литературной деятельности, занимается физическим трудом, пашет, шьет сапоги, переходит на вегетарианскую пищу...

Толстой обращается к религии с вопросом о смысле жизни, к христианству, и он, будучи Толстым, позволяет себе самостоятельно прочитать Евангелие.

Толстой пишет свои основные философское произведения, в частности, «В чем моя вера» и «Царство Божие внутри нас», в которых он пытается показать читателю то, как он прочитал Святое писание, как он понял христианство, и Толстой в своих работах говорит, что главное, с его точки зрения в христианстве, - это заповедь любви. Если закон любви, считает Толстой, - это основной смысл, основное содержание Святого писания, то что противоположно этому, что мешает человеку жить по закону любви? И Толстой дает ответ: насилие. Насилие противоположно любви.

В целом, Лев Толстой – совершенно уникальная фигура не только в русской, но и в мировой литературе и философии. Гениальный человек, он сумел объединить литературу, философию и публицистику в нечто единое целое. Постоянные поиски смысла жизни – и не на словах, не в книгах, а внутри себя самого. Именно внутренее, духовное, осмысление веры, христианства, Еванеглия, а не принятие как данность – вот, что делает Льва Николаевича уникальной общемировой фигурой.

1.2. Духовный перелом

«Второе духовное рождение», о котором Лев Толстой на весь мир рассказал в своей «Исповеди» (1879-1882), резко изменили личную жизнь писателя, обернувшись разрывом с социальной средой и приведя к семейному разладу.

В «Исповеди» Толстой рассказал, что отчаяние, которое овладело им в середине 70-х годов и предшествовало коренному изменению его взглядов, было сходно с душевным состоянием, пережитым на много лет раньше, после смерти брата Николая, в начале 60-х годов. Но если тогда, по словам Толстого, неизведанные им радости и заботы семейной жизни вывели его из этого отчаяния, то в 70-е годы ему стало ясно, что семейное счастье было для него мнимым или, во всяком случае, временным спасением от всеобщей жизненной неурядицы, от предчувствия социальных катастроф.

В 1878 г. уже не в публицистической, а в художественной форме была начата автобиографическая «Моя жизнь», но повествование остановилось на первых детских воспоминаниях. Наконец, в 1879 г., после поездок в Киево-Печерскую и Троице-Сергиеву лавры, бесед с духовными лицами — сановными митрополитами, епископами, архимандритами, а также с малыми служителями церкви и простыми богомольцами, Толстой приходит к полному разрыву с церковным учением. К октябрю 1879 г. относится рукопись, начинающаяся словами: «Я вырос, состарился и оглянулся на свою жизнь...»10 Из первой главы этого сочинения, по мере его переработки, создалась «Исповедь».

В начале мая 1882 года Софья Андреевна Толстая с маленькими детьми и дочерьми уехала в Ясную Поляну, а Лев Николаевич остался в городе со старшими мальчиками, учившимися в гимназии. Ему это было тем более удобно, что он задумал напечатать в журнале «Русская мысль» свою «Исповедь» и ему нужно было держать корректуры. Отдавая в печать «Исповедь», написанную им еще в 1879 г., Лев Николаевич приписал заключение к ней в виде рассказа о сне, виденном им недавно и давшем ему полное религиозное спокойствие. В рассказе об этом сне Лев Николаевич описывает свое фантастическое положение на помочах над пропастью, символически изображая свое неустойчивое душевное состояние. Когда «Исповедь» появилась, вероятно, в плохом французском переводе, этот рассказ о сне дал повод одному горячему испанскому публицисту написать восторженную статью о Льве Николаевиче, причем публицист говорит, что Лев Николаевич предается аскетическим опытам и опрощению. И так упростил свою постель, что спит головой на столбе, а тело и ноги подвешены на ремнях.

В «Исповеди» писатель говорит о перевороте в своих взглядах, смысл которого он видел в разрыве с идеологией дворянского класса и переходе на сторону «простого трудового народа». Этот перелом привел Толстого к отрицанию государства, казенной церкви и собственности. Сознание бессмысленности жизни перед лицом неизбежной смерти привело его к вере в Бога. В основу своего учения Толстой кладет нравственные заповеди Нового Завета: требование любви к людям и проповедь непротивления злу насилием составляют смысл так называемого «толстовства», которое делается популярным не только в России, но и за границей.

Социальная декларация Толстого опирается на представление о христианстве как о нравственном учении, а этические идеи христианства осмыслены им в гуманистическом ключе как основа всемирного братства людей. Этот комплекс проблем предполагал анализ Евангелия и критические штудии богословских сочинений, которым посвящены религиозно-философские трактаты Толстого «Исследование догматического богословия» (1879-80), «Соединение и перевод четырех Евангелий» (1880-81), «В чем моя вера» (1884), «Царство Божие внутри вас» (1893).

Толстой приходит к выводу, что всё существование высших слоев общества, с которыми он был связан происхождением, воспитанием и жизненным опытом, построено на ложных основах. Сознание тщеты жизни вообще и в особенности перед лицом неизбежной смерти приводит к усилению религиозных настроений Толстого. Социальные выводы, сделанные Толстым, были столь же решительны. К характерной для него и прежде критике материалистических и позитивистских теорий прогресса, к апологии наивного сознания добавляется теперь резкий протест против государства и казённой церкви, против привилегий и образа жизни своего класса, вскормленного крепостническими традициями, развращённого буржуазностью и бюрократией. Свои новые социальные взгляды Толстого ставил в связь с нравственно-религиозной философией.

В этот период он пришел к полному отрицанию своей предшествующей литературной деятельности, занялся физическим трудом, пахал, шил сапоги, перешел на вегетарианскую пищу.

Вопрос о смысле жизни, не уничтожаемом неизбежностью смерти, становится для Толстого важнейшим задолго до создания трактата. Русло поисков ответа на этот вопрос естественно обусловливалось идеей единения людей (стержневой в наследии писателя) и опорой Толстого на вечные начала нравственности: на первый план выдвигается проблема расхождения между идеалом нравственности и практической этикой людей.

Историческая ретроспектива этой проблемы уходила в далёкие века. Её решение - и философской, и художественной мыслью разных времён и народов - связывалось всегда с исследованием существующих представлений о добродетели, поскольку именно ими определялись не только пути к общему благу, но и само его осмысление.

Извращение представлений о добродетели связывалось Толстым с той социальной общностью людей, которая именовалась им сословием образованным; бытиё истинной добродетели - с миром крестьянским, с русским трудовым народом.

Эта социально-нравственная антитеза, оформившаяся в начале творческого пути Толстого, и предопределила собою последующее уяснение писателем источников духовного самосозидания и осмысления им «истинного» христианства как гуманистического учения, общечеловеческого по своей нравственной первооснове.

Устранение расхождений между существующим и должным Толстой ставил (с начал творческого пути) в прямую зависимость от внутреннего усилия личности и тем самым утверждал нравственное совершенствование в качестве главного начала в движении от зла к добру. В 1891 г., возвращаясь к этой проблеме, Толстой писал: «Свободы не может быть в конечном, свобода только в бесконечном. Есть в человеке бесконечное - он свободен, нет - он вещь. В процессе движения духа совершенствование есть бесконечно малое движение - оно-то и свободно, - и оно-то бесконечно велико по своим последствиям, потому что не умирает»11.

Идея «подвижности личности» по отношению к истине обусловливала веру писателя в возможность преодоления извращённых представлений о добродетели. А самый процесс этого преодоления (не только в его этапных стадиях, но и движении внутристадиальном) рассматривался им как изменение жизнепонимания человека, его отношения к миру.

Путь к новому жизнепониманию показан в «Исповеди» как ряд сменяющих друг друга состояний, завершающихся обретением веры. Вера определяется Толстым как сила жизни, как знание её смысла. «Я убивал людей на войне, вызывал на дуэли, чтобы убить, проигрывал в карты, проедал труды мужиков, казнил их, блудил, обманывал. Ложь, воровство, любодеяния всех родов, пьянство, насилие, убийство... Не было преступления, которого бы я не совершал, и за это меня хвалили, считали и считают мои сверстники сравнительно нравственным человеком. Так я жил десять лет» 12.

Период, который предшествует её обретению, в духовном отношении неоднозначен. Исходное состояние этого периода покоится на признании всего существующего разумным, управляется соблазнами (то есть подобием добра), мотивируется желанием извращённо понимаемого общего блага и оправдывается общепринятым мнением. Начиная с 1860-х гг., это мнение Толстой последовательно называет «царствующим», «так называемым», «извращённым» и «лжехристианским»..

Состояние, к описанию которого писатель переходит далее, начинается с возмущений не разума, а сердца, ощущения духовной болезни и рождения внутренних противоречий. Отсюда - резкое ослабление власти соблазнов. Движение на этом отрезке пути сопровождается «остановками» жизни, чередованием «оживлений» и «умираний», раздвоенностью. Кризисная остановка, связанная с отрицанием жизни, объясняется в «Исповеди» признанием неразумности всего существующего, утверждением в тщете соблазнов и осмыслением жизни как обмана, зла и бессмыслицы. Именно на этой стадии и происходит осмысление уже отвергнутого жизнепонимания (или «подобия жизни») и символическое уподобление его соблазну «сладости». В тексте «Исповеди» с этим периодом движения личности от одного жизнепонимания к другому (в варианте трагического исхода этого движения) связан выход силы и энергии.

Сознание трудностей не только перехода от одного жизнепонимания к другому, но и поступательного движения внутри каждого из них и обусловило сосредоточенность Толстого (и художника, и публициста) в 60-70-е годы на исследовании той стадии духовной эволюции человека, которая предшествует обретению веры.

Жанр исповеди не явился в творческом движении Толстого чем-то неожиданным. Неодолимую потребность в самоанализе и исповеди он испытывал всегда. И то и другое - в его дневнике, который вёлся (с незначительными перерывами) на протяжении шестидесяти лет, в письмах, в незавершённых философских набросках 1860-1870-х гг. Наконец - во всём его художественном творчестве.

«Исповедь» описывает, собственно первый и главный этап поиска и преобразования Толстого. Этап, на котором он признал себя паразитом, производящим только развлекающие других паразитов книжки, а потому и не имеющего для самого себя никакого смысла.

«...Так я жил, но пять лет тому назад со мною стало случаться что-то очень странное: на меня стали находить минуты сначала недоумения, остановки жизни, как будто я не знал, как мне жить, что мне делать, и я терялся и впадал в уныние. Но это проходило и я продолжал жить по-прежнему. Потом эти минуты недоумения стали повторяться чаще и чаще и все в той же самой форме. Эти остановки жизни выражались всегда одинаковыми вопросами: "Зачем? Ну а потом?"

Сначала мне казалось, что это так-бесцельные, неуместные вопросы. Мне казалось, что это все известно и что, если я когда и захочу заняться их разрешением, это не будет стоить мне труда, - что теперь только мне некогда этим заниматься, а когда вздумаю, тогда и найду ответы. Но чаще и чаще стали повторяться вопросы, настоятельнее и настоятельнее требовались ответы, и, как точки, падая все на одно место, сплотились эти вопросы без ответов в одно черное пятно»13.

Без смысла Толстой жизни себе не представлял, а потому решил перестать быть паразитом, как он это понимал. Он пилил дрова, пахал, отказался от животной пищи как противоречащей любви к животным, отказался от какой бы то ни было роскоши, узнавая о репрессиях в отношении последователей его учения, он писал правителям гневные письма, требуя репрессировать его самого.

«Сознание ошибки разумного знания помогло мне освободиться от соблазна праздного умствования. Убеждение в том, что знание истины можно найти только жизнью, побудило меня усомниться в правильности моей жизни; но спасло меня только то, что я успел вырваться из своей исключительности и увидеть жизнь настоящую простого рабочего народа и понять, что это только есть настоящая жизнь. Я понял, что, если я хочу понять жизнь и смысл ее, мне надо жить не жизнью паразита, а настоящей жизнью и, приняв тот смысл, который придает ей настоящее человечество, слившись с этой жизнью, проверить его»14.

В целом идеи позднего Толстого напоминают социалистическое учение. Но, в отличие от социалистов, Толстой был убежденным противником революции. Кроме того, путь к человеческому счастью он видел прежде всего не в социальных и экономических переменах, а в нравственном самосовершенствовании каждого человека. Умеренность желаний, скромная жизнь, чуждая роскоши, освобождение от страстей, ограничение или подавление полового влечения - таковы, согласно Толстому, должны быть нравственные ориентиры.

Позиция позднего Толстого - это позиция, претендующая на роль пророка, обличителя общественной и государственной неправды, провозглашающего вероучение всечеловеческой братской любви и труда. Толстой-публицист и учитель жизни приобрел огромную известность не только в России, но и во всем мире. Ясная Поляна становится местом своеобразного «паломничества»: к Толстому за советом приходят люди из разных сословий, из многих стран.

22 февраля (старого стиля) 1901 г. Святейший Синод - высший церковный орган в России того времени - вынес определение об отлучении Толстого от церкви, указав на антиправославный дух толстовского учения. Отлучение не поколебало влияния Толстого на русское общество. На юге России его последователи - толстовцы - создали сельскохозяйственные коммуны, жили, совместно обрабатывая землю.

В творчестве позднего Толстого ярко проявились стремление к простоте стиля и прямая назидательность. Писатель создал многочисленные произведения, написанные в подражание народным легендам и сказкам. В них он выразил свое понимание учения Христа, представления о достойной и праведной жизни и об идеальном обществе. Он составлял назидательные книги для издательства «Посредник» (это издательство, созданное при участии самого Толстого, печатало недорогие книги для народного чтения). В повести «Отец Сергий» (Толстой работал над ней в 1890-х гг., опубликована после смерти писателя, в 1911) изображается история жизни князя Степана Касатского, становящегося монахом Сергием, человека крайне самолюбивого, приходящего через искушение славой к простой смиренной жизни нищего странника. В повести «Крейцерова соната» (1887-1889) Толстой представил половую любовь, любовь между мужчиной и женщиной низменным, недостойным человека чувством.

С 1889 по 1899 гг. Толстой работал над своим последним романом «Воскресение». В этом романе Толстой отказывается от любви героя и героини как основы сюжета. В «Воскресении» изображается нравственное возрождение богатого дворянина Дмитрия Ивановича Нехлюдова и проститутки Катюши Масловой, которую Нехлюдов когда-то соблазнил, когда она была служанкой в его доме. В «Воскресении», как и в других поздних сочинениях, Толстой отказывается от своего любимого приема изображения переживаний героев – «диалектики души»15. Описание сложного движения противоречивых переживаний заменяется прямыми суждениями-оценками Нехлюдовым себя и окружающих людей. Толстой описывает парадоксальную, “перевернутую” ситуацию: Нехлюдов, виновный в нравственном падении Катюши Масловой, оказывается ее юридическим судьей. Толстой изображает целую галерею персонажей из разных сословий. Автор романа выступает в роли безжалостного судьи современного общественного и государственного устройства.

Последний роман Толстого воплотил весь спектр проблем, волновавших его в годы перелома. Дмитрий Нехлюдов, духовно близкий автору, проходит путь нравственного очищения, приводящий его к деятельному добру. Повествование построено на системе подчеркнуто оценочных противопоставлений, обнажающих неразумность общественного устройства (красота природы и лживость социального мира, правда мужицкого быта и фальшь, господствующая в жизни образованных слоев общества). Характерные черты позднего Толстого - откровенная, выдвинутая на первый план "тенденция" (в эти годы Толстой - сторонник нарочито тенденциозного, дидактического искусства), резкий критицизм, сатирическое начало - проявились в романе со всей наглядностью.

1.3. Завещание

Духовное, личностное, самосовершенствование личности после духовного перелома графа достигло огромных размеров. Вероятно, Толстой долго думал о себе как о творческой личности, думал о людях, обо всем мире... Это новое духовное преображение заставило Льва Николаевича в 1891 году публично отказаться от авторской собственности на все свои сочинения, написанные после 1881 года. Провозглашенный Толстым отказ от владения частной собственностью вызывал, безусловно, резкое недовольство членов семьи, прежде всего жены.

Льва Толстого очень тяготили дела, связанные с завещанием и волеизъявлением. Он понимал сердцем, что ему просто необходим отказ от авторской собственности, он пришел к этому выводу путем длительных размышлений, но семья не понимала графа...

Завещание – вот главная причина всех бед семьи Толстых. Непонимание желания мужа отдать все детям Софьи Андреевны достигли огромных размахов. 17 сентября 1910 года граф так написал в своем дневнике об этом: «Тяжело то, что в числе ее безумных мыслей есть и мысль о том, чтобы выставить меня ослабившим умом и потому сделать недействительным мое завещание, если есть таковое». В дневнике от 12 октября 1910 года читаем: «Опять с утра разговор и сцена. Что то, кто то ей сказал о каком то моем завещании дневников Черткову. Я молчал. День пустой не мог работать хорошо. Вечером опять тот же разговор. Намеки, выпытывания»16.

Горе и мучения Толстого читаются в каждой строчке. Толстой уже не может работать под давлением со стороны жены, он мучается и конфликтует с семьей. Тихон Полнер в книге «Лев Толстой и его жена» очень ярко показал некоторые моменты, связанные с завещанием и волей Льва Николаевича: «В 1895 году Толстой формулировал в дневнике свою волю на случай смерти. Между прочим, он советовал наследникам также отказаться от авторского права на его сочинения. «Сделаете это, - писал он, - хорошо. Хорошо это будет и для вас; не сделаете - это ваше дело. Значит вы не готовы это сделать. То, что сочинения мои продавались эти последние 10 лет, - было самым тяжелым для меня делом жизни»17.

В дневнике 10 октября 1902 года Софья Андреевна писала: «Отдать сочинения Льва Николаевича в общую собственность я считаю и дурным и бессмысленным. Я люблю свою семью и желаю ей лучшего благосостояния, а передав сочинения в общественное достояние, - мы наградили бы богатые фирмы издательские... Я сказала Льву Николаевичу, что если он умрёт раньше меня, я не исполню его желания и не откажусь от прав на его сочинения»18. Именно из-за этого и разгорелся семейный конфликт, в результате которого Толстой сбежал из Ясной Поляны.

Конфликт приобретал огромные масштабы. Кажется, Софья Андреевна начинала сходить с ума, подслушивала все разговоры из соседних комнат, старалась не оставлять Льва Николаевича ни с кем наедине, подговаривала дочерей и сыновей, чтобы те узнали правду о завещании... Из записей Д. П. Маковицкого: «Софья Андреевна выдала свои планы: если бы узнала, что Лев Николаевич написал завещание, то пошла бы к царю, представила бы себя нищей и выпросила бы уничто­жение Завещания Льва Николаевича и введение себя в права. Думает о том с тремя младшими сыновьями: объявить Льва Николаевича сумасшед­шим. Лев Николаевич, услышав об этом, сказал, что в таком случае он не считал бы себя ничем связанным, все обещания взял бы назад и объявил бы, что все могут его сочинения печатать».

Софья Андреевна глубоко ненавидела Черткова, считала его виновным во всех их семейных бедах... Однажды Толстая нашла «Дневник для одного себя» своего мужа и прочла там о завещании. В этот же день она написала в своем «Ежедневнике»: «Решилась сегодня сказать Льву Николаевичу, что я знаю о его с Чертковым завещании после смерти Льва Николаевича — отдать авторские права на общую пользу, и что это злой поступок. Он всё время молчал. И это опять влияние злого Черткова. Отнял у меня сердце и любовь мужа; теперь помог, повлиял отнять кусок хлеба у внуков и детей»19.

Последнее, окончательное, завещание Лев Николаевич написал совсем незадолго до смерти при загадочных обстоятельствах, которые попытался восстановить Руслан Киреев в книге «Семь великих смертей»: «Бдительно следила она <Софья Андреевна> за мужем, читала его письма, копии с которых неукоснительно снимались в специальный журнал, и особенно пристально изучала дневник. Толстой знал это и делал всё возможное, чтобы оградить сокровенные записи от всепроницающего ока супруги. Он запирал ящик стола, в котором хранился дневник, а ключ прятал за картиной, но она, прокрадываясь ночью в кабинет, открывала нижний ящик, сдвигала дно верхнего и читала сделанную накануне запись. Толстой знал это. «Да, у меня нет уж дневника, откровенного, простого дневника», — жаловался он всё в том же дневнике и подумывал завести другой, тайный, «для одного себя» (так он впоследствии и будет называться), пока же прибегает к шифрованным записям. Вот одна из них, совсем коротенькая, всего в три слова: «Писал в лесу». После чего ещё одно слово, не понятно, собственно, к чему относящееся: «Хорошо».

Запись эта сделана в четверг 22 июля 1910 года. <...>Толстой был не один. С ним находились ещё некоторые люди. Один из них, секретарь столь ненавидимого Софьей Андреевной Черткова, Алёша Сергеенко, впоследствии подробно описал, что происходило в тот достопамятный день. За ним в чертковскую усадьбу Телятинки заехал близкий друг Толстого пианист Александр Гольденвейзер, захватили ещё одного человека, некоего Радынского, и втроём отправились верхом в лес неподалёку от деревушки Грумант, где их уже ожидал в нетерпении главный «конспиратор» — так шутливо назвал себя и своих сподвижников находящийся в прекрасном расположении духа старый граф. «Фигура Льва Николаевича в белой шляпе и белой рубахе и с белой бородой на красавце Делире с его согнутой шеей живописно выступала наверху пригорка, за которым было видно одно небо».

Дальше отправились уже вчетвером. Толстой завёл своих спутников в самую глушь леса, и здесь у большого пня «конспираторы» спешились. У «главного» оказалось за блузой «резервуарное перо», прообраз будущей авторучки, появились бумага и картонка — всё предусмотрели! — Толстой сел на пень и вывел: «Тысяча девятьсот десятого года, июля дватцать второго дня». Именно так — «дватцать», через «т», тут же заметил описку, но исправлять не стал и со словами «Ну, пускай думают, что я был неграмотный» продолжил: «...я, нижеподписавшийся, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, на случай моей смерти делаю следующее распоряжение...»20

Так появилось на свет заверенное тремя свидетелями последнее завещание Толстого, которое через девять дней после его смерти утвердит в открытом заседании Тульский окружной суд. Согласно этому завещанию всё, без исключения, что когда бы то ни было вышло из-под его пера — как художественные произведения, «так и всякие другие, оконченные и неоконченные, драматические и во всякой иной форме, переводы, переделки, дневники, частные письма, черновые наброски, отдельные мысли и заметки» — словом, буквально всё завещалось в полную собственность младшей дочери Александре. Но это формально. На самом деле распоряжаться всем должен был Чертков — у Толстого на этот счёт было полное взаимопонимание с младшей дочерью. И она, и Чертков безоговорочно поддерживали Толстого в том, что всё написанное им не должно составлять «ничьей частной собственности» — Толстой в специальной «объяснительной записке к завещанию» подчеркнул эти слова.

Прибегнуть к составлению формального завещания Толстой считал себя вынужденным, так как жена и некоторые из детей не сочувствовали его намерению и не хо­тели лишаться значительной материальной ценности, которую составляло литературное наследие Толстого.

Зная это и продолжая жить в яснополянском доме, Толстой, во из­бежание ссор в семье, должен был тщательно скрывать от семейных, как наличие самого завещания, так и его содержание, что, на ряду с допытываниями Софьи Андреевны и некоторых младших сыновей, доставляло ему много мучений.

Чуть позже Толстой внесет две поправки в завещание: включит в завещательное распоряжение, чтобы всё написанное им не только после 1881 г., но и ранее было передано после его смерти В. Г. Черткову для просмотра и издания. Вторая поправка заключалась в том, чтобы, в целях ограждения Черт­кова от всевозможных нареканий, в текст записки было включено, что Чертков после смерти Толстого ведет работу над его рукописями в материальном отношении на тех же основаниях, на каких он издавал их при его жизни, т. е. не извлекая себе из этого никаких выгод21.

  1   2   3   4   5

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconДипломная работа студентки 6 курса заочного отделения кин ларисы александровны
Кратко о себе. Живу по принципу: Сто рублей потерял ничего не потерял. Друга потерял много потерял. Кураж потерял все потерял

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconДипломная работа студентки пятого курса дневного отделения «Допущено к защите на гак»
Феномен fanfiction в сетевой литературе: «низовая словесность» в сетевых публикациях

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconКонтрольная работа по учебной дисциплине «Русский язык и культура...
По дисциплине «Русский язык и культура речи» для студентов III курса заочного отделения

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconВарианты для домашней контрольной работы по литературе для студентов...
Учебным планом заочного отделения предусмотрено выполнение одной домашних контрольных работ по литературе

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconОтчет о проделанной работе районного Совета женщин за 2010 год (Козловский район)
В 2010 году работа Козловского отделения Совета женщин была направлена на усиление авторитета роли женщины в обществе и защиты их...

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconМетодические рекомендации по немецкому языку для студентов заочного...
Методические рекомендации предназначены для студентов заочного отделения и составлены в соответствии с примерной программой по иностранным...

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconКонтрольная работа №2 по дисциплине «Библиографоведение»
«Библиографоведение» для студентов 4 курса заочного отделения специальность «Библиотековедение»

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconГрафика и орфография для студентов татарской филологии отделения заочного обучения
Базовый тематический словарь и практические задания по курсу “Современный русский язык”. Учебно-методическое пособие для студентов...

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconДипломная работа студентки Марины Кулебы Введение Глава I. Роман Льва Толстого «Анна Каренина»
Забавно читать эти сводки, звучащие как донесения с полей сражений: каков рейтинг "Мастера и Маргариты", "Дела о мертвых душах" и...

Дипломная работа студентки заочного отделения А. В. Быковской 2010 год iconКонтрольная работа для студентов заочного отделения по специальности...
Государственное образовательное учреждение среднего профессионального образования нижнетагильский государственный профессионадльный...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.lit-yaz.ru
главная страница